Баба Галя, или Волшебное зелье попаданки - Мариса Бель

Котёл согласно булькнул.

— Молчишь? — Сора усмехнулась. — И то верно. Утро вечера мудренее.

Она затушила огонь, поднялась и, кряхтя, побрела к себе в каморку за лавкой.

В доме стало тихо.

Только травы под потолком тихо шелестели на сквозняке.

Глава 3

Галлия проснулась от птичьего гомона. Она лежала с открытыми глазами и смотрела в косой потолок, пытаясь понять, где находится.

Ах да. Лавка. Сора. Другой мир.

Она села на кровати и потянулась. Молодое тело отозвалось приятной ломотой, вчерашняя работа в подвале дала о себе знать, но это была хорошая, рабочая усталость, не то что вчерашний ужас с сумасшедшими тетками.

За окном уже вовсю светило солнце. Галлия глянула в маленькое мутное стекло и увидела сад, залитый светом, и старый дуб на пригорке.

— Жива, — сказала она себе. — И это главное.

Она натянула платье, другое и чистое, Сора дала ей переодеться. Платье было простым, домотканым, но удобным. Галлия заплела косу, глядя в маленькое зеркальце на стене, и удивилась: девушка в зеркале выглядела почти счастливой.

— Ну, с Богом, — сказала она привычно и вышла.

Внизу Сора уже хлопотала у котла.

— А, проснулась, соня! — приветствовала она Галлию. — Я уж думала, ты до обеда проспишь. Молодёжь нынче совсем не работящая.

— Который час? — Галлия оглянулась на солнечные лучи.

— Да уж солнце встало, петухи пропели, — Сора махнула ложкой. — Садись завтракать, потом работа.

Завтрак снова был простым и сытным: каша с мёдом, хлеб, травяной чай. Галлия ела и слушала, как Сора рассказывает о планах на день.

— Сегодня надо травы перебрать, что вчера принесла. Часть на сушку, часть в настойку. Потом клиенты придут, я буду зелья отпускать, а ты смотреть и запоминать. А после обеда начнём учиться.

— Учиться чему? — спросила Галлия.

— Зелья варить, конечно, — Сора усмехнулась. — Или ты думала, я тебя просто так кормить буду?

Переборка трав оказалась делом медитативным.

Сора высыпала на большой деревянный стол ворох зелени, свежей, только что с огорода. Мята, мелисса, ромашка, ещё какие-то растения, названий которых Галлия не знала.

— Разбирай, — велела Сора. — Чистое в одну кучу, подгнившее — в другую, сорняки вон в то ведро. Потом будешь вязать пучки и развешивать.

Галлия кивнула и принялась за работу.

Но едва она взяла в руки пучок мяты, как пальцы сами потянулись отделить подгнивший листок. Потом отложить веточку с мелкими жучками. Потом расправить смявшиеся стебли.

— Хм, — сказала Сора, покосившись на неё.

Галлия не обращала внимания. Она перебирала травы с какой-то почти механической ловкостью, словно делала это всю жизнь. Хотя вчера, в подвале, она тоже удивилась своей сноровке.

Прошло полчаса. Гора перебранной зелени росла.

— Ты не торопись, — сказала Сора. — Качество важнее скорости.

— Я не тороплюсь, — отозвалась Галлия. — Просто руки сами делают.

— Руки, говоришь? — Сора подошла ближе и взяла одну из готовых веточек. Осмотрела, понюхала. — Чисто. Ни одного гнилого листа, ни одной травинки чужой. Ты как это делаешь?

Галлия задумалась.

— Не знаю, — честно сказала она. — Просто вижу, что не так.

А сама подумала, наверное, память тела… Галлия же дочь травницы, может, она это умела?

Сора смотрела на неё странным взглядом.

— Ладно, работай.

К обеду все травы были перебраны. Галлия связала их в аккуратные пучки и развесила под потолком, рядом с другими. Сора только крякнула, увидев, как ровно и красиво всё сделано.

— У тебя, я погляжу, руки золотые, — сказала она. — И глаз-алмаз.

Галлия смутилась.

— Да что тут сложного? Травы как травы. У меня на даче… — она осеклась.

— На даче? — переспросила Сора.

— Ну… в деревне, — поправилась Галлия. — У бабушки. Я в детстве помогала ей травы собирать. Она меня учила: мяту до цветения нужно собирать, ромашку, когда солнце встанет, у зверобоя годны только верхушки.

Сора слушала с непроницаемым лицом.

— Мудрая у тебя бабушка была, сильная травница, — сказала она наконец. — Не каждый травник такие тонкости знает.

— Она не травница была, — улыбнулась Галлия. — Просто бабушка. Из тех, что всё про травы знают, потому что испокон веку так делали.

— Это и есть травничество, — кивнула Сора. — Не в академиях дело, а в роду. Ладно, пошли покупателей обслуживать.

Их было немного. Пришла соседка за зельем от простуды, потом молодой стражник за мазью для заживления ран, потом тётка с капризным ребёнком, которому нужен был сироп от кашля.

Галлия стояла в сторонке и внимательно смотрела, как Сора отпускает товар. Как взвешивает на маленьких весах, как переливает из больших бутылей в маленькие, как отсчитывает монеты.

Странное дело, цены были в каких-то местных деньгах, но Галлия быстро запомнила, что почём. Бухгалтерская память работала безотказно.

— Запоминай, — сказала Сора между делом. — Потом сама будешь.

— Я запоминаю, — ответила Галлия. — У вас тут мята кончается, кстати. Осталось на два приёма.

Сора резко обернулась.

— Откуда знаешь?

— Посчитала, — Галлия пожала плечами. — Вон та банка была почти полная, когда мы травы вешали. Вы оттуда брали три раза. Если каждый раз по две ложки, то осталось ложек десять. А на один приём надо пять ложек, значит, на два приёма.

Сора смотрела на неё, открыв рот.

— Ты… считаешь?

— Ну да, — Галлия смутилась. — Я же говорила, я счетовод. У меня с цифрами легко.

— С цифрами, — медленно повторила Сора. — А с травами? Ты каждую веточку перебрала. Ты знаешь, где что лежит. Ты вчера в подвале на всех полках порядок навела, что я теперь сама не найду ничего, потому что всё слишком правильно.

— Это плохо? — встревожилась Галлия.

— Это… необычно, — Сора покачала головой. — Ладно, к вечеру сама увидишь.

После обеда Сора усадила Галлию за маленький столик в углу лавки.

— Будем учиться, — сказала она. — Свари-ка мне зелье от головной боли. Самое простое.

Галлия замерла.

— Я не умею.

— А ты попробуй, — Сора пододвинула к ней ступку, пестик, несколько баночек