Алые буквы заката - Екатерина Беспалова

— Окрашенное в оранжево-красный цвет облако, с которым играет ветер, — улыбнулась она. — Сейчас оно похоже на маленького ежонка, а всего лишь несколько секунд назад я видела в нём букву «О». Странно, да?

Элизабет перевела смущённый взгляд на парня, чтобы убедиться, не считает ли тот её сумасшедшей. Однако вопреки ожиданиям, Оушен улыбнулся и едва заметно покачал головой, не проронив ни слова. Лис отвернулась, продолжая наблюдать за пушистым облаком, пока ветер не унёс его вдаль. Прошли долгие минуты, прежде чем Элизабет изумлённо прошептала:

— Океан.

Лицо Оушена посветлело. Тревожные тени рассеялись, сгладив едва заметные морщинки у глаз. О'Конелл посмотрела на него, и их взгляды встретились. Только сейчас поняла, что он так долго и упорно пытался показать. С губ должны были сорваться какие-то слова, но громкий звук будильника вырвал её из сна. Элизабет открыла глаза. Щёки были мокрыми от слёз.

Она вскочила с кровати. Наскоро одевшись, девушка бросилась к выходу, а в голове вертелось лишь одно слово: океан.

Глава 7. Вместе… Навсегда…

Элизабет не помнила, как вышла из дома, как добралась до нужного места, она забыла обо всём, даже об обещании, данном Дэну. Единственное, что имело значение, это пляж на побережье рядом с отелем, принадлежавшим покойному отцу.

Выйдя из такси, Лис быстрым шагом направилась туда, куда вели её сердце, ноги и память. Она столько раз проделывала один и тот же маршрут… Как можно было забыть это? Сняв босоножки, девушка взяла их в руки и медленно пошла к океану, наслаждаясь каждым шагом, с которым тёплый белый песок нежно ласкал босые стопы.

Дойдя до кромки воды, Элизабет посмотрела по сторонам, но, кроме неё, на побережье больше никого не было. Сердце сковала боль, а из глаз покатились слёзы. Неужели ошиблась? Неужели неправильно поняла то, что он хотел сказать? Нет, этого не может быть.

Бросив обувь на песок, О'Конелл обняла себя руками, как часто делала во сне. Солнце почти село за горизонт. Лёгкий ветерок нежно ласкал кожу, а шум океана пытался унять боль внутри. Элизабет не видела ничего, кроме ползущего вниз светила.

Вытерев слёзы, она негромко произнесла:

— Ты был прав, и закат действительно пропитан грустью.

— Потому что каждый раз, провожая его, ты думаешь: каким бы ни был, удачным или неудачным, день — это мой день, и он уходит навсегда.

Элизабет вздрогнула и резко обернулась:

— Кристофер!

— Кристофер Оушен Морган к Вашим услугам, мисс О'Конелл.

Она смотрела на родное лицо, на любимые глаза цвета нефрита и чувствовала, как по щекам снова побежали слёзы. Сердце в груди забилось с неистовой скоростью, а дыхание участилось чуть ли не вдвое.

— Я… Прости меня, Кристофер, — прошептала Элизабет, борясь со слезами.

Морган тепло улыбнулся и, кивнув, притянул её к себе, склоняясь всё ниже к желанным губам. Каждый вечер на протяжении нескольких месяцев он приходил сюда, где они не один раз встречали рассвет и провожали закат. Он до последнего надеялся, что ожидание не будет напрасным; что, вопреки всему, она вспомнит всё, и они снова будут вместе.

Кристофер нежно прижимал Лис к себе, скользя пальцами по ровной спине, чтобы до конца убедиться, что это не мираж, не плод его воображения; что она не растает, словно туманная дымка, как только солнце скроется за океаном, позволив темноте не спеша поглотить всё вокруг, забирая волшебство момента единения их душ с собой в прошлое.

Когда волнение прошло, а переполнявшие их эмоции утихли, он отстранил её от себя и посмотрел в мокрое от слёз лицо:

— Я знал: ты вспомнишь. Ты не могла забыть то, что связывает нас. Это просто невозможно.

Элизабет быстро закивала и улыбнулась.

— Когда Алекс позвонил и сказал, что ты собираешься выйти замуж за Дэниела… — Кристофер замолчал. — Я подумал, что потерял тебя навсегда. Мало того, что обрезал все возможные пути связаться с тобой, так он ещё захотел привязать тебя к себе узами брака, чтобы прибрать к рукам бизнес твоего отца.

— Алекс…

— Тейт всеми силами пытался не допустить этого. По крайне мере, на бумагах. Однако залезть к тебе в душу он не мог. Нам оставалось лишь надеяться на твою волю и желание вспомнить прошлое.

Кристофер улыбнулся и, подняв руку, коснулся лица Элизабет. Большой палец нежно скользил вниз по её щеке. Очертив контур подбородка, он снова стал ползти вверх: туда, откуда начал своё движение. Она накрыла его руку ладонью и слегка склонила голову набок.

Минуты шли, плавно перетекая в часы, а они сидели на пляже, прижавшись друг к другу, и не могли расстаться. Они молчали, но это молчание приносило покой и умиротворение. Оно не отталкивало… Оно связывало их ещё крепче, соединяя воедино половинки двух любящих сердец и душ.

— Скажи, Лис, — вдруг произнёс Морган, повернувшись к ней. — Как ты смогла вспомнить меня? — Зелёные глаза с неподдельным интересом ждали ответа. — Ведь ещё днём, находясь у Тейта, ты не помнила ничего из прошлой жизни.

Элизабет провела ладонью по заросшей лёгкой щетиной щеке:

— Смотри на закаты, Кристофер, — улыбнулась она. — Они пропитаны грустью — и ты, и я об этом знаем — однако они о многом нам могут рассказать.

С этими словами она подарила ему короткий поцелуй и, отвернувшись к океану, положила голову на его плечо. Улыбка озарила лицо, а в сознании витала лишь одна единственная мысль: ты — мой Оушен¹, мой океан, в котором я готова тонуть каждый день, растворяясь без остатка, до последнего вздоха…

— Вместе, — прошептала Лис, сжимая его тёплую руку.

— Навсегда, — ответил Кристофер и прижал её ещё крепче к себе.

¹ — имя Оушен является омофоном, то есть звуковой копией английского слова «ocean», что в переводе означает «океан»