Тебе Не Спрятаться... - Надежда Жирохова

я их нашел, но Андрей Дзюба не сдается, они хотят перехватить китайцев и уговорить их отказаться от нас. Я навел справки. В общем, Ростислав, вы с Лилией летите в Китай на неделю.

— Что? — проговариваем мы в унисон.

— Я с ней никуда...

— Молчать! — Кричит отец, — я все решил, летите оба, и мне плевать, как вы их уговорите, но они должны вложиться в строительство. Обо всем остальном я договорился, вылетаете в среду, а сейчас свободны.

Голова закружилась, перед глазами поплыло.

Я и Ростик вдвоем на целую неделю. Почему-то вспомнился инцидент в школе.

Мне шестнадцать, Ростиславу восемнадцать. Ему отец купил спортивную машину, а я добиралась до дома на автобусе, и один километр нужно было проделать пешком. В тот день был сильный дождь, и когда я вышла из автобуса, то за секунду промокла насквозь. Я завернула за угол и побежала, но нога подскользнулась, и я полетела в грязь. Слезы полились из глаз, и я даже не заметила, как машина притормозила около меня. Я быстро поднялась и, ежась от холода, улыбнулась. Ростик, слава богу, он довезет меня до дома.

Я начала дергать за ручку на двери, но она не открывалась. Затем стекло медленно поехало вниз. Ростик с непроницаемым лицом смотрел на меня, всю грязную и промокшую, и хмурил лоб. — Открой дверь, я замерзла, — произношу дрожащими губами. — Еще чего, ущербная, ты перепачкаешь весь салон.

Я замерла на месте и некоторое время даже не дышала. Хотелось самой себе дать пощечину или до боли прикусить губу. На что я вообще рассчитывала? Это же Ростик, его сердце камень, он не знает, что такое жалость.

Я сделала шаг назад, слезы полились из глаз еще сильнее, но я вовремя отвернулась. Громкий хлопок и позади меня что-то упало. Машина Ростика сорвалась с места и только когда скрылась за поворотом, я наклонилась и подняла с земли зонт.

Он кинул мне его как собаке кость.

— Когда мы приземлимся в другой стране, советую тебе бежать, иначе поплатишься.

— Я не буду бежать, отец поручил нам дело.

— Тем хуже для тебя.

Он прошел мимо, задев меня плечом. Я мысленно выругалась и несдержавшись пнула ногой перекладину широкой лестницы.

Черт, так вот зачем я им понадобилась.

Чуть позже я переоделась в джинсы и укороченный топ, после чего решила позвонить своей единственной подруге в этом городе.

Долгие гудки и затем в трубке раздался шепот.

— Карина, это я, Лиля.

Тишина..

— Кари, — повторила я.

В это время в комнату в привычной манере зашел Тим.

Я подняла глаза к потолку и положила трубку.

— Какие планы на вечер? — спросила я.

Тимур переоделся в джинсы и свитшот, который ему безумно шел. Я даже слюну подавила. До чего он хорош собой.

Он улыбнулся.

— На свидание хочешь что ли пригласить?

— Хуже Тима хуже, мне нужно кое-куда съездить, отвезешь?

— Конечно, принцесса, с тобой хоть на край света.

Я шуточно стукнула его по животу, а он неожиданно для меня перехватил мою руку и крутанув, крепко прижал меня к груди.

У меня почему-то задрожали руки. Напоминаю себе в сотый раз, что я и Тим родные люди друг для друга, и сама же себе противоречу.

Я отодвигаюсь от него и решаю заглянуть в глаза Тимура. Он о чем-то сосредоточенно думает и смотрит прямо на мои губы. Черт возьми, это же мой сводный брат. Почему у меня внутри все дрожит и переворачивается?

Он трясет головой и резко убирает руки с моей талии, словно боится обжечься.

— Поедешь так? — Спрашивает он.

— Да, не могу носить эти комбинезоны и закрытые платья.

— Ты стала бунтаркой и мне это нравится, — Тим кривит губы, но глаза чем-то обеспокоены.

— Меня и Ростика отправляет отец в Китай, — говорю я, подхватывая свою сумку.

— Что?

— Пожалуйста, только на этот раз не влезай, ты и так слишком часто за меня заступаешься.

— Ты хоть понимаешь, с чем и кем ты связываешься? Да он...

— Прекрати, не съест же он меня.

— Я думаю, будет хуже.

— Тим, я взрослая девочка, если он думает, что я как раньше буду молчать, то он ошибается, я не дам себя в обиду.

— Я переживаю, — выдыхает Тим.

— Я знаю, не волнуйся так.

Мы спускаемся с лестницы и идем вниз.

Николай открывает нам дверь, и я по привычке ему улыбаюсь.

— Где все? — Спрашивает Тимур.

— Ваши родители уехали на мероприятие к Смирновым, сказали к ужину не ждать, Ростислав Львович в кабинете.

— Ну и отлично, мы тоже к ужину не пойдем, перекусим в ресторане.

— Хорошо, Тимур Львович, приятного вам вечера.

— Спасибо.

Тим открывает мне пассажирскую дверь, и я чувствую, что кто-то смотрит мне в спину. Жар моментально охватывает кожу, и я, обернувшись, смотрю вверх. У окна я замечаю фигуру Ростислава, который провожает нас взглядом.

Одной секунды мне хватает, чтобы отвернуться и сесть в машину.

— Так куда мы едем? — спрашивает меня Тимур, поворачивая ключ и заводя машину.

— На рыбацкую.

— Куда? Это же самый криминальный райончик.

— Боишься что ли? — смеясь спрашиваю я.

— Еще чего, просто что ты там забыла.

— Хочу навестить подругу. Последний раз, когда мы с ней разговаривали, она переехала туда. Хочу проверить, все ли с ней в порядке.

— Окей, погнали.

Этот район считался самым опасным в городе. Мы завернули на узкую улицу, и я начала осматриваться по сторонам. Здесь царило полное отсутствие порядка и чувствовалось напряжение в воздухе. Стены домов были покрыты граффити, а окна разбиты или задернуты плотными шторами. По тротуарам бродили подозрительно выглядящие люди, взгляды которых вызывали дискомфорт.

Вокруг нас стояла тяжелая атмосфера, наполненная запахом гниющего мусора и дешевого алкоголя. Группы подростков сидели на ступеньках под заброшенными зданиями, куря сигареты и обсуждая что-то тихими голосами. Местные жители, пройдя мимо нашей машины, бросали на нас недоверчивые взгляды, словно мы были инопланетными существами.

Улицы были пустынными и заброшенными, освещение было слабым, создавая темные тени среди зданий. Вдалеке слышались звуки громкой музыки и голосов, а иногда проникали до нас тусклые световые вспышки из окон ночных клубов и баров.

Я ощущала, как напряжение в машине растет. Тимур сосредоточенно водил, избегая глазами контакта с окружающим миром. Мы продолжали двигаться вперед, проезжая мимо разрушенных зданий и запустевших дворов. Каждый раз, когда мы останавливались на светофоре или перекрестке, я чувствовала на себе взгляды людей, скрытых в тени.

— Ты уверена, что это здесь? — спрашивает Тим.

— Да, уверена. Я пойду поднимусь, а ты подожди меня здесь.

— Нет, я пойду с тобой. Что-то