Космический замуж. Землянка нарасхват - Ева Флер

Что со мной? Почему я так реагирую? И откуда это знакомое ощущение близости?

В последние дни я заметила, что, оставаясь одной в ванной или в спальне, у меня не возникало ощущения уединения. Было постоянное чувство, что в помещении я не одна, что за мной наблюдают. В последние три дня я даже спать стала ложиться не раздеваясь.

Неужели это их взгляды я ощущала? Но как они смогли это сделать?

И снова густой голос четырехрукого:

— Все законно. Все было согласовано с распорядителем свадеб на станции двадцать восемь дней назад.

Я бросила взгляд сквозь ресницы на мужчин в броне. Потом огляделась по сторонам.

А ведь их боятся! Вон как по углам жмутся. Только четырехрукий Жарбанар стоит смело, грудь колесом, уверенный в своей правоте.

Брюнет даже не посмотрел на него, холодно и безэмоционально ответил, словно робот:

— Аукцион незаконен по причине того, что был завершен двадцать девять дней назад. Землянка не свободна.

Кажется, я услышала скрежет зубов.

А я удивленно уставилась на мужчин, уже не стесняясь.

В то же время оживился серокожий:

— Не может такого быть! Я первый подал заявку на аукцион.

— Да, — ответил блондин, — через взятку. В связи с чем лишаетесь права посещать эту станцию.

Опа-па… Его только что лишили большей части его заработка. Эта станция была его базой для рейдов в дикий космос. Теперь придется либо искать другое место, либо менять сферу деятельности.

Серокожий потемнел почти до черного цвета, а глаза округлились до предела:

— К-как лишаюсь права?

Он опустил голову, почему-то разглядывая свои пальцы, словно пытаясь что-то подсчитать, и продолжая что-то бубнить себе под нос. Зато Жарбанар не стал молчать:

— Мне обещали эту женщину!

Брюнет перевел на него спокойный, даже слегка скучающий взгляд.

— Вот и спрашивайте с тех, кто обещал. Все свободны. Кафе закрывается на неопределенное время.

Спорить и возражать никто не стал. Все очень быстро выполнили приказ. А это был именно приказ. Потому что с такими интонациями просьб не бывает.

Собственно, я тоже попыталась покинуть кафе через черный ход. Но там наткнулась на Шибай. Она встала в проходе и сложила руки на груди.

— Куда это ты пошла?

— Всем сказали уходить, — прикинувшись глупой, ответила я.

— Им сказали. А ты останься. У братьев-хранителей есть разговор.

То, что они оба зашли на склад, я не услышала. Скорее почувствовала. Мурашки пробежали по всему телу, я поежилась и повернулась к ним. И охнула.

Блондин нес Крепыша, который блаженно подставил пузико под почесывания и висел безвольной игрушкой в мощных руках.

Брюнет же огляделся и сел на ближайший ящик так, словно это был трон как минимум.

— Вера, — его голос прошелся летним бризом по моим натянутым нервам, — мое имя Дарен, а имя моего брата — Дагар. И мы рады наконец-то встретиться с тобой. И я рад, что ты дождалась нас.

— Дождалась? Я не знала, что кого-то жду, — вдруг я спохватилась. А ведь они меня спасли от замужества! — Кстати, спасибо, что помогли мне, сказав, что аукцион уже был и что я занята. Все теперь знают, что на меня никаких аукционов собирать нельзя, и я спокойно соберу деньги на возвращение домой.

Братья переглянулись. И я обратила внимание на то, что их глаза стали вполне нормальными. У брюнета — синие, а у блондина — зеленые.

Дагар улыбнулся, так что меня бросило в жар. Я нервно облизнула вдруг пересохшие губы.

Да что ж такое… Эти два красавца какие-то генераторы эроэнергии! Эти голоса, взгляды, улыбки…

— Ты считаешь, что мы обманули их?

— Разве нет? Я же знаю, что аукционов не было.

Оба посмотрели на Шибай. Поддавшись стадному инстинкту, я тоже повернулась к ней.

Она даже глазом не моргнула:

— Аукцион может быть закрытым, если продавец смог договориться с конкретным покупателем, детка.

— Но как? Кто?

— Я. Я его организовала.

В очередной раз мои ноги подвели меня, и я присела, не глядя куда. В голове шумело, а я все не могла осознать произошедшего.

Шибай, добрая, заботливая Шибай, продала меня? Неужели поэтому она осталась тут?

Ну конечно, поэтому. Что ей эти копейки, которые она брала с кассы, не прося ничего больше?

Я снова посмотрела на нее.

— Как ты могла, Шибай? Я же верила тебе! Как ты могла продать меня? Кому?!

Глава 6

Шибай и бровью не повела.

— Идем в зал. Поговорим. Стражи, вы не против?

Оба мужчины пожали плечами и первыми пошли в зал.

Тут же потянуло сквозняком, который принес ко мне запах чистых мужских тел и легкого парфюма, чего-то неуловимого, притягательного. Эти запахи отозвались внутри сладким трепетом.

Вспомнились бабочки. Предательские бабочки тут же встрепенулись и запорхали в животе. Ну вот, что за дурацкая фраза про бабочек в животе?

Черноволосый Дарен повернулся ко мне и подмигнул, словно понял, о чем я думаю. Краска тут же залила мои щеки. Ну вот, о чем я думаю? Меня замуж выдали не пойми за кого, а я тут на первых встречных засматриваюсь.

Ну… Это были первые встреченные мной существа, похожие на людей. Да и еще и красавчики. Я таких и не видела никогда вживую. Такие в кино снимаются или продают свою внешность топовым брендам для рекламы.

А я замужем… Капец! Я чуть не застонала в голос. Волна тоски и отчаяния залила меня с головой, мгновенно утопив все прежние мысли.

Тут же тревожно обернулся Дагар и быстро сгрузил млеющего Крепыша на стойку бара.

— Вера, вас что-то беспокоит?

Я аж споткнулась от этого вопроса.

— Что-то? — я не верила своим ушам. — Меня определенно беспокоит! Меня замуж выдали! Тайно продали! Да еще и та, кому я доверяла!

Я гневно обернулась к Шибай и уселась на высокий барный стул. Братья разместились за центральным столом, а Шибай села за соседний. Все повернулись ко мне так, что я аж поежилась. Словно это я сейчас должна объяснить свое поведение, а не Шибай.

— Я не продавала тебя. Я выдала тебя замуж, — весомо сказала она. — Большая часть того, что за тебя дали, будет твоей. Я смогла это сделать, потому что взяла на себя ответственность за тебя. Такие законы. Девушку без семьи выдает тот, кто берет за нее ответственность.

— Но так же нельзя! Я с Земли, почему на меня действуют ваши законы?

— На Земле тоже есть похожие законы. Они очень древние.

— Но не в моей стране!

— Уверена?