Счастливый билет - Юлия Зубарева

«Может, это эффект первого раза, а потом уже привыкают? Или ты такая чувствительная натура, что словила просветление ума, просто поднявшись на десять тысяч метров над суетой?»

Марина прислушалась к себе.

«Что мне хочется в эту секунду?»

Ухмыльнулась, встала и пошла по проходу в самый хвост самолета. Да, она всегда стеснялась быть неудобной попутчицей и беспокоить людей, и незнакомых туалетов она тоже побаивалась, а, возможно, если потерпеть, то и дождалась бы приземления. Но как проверить себя, если даже попудрить носик стесняешься сходить? Делай, а косые взгляды оставь на потом.

Из самолета выходила уже совсем другая женщина. Плечи расправлены, на губах блуждает мечтательная улыбка. Мариша не знала, где точно будет ночевать. Найдет ли отель в самый разгар сезона, у нее даже купальника с собой нет, но это все такие мелочи по сравнению с тем, что она готова к приключениям. Солнце светит. Весь день впереди. Что-нибудь придумаем.

4. Прибытие

Вместе с толпой пошла к выходу, надеясь, что сможет увидеть стоянку такси. Не успела сделать первый шаг по ступенькам вниз, как за спиной послышалось чертыхание и звук разбитого стекла.

Маринка только обернуться успела, как на нее налетела бабка, видно запнувшись на выходе. Неподъёмная ее сумка летела параллельным курсом, распространяя запах соленых огурцов и коньяка. За баулом тянулся инверсионный след из содержимого.

— Куда прешь? Совсем страх потеряли, — наорала куда-то в район расстегнутой пуговки на блузке сгорбленная баллистическая ракета «Земля—воздух—земля», когда Маринка своим отнюдь не тщедушным телом остановила ее смертельный полет.

— Извините, но вы сами в меня врезались.

— Понатыкают порогов где ни попадя, — отцепившись от Маришки, успокаиваясь и охлопывая себя, ворчала бабка.

— Сумка-то моя где? Поди сперли уже, сучье племя. Ни на секунду оставить нельзя. Припасов на месяц да подарок племяннику-олуху везла, не довезла.

— Мне кажется, там что-то разбилось, — аккуратно делая полшага назад, сказала Марина. Стать мишенью еще для одной вспышки гнева за испорченное содержимое она была не готова. — Я пойду, наверное, вы здесь как-нибудь сами разберетесь.

— Куда собралась? А помочь старушке? Как же я теперь, ударенная, сумку-то дотащу? Никто не остановится, хоть помирать тут ложись. Все торопятся, на море им, тьфу! Туристы.

Маринка вздохнула про себя, но тяжеленную сумку с битым содержимым подняла за ручки. Отказывать в помощи она не умела. Сильной и независимой женщине стоило бы поучиться говорить «нет», но, похоже, не сегодня. Бабка перехватила невольную помощницу с другой стороны и повисла на локте еще одним грузом.

— Пойдем, пойдем. Нечего с этими жуликами связываться. Мало того, что сдерут незнамо сколько, так еще завезут девку в притон какой. Мы потихоньку, на автобусе. Тебе в город поди надо? По работе, гляжу, приехала: ни чемодана, ни сумки. Бледная какая, жуть. Поди в этом году и не отдыхала, болезная, ну хоть тут развеешься. У нас тут воздух такой, что даже таких, как ты, нецелованных, на блуд тянет. Экология.

— Да как вы… Я вообще не такая!

— Такая, не такая. Ты не тушуйся главное, на каждую куру свой петух найдется, а может, и два, — бабка перехватила локоть слабо вырывающейся девушки и продолжила. — Значит, слушай сюда. Будут предлагать, сразу не соглашайся. Цену себе набивай, но и счастье свое не прошляпь. Уж больно ты малахольная. Вот и наш автобус. Давай-ка, девонька, подмогни еще разочек. Подсади бабулю. Тебе на стопятом, вон следующий подходит. Прям до конечной езжай, там, глядишь, разберешься.

Маринка осталась на остановке. Не бабка, а террористка какая-то. Наговорила не пойми чего, не то оскорбила, не то напророчила. А она клуша. Надо было бросить эту грубиянку посреди дороги, пусть бы сама свою сумку перла. Посмотрела по интернету - не обманула старая карга, действительно тот самый, что нужно.

Подошел следующий автобус до центральной площади. Народ повалил внутрь, и растерянная Марина вместе со всеми. Хорошо еще, что сиденье у окна было свободным. Измятую блузку и джинсы, испачканные в рассоле, надо было срочно менять. В таком виде в такси точно не посадят.

Ехали час, под равномерное движение успела задремать, привалившись к окну. В центре было многолюдно. Ей надо было еще пройти по улице Горького вверх. Мини-гостиница, где чудом удалось в пути забронировать одноместный номер, оказалась обычным домом с гаражом за высоким железным забором. Тот самый уютный номер над этим гаражом и располагался. Наверх вела старая железная лестница. Удобства и кухня в доме напротив, но сама путешественница была вполне довольна и таким набором услуг. Отдав баснословный по меркам учительской зарплаты аванс за неделю, Маринка приняла душ и поспешила на долгожданное свидание с морем.

В первой же попавшейся палатке были куплены купальник, полотенце и пляжная сумка, а еще шорты поприличнее и майка с надписью «счастье».

Вприпрыжку, как школьница, сбежавшая с уроков, путешественница спускалась по улочке к поблескивающему в проемах между домами и деревьями морю. Навстречу шли загорелые люди с матрасами и детьми, возвращающиеся с пляжа. Играла музыка в кафешках, тут же на тротуарах стояли столики с обедающими. Обогнув продавца воздушных шаров, купила себе мороженое в стаканчике. Этот город так разительно отличался от родных Сухиничей, что и сама Маринка чувствовала себя совсем другим человеком. Более легкой, наполненной как будто пузырьками шампанского, предвкушением чудесного.

«Наслаждайся жизнью прямо сейчас», — мысль таяла сладким мороженым во рту.

На пляже было многолюдно, найти свободный пятачок, чтобы бросить полотенце, удалось не сразу. Дети носились по линии прибоя, выкапывали в гальке ямки, хохотали, когда пенный край облизывал попы и пятки. Попросив присмотреть за сумкой абсолютно коричневую женщину на шезлонге рядом, Маринка осторожно начала заходить в неведомую доселе стихию. Море казалось холодным перегревшейся на солнце путешественнице. Громко шуршало прибрежной волной, обнимало колени. Кто-то к визгом плюхнулся рядом, окатив целым каскадом искрящихся брызг. Задержав дыхание, она наконец скользнула в соленую, как слезы, воду и поплыла, удивляясь собственной легкости. Морская вода мягко качала новоприбывшую на своих ладонях. Плескала волной в лицо, остужая горящие щеки. Вперед, только вперед, в даль от шума людского, туда, где только ты, море и бескрайнее небо над головой. Доплыв до буйка, перевела дыхание.

Окинула пляж взглядом и в одну секунду потерялась, не понимая, куда плыть обратно. Запомнить какой-нибудь ориентир даже не подумала, так спешила окунуться.

«Что