Притворись моей, бывшая - Алиса Климова

— Всё с тобой в порядке, Ник. А твоя бывшая… Белчера. Однозначно. Говорят, одна такая может грохнуть тысячу человек. Так что смотри, дружище, поосторожнее с ней. Ты мне живым нужен.

Ева

И куда он поехал?

И как я умудрилась в это вляпаться?!

— Это всё ты виновато, — сказала вытащенному на свет божий платью. — Если бы не ты, я бы…

Что было бы тогда, я отлично знала — всё то же. Я бы также сидела в пентхаусе своего бывшего и задавалась бы вопросом, куда его понесло на ночь глядя.

«Когда будем отмечать?»

Вопрос Ветки вернул меня на землю. Как минимум, с платьем я разговаривать перестала. Ну… не так уж я и соврала подруге. Меня же на работу взяли? Взяли. А на какую — я не уточняла.

«Завтра давай».

«Я приеду к тебе в 19:00. Ок?» — прислала она мгновенно и, не успела я палец занести, чтобы ответить, отправила ещё одно сообщение: «Ты же до 18:00?», — а за ним ещё: «Блин, ты когда на работу выходишь?».

Я дождалась, пока Виолетта напишет всё, что она собиралась написать. Пока мессенджер плевался сообщениями, думала над ответами.

«Только не у меня. Давай где-нибудь на нейтральной полосе. У меня Валерка не в духе».

«Ок», — написала она, добавив хмурый смайлик. Ну прям как рожа у Ника, когда он недоволен.

Отложила телефон и опять уставилась на платье. Дома мне с подругой встречаться нельзя — это раз. Придётся рассказать ей про развод — два. Надо подать документы на развод — три. И решить проблему с жильём тоже нужно, только для этого надо продержаться в роли девушки своего бывшего, и чем дольше, тем лучше, потому что такой зарплаты я не получу нигде. Разве что в любовницы к нефтяному магнату пойду, но это вряд ли. Так что буду хвататься за то, что есть. Я ведь меркантильная тварь. Так мне Ник сказал, когда мы расставались? Так. А раз так, зачем его разочаровывать? Раз уж меркантильная, так буду меркантильной, хоть обвинения оправдаю.

Глава 3

Ева

Не помню, когда я так пристально рассматривала себя. Перед свадьбой, разве что. Дурой была, вот и хотела быть похожей на принцессу! Надо было ведьмой вырядиться, глядишь, разочаровываться бы не пришлось ни в жизни, ни в собственном муже.

Лицо у меня не опухло, синяка тоже не было. Клубника помогла или лёд — не знаю, но результат оказался отменным.

Вчера я попросила Ника ещё раз одолжить мне своего водителя. Надо было забрать оставшиеся вещи из квартиры Валеры. Собираясь, я оставила ноутбук и ещё много того, оставлять чего не хотела. Обойдётся.

«Михаил будет в девять. Он будет ждать пять минут, не встанешь к этому времени — уедет».

Я смяла записку и, открыв шкафчик под раковиной, швырнула в мусорное ведро. Но комок отлетел от начищенной серебристой дверцы. Мусорным ведром там, где оно стоит у обычных людей, у Ника не пахло ни в прямом, ни в переносном смысле. За дверцей оказался маленький холодильник, на полках которого лежало несколько бутылочек с разным свежевыжатым соком.

— Ох ты ж, блин! — я гневно захлопнула дверцу, взяв одну из бутылок.

Сок оказался яблочный, до безобразия вкусный, хотя к сокам я всегда относилась не очень.

Значит, Ник думает, что я задницей кверху валяюсь до обеда? Конечно! Это же не я подскакивала на учёбу в пять утра, не я ему завтраки готовила, когда мы вместе были! Да в жизни не поверю, что он это забыл! Или у него каждая так — тычет свежесваренным кофе в нос и ходит вприсядку на полусогнутых? Вспомнить только девушку с собеседования. Тогда не удивительно, что забыл.

Михаил действительно приехал ровно в девять. Такой же молчаливый, как и вчера, проводил меня до машины, учтиво открыл дверцу и отвёз по нужному адресу.

— Поднимитесь со мной, пожалуйста, — попросила я. — Мне так будет спокойнее.

— Да, конечно.

Вот и всё — ни вопросов, ни уточнений.

Дверь я открыла своим ключом и, войдя, обомлела: такого бардака я не видела ни разу в жизни. Коридор был, как после бомбёжки, а посреди кухонного стола горделиво, словно устремлённая в небо стелла, высилась почти пустая бутылка из-под бренди.

Повернув её к себе этикеткой, я прочитала название. А не хило так.

— Ева.

Хриплый голос из коридора вынудил меня обернуться.

Валера смотрел на меня — опухший, явно не проспавшийся и помятый. Даже водитель на его фоне выглядел раз в сто презентабельнее!

— Хороший у тебя вкус, — бросила я, показав на бутылку. — Красиво жить не запретишь.

— Ты вернулась? — не слушая меня, спросил он.

— Вернулась, — сделала паузу. — Забрать свои вещи.

Демонстративно отключила от сети кофемашину.

— Ты куда её?! — он, кажется, протрезвел за секунду.

— Какая тебе разница? Она — моя! Я её на свои деньги покупала! Со своей зарплаты!

Подхватила с подоконника, но муженёк подлетел и попытался забрать.

— Поставила на место! Быстро!

— Обойдёшься! Сам себе купи! Вместо очередной бутылки! А то, я смотрю, у тебя деньги откуда-то появились, а ещё вчера говорил, что всё в бизнесе крутится и вывести никак!

— Поставила на место! — прорычал он и вырвал у меня кофемашину. Схватил за локоть и припечатал к подоконнику, обдав облаком перегара.

— Где ты была? — процедил в лицо. — У него? И…

— Отойди от неё, — прогромыхал молчаливый Михаил.

От неожиданности Валера отпустил меня. Всё это время Михаил был в гостиной — я попросила его подождать, пока соберусь. А теперь он стоял посреди кухни, сдвинув брови, и совсем не был похож на водителя.

— По-хорошему говорить будем или по-плохому? — Он отодвинул в сторону полу пиджака и продемонстрировал кобуру с пистолетом.

Не по себе стало даже мне.

Валера напрягся.

— Да ты это… мужик, давай не надо вот этого? Забирай, чего ей нужно и проваливайте. Я всё понял.

— Очень хорошо, что понял, — кивнул Михаил и снова прикрыл кобуру. — Если понял — иди, погуляй. Проветрись — тебе не повредит.

Он смотрел на Валеру, пока тот, сторонясь, не исчез. Минуты не прошло, как он накинул пиджак и убрался из квартиры. Всё это время я молчала, Михаил тоже.

— Спасибо, — сказала, как только дверь за мужем захлопнулась. — Он раньше нормальный был, а потом… — махнула рукой.

— Забираю? — показал Михаил на кофемашину.

Я кивнула и улыбнулась уголками губ, несмотря на то, что встреча с Валерой оставила поганый осадок. Вот так вот… Шесть лет я думала, что знаю своего