Альфа для активистки - Кира Ветрова

нащупав губами маленькое ушко, прошептал с удовольствием ощутив дрожь в теле своей пары: — Наигралась? Бонус — Серьёзно считаешь, что это смешно? — Лия смотрела на него с недевольством. Стоит признать, чтобы его Луна была довольна необходимо приложить много усилий. Но оно того стоит. — Ты хотела дом для беженцев ты его получила. — даже не пытаясь приглушить огонь предвкушения в глазах отозвался Льялел. — Что ты гордо именуешь домом, Льялел? Это клоповник за чертой города! — он демонстративно расслабленно откинулся на спинку кресла, сложив руки в замок на животе, прекрасно осознавая, что его пару это взбесит ещё сильнее. Её глаза полыхнули, на щеках вспыхнул румянец, пухлые губы раздраженно поджались и она подалась ближе к нему опираясь изящными ладонями на стол. — Они там жить не смогут! Да они даже до города оттуда добраться смогут вряд ли. — в её голосе уже слышался знакомый упоительный скрежет, значит она на грани. Льялел не сдерживаясь облизнулся уже практически не моргая рассматривая свою Луну. — Тем лучше. На кой мне толпа бездельников в городе? Она шумно выдохнула все ещё пытаясь взять себя в руки, прикрыла глаза и пробормотала что то себе под нос, явно пытаясь успокоиться. В разговоре с наглым кошаком объявившим год назад её своей парой терять контроль над эмоциями было чревато. — Они не бездельники. Им требуется помощь и поддержка. Время в конце концов чтобы они могли встать на ноги! Льялел прищурившись с физически осязаемым удовольствием оглядел свою Луну. Изумрудные глаза скользили по стройной фигуре и плотоядно замерли в вырезе лёгкого платья. — По моему ты совсем не ценишь моей щедрости — я дал им крышу над головой и не убил за вторжение на мою землю. — фыркнул Льялел лениво скользнув взглядом обратно на все сильнее краснеющее лицо своей пары. — Ты отказал им в содержании, они и так рискуют помереть с голоду и холоду в том клоповнике. — рявкнула Луна наконец теряя контроль и оббегая стол. Попалась. Льялел мгновенно метнувшись вперёд, перехватил свою женщину за тонкую талию и притянул к себе на колени. — Не смей! — её вопль потонул в резком звуке рвущегося платья. Жадные, нетерпеливые руки Льялела без сомнений уничтожали все преграды между ним и его парой. Его Луной. Его сладким медовым наваждением. Его излишне деятельной и вечно занятой женой. Наконец он добирается до сжавшегося в тупую горошинку соска и шумно вбирает его в рот, заставляя её прогнуться в спине и податься ближе к нему. — Ааааххх... - её выдох будоражит и заставляет сжать зубы от боли прострелившей пах. Он освободив от жалких тряпок нежное тело Луны, опрокидывает её спиной на стол. Грубо прикусывая нежную кожу на шее, ключицах, груди, животе, не останавливаясь ни на мгновение. Не давая ей опомниться, протяжно и нарочито медленно проводит языком по вкусной сладкой расщелине. Довольно урча вылизывает её, упиваясь стонами вцепившейся до побелевших пальцев в край стола Луны. Нет сил терпеть больше. Резко дёргает за белоснежные бедра на себя, закидывая тонкие лодыжки на свои плечи, зная что оставит синяки на нежной коже. Но сейчас даже это не важно, сейчас это даже правильно. Его Луна должна быть наказана. Должна получить сполна за его ожидание. Он врывается в неё одним мощным рывком. До упора. В тесную влпжную глубину, той кто важнее всего. Она выгибается и кричит. На мгновение мелькает мысль, что ей может быть больно. От его силы, от его размеров. Он опускает пальцы легко находя тугую горошинку удовольствия между стройных ног, натирает её постепенно увеличивая темп. Её голова беспокойно мечется из стороны в сторону. Она стонет, кричит под ним уже без остановки. Его движения все быстрее. Все жёстче. Он знает что сейчас кончит быстро. Поиграть с ней не получится. Слишком он её хотел. Слишком долго Луна игнорировала его желания, занятая какими-то очередными слабаками. Красивое тело вытягивается в струну заходясь в оргазме. Его жаркая отзывчивая самка. Продляя себе удовольствие ещё на пару минут, Льялел вбивается в пульсирующую горячую глубину и наконец с рычанием кончает, хотя бы ненадолго унимая свою жажду. Жажду в этой женщине. Так и не опавший до конца член легко выскальзывает из наполненной их общими соками расщелины. Льялел быстро стаскивает с себя одежду. Его скручивает от желания ощутить ее всем телом. Кожа к коже. Он подхватывает хрупкое тело, вжимая едва отдышавшуюся Луну в себя и опускаясь обратно в широкое мягкое кресло. — Кошак озабоченный. — вяло ворчит его пара. — Я с тобой о серьёзных вещах, а ты... Не реагируя на её слова, он садит податливое расслабленное удовольствием тело на себя. Его рука ложится сзади на шею нежной Луне. Он притягивает её ближе, лицом к лицу, ощущая как возбуждение, так и не опавшее от лёгкого предыдущего "перекуса" на столе, накрывает волной, путая мысли и стараясь все. Всё. Кроме неё. Его Луны. Его сладкой медовой пары. — Вот что серьёзно, глупая Луна. — жадный рот накрывает приоткрытые нежные губы. Он приподнимает её и резким движением опускает на себя, сразу на всю длину. Ловит протяжный стон своим ртом. Лицо ибриса искажает гримаса удовольствия. Это точно последний раз, когда она была занята кем-то кроме него. Точно последний. Хотя провоцировать гордую хитрую Луну через подопечных и вынуждать приходить к нему ругаться и просить тоже приятно. Может он и позволит ей продолжать свои проекты. А вероятней всего она даже не спросит. Хитрая и добрая Луна. Его Луна.