В счет будущего - Юлия В. Ушакова

— Надеюсь, я заслужил чашку чая? — неожиданно для себя спросил Михаил.

— Конечно, проходите!

Анна переступила порог квартиры, включила свет. На своей территории она почувствовала себя увереннее — даже плечи распрямились.

— Вот тут раздевайтесь. Обувь не снимайте, — оживлённо говорила она, проходя по комнатам и включая свет. — Я сейчас поставлю чайник.

Михаил огляделся: комнат было две. На стенах дешёвые обои, на полу линолеум, вдоль стен — допотопная мебель.

«Бедненько, но чистенько», — пробормотал он себе под нос.

— Проходите пока в мою комнату! Она левая! — крикнула Анна с кухни.

Михаил прошёл.

— Как тут… интересно…

Мебель здесь тоже была старой, но сама комната казалась очень девичьей и уютной из-за мелочей: гирлянда на стене, какие-то постеры, вдохновляющие надписи. Всё копеечное, но подобрано со вкусом.

На диване, который, очевидно, служил и спальным местом, сидела самодельная кукла. Михаил взял её в руки.

Кукла сильно напоминала хозяйку — те же карие глаза и огненные волосы.

— Надо же…

— Анна Сергеевна, — позвал он, — а кукла у вас откуда?

— Сама смастерила, — отозвалась хозяйка, звеня чашками.

Посадив куклу на место, Михаил продолжил осматриваться. На письменном столе лежали книги — художественная литература и учебники.

«Она что, учится?» — удивился он. Почему-то раньше это не приходило ему в голову.

На столе лежал набросок комнаты: прорисована мебель, линии чёткие, уверенные.

С рисунком он пришёл на кухню.

— Ты где учишься? — спросил он.

— Я в проектном, на дизайнера.

— А почему чертишь от руки? Сейчас же это всё делается в программе…

— Знаю, — спокойно ответила девушка, забирая у него рисунок. — Только на компьютер пока не накопили. Слабый мне не нужен, а мощный стоит… очень дорого. Не хватает зарплаты уборщицы.

Она говорила спокойно, рассудительно, не пытаясь его разжалобить. Просто факт.

— Вы вот тут садитесь, — Анна показала на стул у стены. — Тут уютнее. Наливайте чай, какой любите. Сахар на столе. Я сейчас…

Скоро она вернулась — в джинсах и белой футболке. И всё это ей удивительно шло. Тонкая, гибкая, изящная — и при этом дерзкая. Дерзость придавали алые пряди, торчащие во все стороны.

Пока он осматривался, девушка наделала бутербродов, красиво разложила по тарелкам.

И чашки у них были красивые — синие, с золотой каёмкой, наверное, от старого советского сервиза. И чай оказался крепким, как он любит.

— Ты на каком сейчас курсе? — продолжал расспросы Михаил, с удовольствием жуя бутерброд и запивая сладким чаем.

— На третьем.

Анна тоже с аппетитом ела булку. Даже это у неё получалось красиво.

— Как же ты совмещаешь работу с учёбой?

— Как и многие, — пожала плечами Аня. — Бабушка болеет, сердце. На лекарства уходит вся пенсия. А надо жить.

И снова — тот же спокойный тон, без жалоб.

— А можно и я спрошу? — неожиданно сказала Анна.

— Спрашивай.

— А как вы достигли всего этого?

— Чего «всего»? — сделал вид, что не понял Михаил.

— Материального благополучия, должности…

Он на миг задумался, потом ответил:

— Учился. Потом много работал. Как-то так…

Про отца — крупного бизнесмена, почти олигарха, который оплачивал и школу, и репетиторов, и учёбу в Сорбонне, — он упоминать не стал. Но работал он действительно много и с азартом — это была чистая правда.

И вновь он поймал на себе тот самый взгляд — восхищённый, открытый.

Огромных, красивых глаз…

«Ну что ж, путь к успеху раскрыт, замок сломан. Пора и честь знать…»

Он поднялся.

— Спасибо за гостеприимство, — сказал искренне.

Затем притормозил в прихожей и вдруг добавил:

— Я вот тут подумал… А не купить ли мне у вас ту куклу?

Анна удивилась.

— Да что вы, Михаил Владимирович! — воскликнула она. — Я вам её и так отдам. Даром!

— Нет, даром мне не надо, — твёрдо сказал он. — Назови цену.

Анна задумалась.

— Ну… может, рублей сто? — сказала она смущённо.

— Хорошо. Сто так сто. Давай так: куклу я сейчас заберу, а деньги переведу из дома. Ты же мне доверяешь? — уточнил он лукаво.

— А может, я куклу принесу завтра? Куплю красивую упаковку…

— Нет-нет, ничего не надо. Без куклы я отсюда не уйду. Обычного пакета вполне достаточно. Найдётся?

Анна метнулась в комнату, какое-то время там шумела, шуршала ящиками и наконец бережно вынесла своё сокровище — уже вполне прилично упакованное.

— И да, — сказал Михаил уже в дверях, — сегодня закройся на щеколду. А завтра я к тебе слесаря отправлю прямо с утра.

И, не дожидаясь ответа, вышел, прикрыв за собой дверь.

Анна закрыла дверь на щеколду и подбежала к окну. Смотрела, как он вышел из подъезда, сел в машину, бережно положил куклу на сиденье рядом с собой, какое-то время просто сидел, будто о чём-то размышляя…

И наконец уехал.

Глава 5

Своя квартира показалась Михаилу непривычно тихой. Он снял пиджак, бросил ключи на стол и какое-то время просто стоял у окна, глядя на огни города. День был длинный, и странный. Он даже начисто забыл написать Софи. Она наверное уже долетела.

Точно, в телеге висело сообщение: долетели нормально, заселились. Отдохну напишу. Целую!

Закрыл телеграмм и вновь вернулся мыслями к облезлой двери, к тонкой девичьей фигуре в белой футболке, к гирлянде на окне.

Он усмехнулся.

Гирлянда летом. Кто вообще так делает?

Михаил развернул сверток. Кукла была действительно хороша. Не безвкусная поделка — настоящая работа.

— Сама делала… — надо же. Какие талантливые у них уборщицы оказывается.

Михаил приготовился ко сну, но уснуть не получалось. Перед глазами снова возникло её лицо. Спокойное, чуть усталое и какое то упрямо гордое.

Она ведь даже не жаловалась.

И так восхищенно смотрела на него, такое не сыграешь.

А ведь она тебе нравится — пронеслось в голове. И это было… не очень удобно.

Михаил провёл рукой по лицу. Глупости. У него есть Софи и он уже почти решил сделать ей предложение.

Затем сам собой припомнился разговор о секрете успеха и кажется, впервые задумался, а смог бы он стать тем, кем стал, если бы не отец с его деньгами? А если нет такого отца, а только бабушка с больным сердцем?

Михаил взял телефон и открыл банковское приложение. Набрал ее номер.

Имя получателя появилось сразу.

Анна.

Михаил помедлил. Потом набрал сумму: двести тысяч.

Палец завис над кнопкой.

Он вспомнил, как она сказала:

— Может… рублей сто?

Он даже тихо рассмеялся.

Для него эта сумма — ерунда. Один ужин в хорошем ресторане. Одна пара туфель для Софи.

Он еще помедлил размышляя. Помогу и всё! Компьютер