Личная ассистентка для орка - Рина Мадьяр

Утром я намеренно решаю выйти из дома на десять минут раньше. Мои глаза выискивают в утренней толпе что-то подозрительное, а рука в кармане невольно сжимает ключ от напряжения. Но улицы сегодня живут своей обычной жизнью. Никто не обращает на меня даже малейшего внимания.

В типографии пахнет свежей краской и бумагой. Ашгар Торгар уже находится в своём кабинете, склонившись над версткой очередного номера. Я вхожу, не давая себе времени на раздумья.

— Доброе утро, — говорю я ровным голосом, несмотря на неуверенность в правильности моих действий.

Он поднимает на меня совершенно безэмоциональный взгляд, от чего я не могу понять раздражён мужчина или нет.

— Утро, — коротко кивает босс.

Я подхожу к его столу, вынимаю из кармана злополучный листок и молча кладу его поверх чертежей. Я не произношу ни слова, просто отступаю на шаг, ожидая его реакции.

Ашгар берет записку. Его мощные пальцы, привыкшие к железу и механизмам, кажутся нелепо огромными для этого хлипкого клочка бумаги. Он читает медленно, немного хмурится, а затем откладывает записку в сторону и поднимает на меня свой тяжелый, пронизывающий взгляд.

— Наверняка совет пароходства, — произносит он спокойным голосом. — Тот чиновник, о котором мы писали, их протеже. Стандартная практика. Сначала идёт предупреждение. Потом последует давление на рекламодателей. В конце меня ждёт визит гостей с дубинками.

Его спокойствие оказывается заразительным, несмотря на только что описанный ужас. Кажется, что после столь холодного анализа ситуации она вообще перестаёт быть проблемой.

— Значит, вы на правильном пути? — осторожно интересуюсь я.

— Означает, что статья попала в цель. Болевую точку. Теперь они попытаются доказать, что мы ошибаемся. Или заставить замолчать.

Он отодвигает от себя бумаги и достает из ящика стола другую папку, толстую, перевязанную шпагатом.

— Твоя работа на сегодня, — протягивает её мне. — И на ближайшие дни. Это открытые финансовые отчёты Совета пароходства за последние пять лет. Цифры, как и шестеренки. Если одна врёт, сбивается весь механизм. Найди нестыковки. Закупки угля по завышенным ценам, тендеры на ремонт судов, которые проводились в обход конкурсов. Все, что покажет, что их гнев не праведный, а купленный.

— Я не бухгалтер, — честно говорю я, принимая её. — Я могу что-то упустить.

— Ты аристократка, — поправляет он меня. — Ты росла в мире, где умение читать между строк и видеть фальшь было вопросом выживания. Используй это. Доверяй своей интуиции. Это почти то же самое, что читать учётные книги поместья.

Его слова становятся для меня чем-то в роде ориентира. Всё-таки я его личная ассистентка, и должна выполнять любые поручения, если он сочтёт, что я с ними справлюсь. И это объяснение о моём происхождении оказывается самым точным аргументом для того, чтобы я и сама поверила в свои силы.

Я киваю и поворачиваюсь к выходу, чтобы отправиться в приёмную за своим столом.

— Рита, — его голос останавливает меня у двери.

Я оборачиваюсь.

— Отныне будь внимательна. Замечай лица вокруг. Не ходи одной по тёмным переулкам. Они сделали свой ход. Теперь наш черёд.

Весь день я провожу, погрузившись в колонки цифр и сухие отчёты. Сперва я не понимаю чего искать, просто внимательно проглядывая всё подряд. Но спустя некоторое время начинаю подмечать некоторые странности, которые слишком отличаются от остальных цифр. Круглые, слишком ровные суммы. Повторяющиеся названия подрядчиков. Необъяснимые премии.

Я делаю пометки на чистом листе, и по мере работы во мне растёт странное чувство уверенности в том, что мы на правильном пути. Даже удивительно, что работая в издательстве можно стать частью настоящего расследования.

А точнее, добыть достаточно улик, чтобы это расследование началось.

— Сегодня я тебя провожу, идём. Мне на встречу нужно неподалёку от твоего дома, — мой босс появляется настолько внезапно, что я роняю ручку, случайно дёрнув рукой.

Испуганно смотрю на мужчину передо мной. Его реакция оказывается быстрее.

— Идём, — бросает он, протягивая мне ёе обратно.

Глава 7

Улицы Верхнего Эмберайна погружаются в вечерние сумерки. Фонари зажигаются один за другим, выбрасывая в сгущающийся синий мрак клубящиеся золотые сферы пара. Мы идём рядом молча, но я в этот миг от чего-то чувствую себя невероятно защищённой. Так, словно мужчине рядом со мной подвластно укрыть меня от любой опасности, насколько бы невероятно страшной она ни казалась.

Он просто движется своей мощной, уверенной походкой, и пространство вокруг него словно подстраивается под этот ритм.

Я краем глаза изучаю его профиль. При свете газовых рожков резкие черты кажутся ещё более выразительными. Он не смотрит на меня, его взгляд скользит по тёмным проёмам переулков, по силуэтам прохожих. Он сканирует пространство, как один из его механизмов.

— Нашли что-то? — наконец раздаётся его голос, глухой в вечернем воздухе.

— Возможно, — осторожно отвечаю я. — Слишком много совпадений. Один и тот же подрядчик выигрывает тендеры три года подряд. И цены у него растут ровно настолько, насколько увеличивается бюджет Совета на содержание флота.

— Не совпадения, — поправляет он. — Закономерность. Глупая жадность. Они даже не пытались скрыть следы.

Мы сворачиваем на мою улицу. Обычный звук наших шагов по брусчатке кажется мне вдруг слишком громким.

— Почему вы доверяете мне это? — вопрос вырывается сам собой, прежде чем я успеваю его обдумать. — Вы же знаете, откуда я. Я могла бы быть их шпионкой.

Он на секунду замедляет шаг и бросает на меня короткий взгляд.

— Шпионы не продают свои волосы за три золотых и не смотрят в глаза, полные ярости, получая анонимные угрозы. Они стараются быть незаметными.

Мы останавливаемся у моего подъезда. Он окидывает фасад быстрым, оценивающим взглядом.

— Здесь, — я указываю на свою дверь на первом этаже.

Он делает короткий кивок.

— Завтра в семь. Принесёшь свои находки. Мы подготовим следующий материал.

Он разворачивается, чтобы уйти, его плащ взметается тёмным крылом.

— Ашгар, — окликаю я его, впервые решившись на имя. Он оборачивается, и в его глазах читается вопрос. — Спасибо. За… за сопровождение.

— Как я уже сказал, мне было по пути, — коротко пожимает плечами он и оставляет меня одну.

Я захожу внутрь, запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Тишина комнаты уже не кажется враждебной. Завтра Молот нанесёт ещё один удар.

Утро я являюсь на работу ровно в семь, с аккуратно составленным отчётом и выписками,