Кажется, я попала, господин ректор! - Ника Лисицына

– Что это? – нахмурилась она и прикрыла нос рукавом.

Склонил голову вбок.

Ей не понравился мой ужин? А может мало? Могу ещё добыть!

– Рур-р-р-р! – сказал, обещая, что сейчас принесу ещё несколько, но она нахмурилась.

– Не нужно ничего! – заявила малышка. – Мне нужно с тобой поговорить!

– Рур-р-р-р! – так говори!

– Нет! – воскликнула, и, сложив руки на груди в замок, отвернулась.

– АР-Р-Р! – возмутился я.

Какого дракла она творит? Хочет игнорировать? Она моя! МОЯ!!!

Топнув, когтями проделал небольшие борозды и злой на это своеволие, покинул гостиную.

Прошёл в зал с камином, дохнув пламенем на дрова и опустившись, положил голову на лапы.

Пусть привыкает. И вообще, не дело это моей паре без еды.

Да что она о себе возомнила? Чего хочет добиться? Пусть бы сразу сказала, а не молчала и требовала человека вернуться. Не пущу! Теперь я на свободе! И она только моя!

Долго лежал так, задумавшись, и не заметил, как заснул. А когда проснулся, увидел, что человечка лежит возле самого камина, свернувшись, словно замёрзла.

Поднялся и подошёл к ней.

– У-у-ур-р-р-р! – протянул, заставляя её отправиться в постель, ведь именно для этого она здесь.

– Уйди, – выдохнула человечка. – Не хочу тебя видеть, – сказала, и я расслышал всхлип.

Она что, плачет? Но почему? И почему прогоняет? Она же сама к нам пришла! Сама хотела, чтобы мы были вместе!

– Ур-р-р.

– Я же сказала, уходи, – повторила она. – Если Эмиль не хочет возвращаться, то я лучше побуду здесь одна.

Я не понимаю, почему она так привязалась к человеку? Почему не желает видеть меня? Мы же с ним одно целое.

– Пожалуйста, – всхлипнула человечка. – Лучше брось меня здесь умирать.

Что? Никогда в жизни! Не позволю! Да лучше…

– Эми-и-и-иль, – простонала Кати, уткнувшись в маленькие ладошки. – Мне очень страшно.

Больно. Так не должно быть. Разве мы не можем быть просто счастливы? Почему именно человек? Это же я забрал её оттуда! Я привёл её в наш дом! Я ужин ей принёс и я…

– С тобой мне страшно, – сказала Кати, бросая на меня взгляд покрасневших от слёз, глаз. – Я не знаю, как себя вести в присутствии дракона. Я просто хочу поговорить с Эмилем человеком. Прошу. Умоляю! Позволь нам поговорить!

– АР-Р-Р-Р! – взревел я.

Боль острым клинком полоснула внутренности.

– Вот видишь, ты злишься, – сказала Кати. – А я что могу сделать, чтобы ты понял меня?

– Ур-р-р-р, – простонал, впервые чувствуя неуверенность в себе.

Ладно. Я не могу так на неё давить. Хочет увидеть человека, так тому и быть. Я приму это. Только пусть она остаётся с нами!

– Ур-р-р-р, – вздохнул и принял оборот.

Глава 5

Глава 5

Екатерина…

Мне было до безумия страшно. И не от того, что я впервые в жизни увидела настоящего дракона, и даже летела с ним. А от того, что ОН может не вернуться.

Что я буду делать, если дракон Эмиля не отпустит его? Как мне быть дальше?

А что я вообще о них знаю?

Могущественные, смертоносные создания, умеющие летать?

Боже, как же я мало знаю о том, кого полюбила!

– Вот видишь, ты злишься, – сказала я, глядя на дракона. – А я что могу сделать, чтобы ты понял меня?

– Ур-р-р-р, – заурчал он печально. – Ур-р-р, – снова произнёс и… изменился.

Я смотрела на преображение огромными глазами.

Сперва воздух вокруг него сгустился, чуть замерцал, а после, на землю, словно подкошенный, упал человек.

– Эмиль! – воскликнула, бросаясь к нему.

Кожа бледнее мела, дыхание слабое и вырывается хрипами.

– Эмиль, что с тобой?

Я смотрела на его обескровленные губы и сердце рвалось на части.

– Эмиль, – простонала. – Очнись, умоляю!

Но он даже не пошевелился.

Мне нужна помощь.

Только где же её найти, когда здесь, на самой горе, нет ни одного живого существа кроме нас двоих?

– Эмиль, – прошептала, и из глаз полились слёзы отчаяния.

От бессилия грудь сдавило так, что стало трудно дышать.

Что же делать?

Нужно… нужно заставить его очнуться. Но как?

Едва не взвыла, бросая взгляд в открытое окно.

Перед глазами всё расплылось и чуть потемнело.

– Боже, да что же это? – прошептала, снова переводя взгляд на Эмиля.

Склонилась, прислушиваясь к сердцебиению.

Тук… тук… тук…

Едва слышный стук.

– Нет-нет-нет! Ты должен жить!

Сорвавшись с места, бросилась в сторону кухни и осмотрелась.

Тазик с водой и полотенце.

Приготовив всё, вернулась к Эмилю, и принялась обтирать его лицо прохладной водой.

– Ну же, очнись! – простонала я.

В груди всё ещё жжёт. Такое чувство, что этот жар стал течь по моим венам, и скапливаться на ладонях.

Кажется, или на его щеках появился румянец?

Снова склонилась, прислушиваясь к сердцебиению.

Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук! – прозвучало уверенное.

В глазах потемнело.

А может просто вечереет уже?

Снова взгляд в окно.

Всё ещё солнце светит, вот только странная чёрная точка виднеется вдали.

И только сейчас поняла, что над горой кружит стая птиц.

Что происходит?

В памяти вдруг всплыло воспоминание, как в лесу, во время нападения на Ами, птицы так же кружили над нами. Они словно пытались меня защитить.

Точка приближалась.

Прижавшись к Эмилю, уставилась на неё во все глаза.

– Тишка? – выдохнула удивлённо.

Птицы чуть разлетелись в стороны, создавая воздушный коридор.

– Рав! Рав!!! – гаркнула Тишка.

Приблизившись к земле, она плавно опустилась, и спрятав крылья, бросилась в дом.

– Рав! – тявкнула, и подбежав, уткнулась носом в мою ладонь подставляя спину, чтобы её почесали.

Потрепав по холке, я улыбнулась.

– Тиша, откуда у тебя такие крылья?

– Рав! Р-р-рав-рав! – отозвалась, довольно виляя хвостом.

– Какая же ты у меня молодец! – сказала я. – Не оставила меня, нашла.

– Р-р-рав!

– Хорошо, что ты здесь. Только помочь мне вряд ли сможешь.

– Р-рав? Рав-рав! Рав! – пролаяла и опустилась рядом с Эмилем.

– Что? Ты хочешь попробовать донести его до дивана?

– Рав! – тявкнула, заглядывая в мои глаза.

Недолго думая, я аккуратно перевернула бессознательного Эмиля, водружая его на спину Тишке и с удивлением поняла, что она может его