Вредный босс на Новый год - Лана Пиратова

— Ого! Удачненько! — потирает руки водитель, поглядывая на столы. — Ничего себе, банкет забацали! Пойду-ка проверю пока!

— Да, давайте. Я тоже проверю и назад поедем! — говорю я и иду осматривать помещение.

Так, ёлка стоит. Столы стоят. Грамоты для награждения лучших работников по итогам года. Нормально.

А, вот, и костюмы для карнавала, чёрт бы их побрал! Кошусь на них, но проверить не решаюсь. Ну их! Пусть сами там разбираются!

Выхухоль так выхухоль.

Смотрю на часы — скоро все остальные приедут на автобусах. Значит мне пора уезжать.

Беру клетку с Василием, выпрямляюсь, разворачиваюсь и…

— Ай! Блин! — отпрыгиваю вместе с клеткой, чувствуя почти ожог на груди и животе.

— Ты что же не смотришь, куда идёшь! — орёт на меня официантка, круглыми глазами глядя то на меня, то на пол.

Я тоже туда смотрю.

Пипец…

— Жульен! Пять порций жульена! — она прижимает ладони ко рту и качает головой. — Ай-ай-ай!

На её крики сбегаются ещё официанты.

— Не обожглась? — хоть кто-то беспокоится обо мне.

А я с ужасом смотрю на грибы, стекающие по моей белой блузке.

— Ох и нихера себе! — поднимаю взгляд и вижу удивлённого водителя. — Закуска, — усмехается он.

— Вы не могли бы принести мою сумку из машины? Я переоденусь, — прошу его.

Как хорошо, что я вещи с собой взяла.

Пока с пола убирают остатки жульена, мне приносят сумку и я иду по коридору в поисках комнаты, где бы переодеться.

Открываю какую-то дверь, заглядываю, вроде, никого. Ну, я стучусь на всякий случай.

— Здравствуйте, есть кто? — спрашиваю к тому же.

Тишина.

Захожу, закрываюсь и быстро снимаю с себя блузку с остатками соуса. Лифчику тоже досталось и я и его снимаю.

— Пипец какой-то, — бурчу, вытирая салфеткой кожу.

— Ещё какой! — слышу за спиной и резко оборачиваюсь, прижав руки к голой груди.

Да быть не может!

В нескольких шагах от меня стоит Серов со стаканом в руке. Стоит и нагло таращится на меня, приподняв бровь.

Взгляд его медленно скользит вниз и замирает там, где я руками пытаюсь скрыть свою наготу.

8. Неправильный выбор

— Ой! — вырывается из меня и я хватаю майку, которую приготовила, чтобы переодеться.

Откуда он здесь, блин?!

— Не пойму, Е. Банникова, у тебя кое-что выросло, что ли? — слышу усмешку.

Он ведь специально называет меня так! Лишний раз напоминает мне о нашем прошлом. Гад!

— Отвернись! — кидаю ему грубо, поворачиваясь спиной и пытаясь натянуть майку.

И, как назло, не могу попасть в рукава!

— Давай помогу? — слышится совсем рядом.

И только собираюсь обернуться, как дыхание замирает. Потому что я чувствую тёплые ладони Серова на своей груди. Опускаю взгляд.

— Хм, — этот нахал не то что не собирается убрать свои лапы с меня, так ещё и по-хозяйски так ощупывает мою грудь.

— Ты сдурел?! — бью его по рукам и быстро натягиваю майку.

Поворачиваюсь к нему и гневно смотрю на довольное лицо этого гада.

— Да я проверить хотел, — усмехается он и потирает подбородок пальцами.

— Чего? — сдвигаю брови.

— Проверить, отрастила или нарастила! — ржёт он. — Думал, вот, куда мои деньги-то ушли! Не, ну я не против был бы! Люблю красивую грудь. Но понял, что своё. Или… дай-ка ещё раз проверю! — и он ступает ко мне.

— Придурок! — бурчу я, складывая вещи в сумку.

Толкаю его в грудь и выхожу.

Всё. Пора ехать отсюда.

Всё, что нужно, я сделала. Пусть дальше без меня.

Теперь бы водителя найти.

О! А вот и он! Сидит за столом и что-то живо рассказывает одной из официанток.

— И потом кааааак раз! — и бьёт ребром ладони по столу.

Официантка даже подпрыгивает на стуле.

— Вот так! — гремит водитель и берёт рюмку и опрокидывает её содержимое в себя!

Да в смысле?!

— Вы что?! Пьёте?! — кричу на него, подбегая. — Эй, вы чего?! — трясу его за плечо.

— А чего? — он оборачивается и непонимающе таращится на меня. — Пью.

— Да как же?! — чуть не плачу я. — А обратно как же ехать?! А я как же?!

— А чего? До обратной дороги-то всё выветрится! Не боись! Расслабься, чего ты? Всю дорогу зажатая сидела и сейчас… ай! — и он машет на меня рукой и отворачивается снова к официантке.

— Да вы не понимаете, что ли? — толкаю его в плечо. — Мне же домой надо, в город! Я не могу тут оставаться!

— Почему это? — удивлённо таращится на меня.

— Да как же… я так договаривалась… вы меня отвезёте обратно…

— Не знаю ничего. Всё, не могу ехать! — разводит руками. — Выпил уже. Всё!

Зажмуриваюсь и мысленно считаю до десяти, чтобы не накинуться на этого алкаша.

— Банникова! — окликает меня Серов.

Оборачиваюсь и вижу, что он стоит у стены и, похоже, всё слышал.

— Тебе в город надо? — спрашивает он.

Отлепляется от стены и идёт ко мне.

— Ну, допустим, — пристально слежу за ним.

Не доверяю я ему!

— Поехали. Я в город возвращаюсь. Подвезу, — и он дёргает бровью.

Опять смотрю на тостующего водителя.

Варианты у меня так себе. Либо остаться тут и получить пи… выговор за костюм выхухоли, либо поехать с Серовым.

— И? — а он как раз требовательно смотрит на меня. Ждёт ответа, похоже.

— Я думаю, — отвечаю прямо.

Ну, что он мне сделает? Да ничего! У меня вообще-то в сумочке газовый баллончик! Как я забыла?

— Долго думаешь! — кидает небрежно он.

Разворачивается и идёт к двери.

— Я поехал!

— Стой! — кричу я. — Я с тобой!

Поворачивает голову и усмехается.

9. Ты не помнишь, какой поворот?

Когда я подхожу к машине вместе с сумкой и с клеткой с Василием, Серов уже сидит внутри и с кем-то разговаривает по телефону.

Блин! Ужасная ситуация! Ни за что в жизни я не села бы к нему в машину! Но надо же как-то выбираться отсюда? Пусть довезёт меня до города, а дальше я сама.

Ну и конечно, не стоит ждать, что он выйдет и откроет дверь!

Кое-как сама сажусь с клеткой в руках.

— Да, малыш, я скоро буду. Тоже целую тебя. Ну, как куда? Угадай? — ласковым голоском произносит Серов, отвернувшись к окну. — Начинается на «п». Нет, малыш, не угадала, — смеётся он. — Ещё одну букву?

— Может, вы потом в алфавит поиграете? — строго говорю я.

Серов поворачивается ко мне и удивлённо смотрит. Не попрощавшись, отключает и убирает телефон.

А потом его взгляд опускается на клетку с Василием.

— Это кто? — спрашивает он.

— Василий, — отвечаю просто.

— Это вместо мужика у тебя теперь?

— А можно мы обойдёмся без тупых