Слово короля. Слезы попаданки - Татьяна Антоник

Черный цвет — боевой, где под руководством господина Вулфа будущие адепты обучались борьбе с любыми врагами. Люди, нелюди, просто нежить — выпускникам все равно. Учитывая специфику учебного заведения, факультет обучал идеальных наемных убийц.

Красный цвет — факультет нежитеведения, главой которого была Медея Горгон. Адепты становились своеобразными борцами со всяческими вредителями. Летучие мыши, расплодившиеся по территории — это комары, но в дом, в деревню, в город заползали твари и похлеще.

Как пояснял мне Мерлин:

— Чем тебе наша страна не нравится? Подумаешь, почти всегда сумерки. В темноте нет ничего страшного. Страшно то, что прячется в темноте… Монстры, психи, упыри, клоуны, ведьмы, ползучие гады… ползучие клоуны — эти хуже всех… ползучие клоуны! В ливневках живут.

Голубой цвет. Факультет дипломатии и международных отношений. Его возглавлял Раду Валахийский, настоящий вампир и брат графа Цепеша. Дипломатии учили, конечно, но основной посыл заключался в том, чтобы будущий выпускник мог подчинить своей воле остальных.

Взглянув на длинноволосого, красноглазого блондина, я как-то сразу приняла решение избегать его лекций.

Еще был факультет ядоварения, зеленый цвет, с деканом Морганой Салем. Некромантии, упокоения, экзорцизма, где заведовал знакомый, но не менее жуткий Фредвурт Крюджерс. Он еще вел и сновидение ко всему прочему. Их цветом был желтый.

Фиолетовый цвет предназначался демонам и суккубам, будущим соблазнителям.

А белый…

Будь моя воля, я бы предпочла факультет домашнего хозяйства и артефакторики. Он безопасный, что ли. И записи на него практически нет.

Но у меня был договор и задание, ради которого с собственными желаниями следовало поступиться.

— Я хочу на некромантию, — пролепетала я.

Совсем туда не хотела. От перспективы встретиться с ожившими трупами меня бросало в дрожь, от вызывания духов подташнивало, но там учился тот самый Эшвард, с кем требовалось сблизиться.

Ректор и преподаватели переглянулись. Их порядком удивил мой выбор. Даже Тамила ахнула.

— Боги, девочка, зачем? — фыркнул Раду Валахийский. — Ты на себя посмотри.

— Действительно, Б… Б... Да бездна тебя побери, зачем идти туда, где учатся одни парни? — возмутился оборотень.

Информация не обрадовала, но я продолжала упираться.

— Хочу туда, вы сами сказали, что я вольна выбирать.

— Эх, такой кадр пропадает, — мотал головой Бертран. — Проклятие простенькое, жизни почти не мешает… И в некромантию.

— Оставьте ее, — неожиданно за меня заступилась женщина с шипящей чалмой. Я моментально прониклась к ней симпатией, но ненадолго. — Может, она ищет будущего супруга. Почитайте ее дело. Родители погибли, чудом поступила… Не будь у нее этого проклятия, вполне станется, что другие академии ей и неподвластны. Уровень магии нам неизвестен. Как сказал Раду, — Медея наклонилась к кровопийце, — можно одинаково блистать на всех факультетах, а может, она попросту не подходит ни на один.

Какая леди Горгон обидчивая и злопамятная. Можно подумать, что нежитеведение лучше. Бегать по лесам и полям с огромным рюкзаком с артефактами и оружием то еще удовольствие.

Впрочем, все с ней согласились, подтвердив мое зачисление на страшный факультет.

— Вас проводит леди Сара, — поспешил попрощаться с нами Бертран Вулф. — Коллеги, поздравляю, набор закончен. Надо это отпраздновать.

Местный завхоз повела нас в соседний корпус, чтобы показать общежитие. Всю дорогу молчала, почесывая крючковатый нос. Заодно подобрала и валяющегося на траве парня, которого не так давно самолично вытолкнула из окна.

— За испорченные шторы, адепт Ллойд, — ругалась она на него, — в выходные будешь пропалывать мой живой шиповник.

— Леди Винчестер, он же кусается, — поморщился паренек.

— Думать надо прежде, чем красть из преподавательской связующий артефакт. Еще и занавески мне ободрал, мерзавец.

Естественно, и мне, и Тамиле стыло безумно любопытно, а на кой ему понадобилось идти на преступление в Мороке. Сам юноша тоже был первокурсником, очень дружелюбным, местами наивным, но в целом, приятным собеседником. Как он сюда попал? За что?

Пока мы шагали за мрачной Винчестер, или как ее окрестили адепты, за Мрачной Ви, и об этом тоже поведал Эндрю, он объяснил свой идиотский поступок.

— Да я здесь с утра тусуюсь. Старшекурсники носы задирают, а у других прием. Зато у заброшенного колодца познакомился с мокрой длинноволосой девочкой в белом. Классная. Обещала позвонить. А куда позвонить? Артефакта связи у меня нет, вот я и поперся в преподавательскую.

Я нервно засмеялась, Тамила поежилась.

— Знаешь, ты лучше избегай ее звонков, — дала она непрошеный совет.

— Почему?

— Тебе проклятия мало? — за Тамилу ответила наш завхоз. — Это призрак. Она не сообщила, что свидание только через семь дней? Так-то выживешь, и не таких выхаживали, но калечит она знатно.

— Ну, да, что-то такое говорила, — произнес он обескуражено. — И как сам не догадался?

Мы приблизились к женскому корпусу, куда селили всех девчонок. И я пришла к выводу, что все общежития мира будут иметь схожую картинку. Стены домов не помнят милых фраз, нашёптанных за века влюблёнными, но зато бережно хранят ругательства, начертанные отвергнутыми поклонниками.

— Мда, — заключила я, — а в какую комнату нас поселят?

— Ко мне? — нахально предложил побитый студентик, выпячивая грудь.

Леди Винчестер громко шмыгнула носом.

— Вали к себе, Эндрю, и не высовывайся, пока не наваляла, а то не только обращаться перестанешь, еще и потеряешь остатки своей шерсти.

Ого, а наш знакомый-то оборотень. Что там было про превращения?

Спросить рыжеволосого адепта не представилось возможным, потому что престарелая женщина вытащила из-за пазухи огромное железное кольцо, с которого свешивалось невероятное количество связок с ключами и милый, розовый брелок с котиком. От удивления я проморгалась.

— Не отставайте, — рявкнула Мрачная Ви, — мне еще ворота Морока закрыть надо.

Провожая нас по коридорам и этажам, завхоз не переставала бубнить себе под нос.

— Правильно Медея сказала, что припозднились-то так. Никаких манер, никакой выправки. Посылают абы кого на обучение, на некромантию и боевой берут. Эй, девки, — обратилась к нам, резко остановившись у одной из дверей. — Вы последние. Комната, что вам досталась, она… Она… — Леди Винчестер недоговорила. Махнула ладонью, пропустила вперед, вручив Тамиле два ключа, и моментально смылась.

Реально испарилась в воздухе. Пропала. Исчезла. Вызвала во мне новый приступ предынфарктного состояния.

Учитывая недосказанность, мы с опаской переступили порог. Впрочем, на первый взгляд спальня, рассчитанная на двоих, была обычной спальней, если такое словосочетание, вообще уместно, в очень страшной академии.

Жуткие красные обои, в углах виднелась паутина, из окна открывался шикарный вид на широкий лес с кривыми, изгибающимися деревьями. Над лесом проплывали и сталкивались тучи, сверкали молнии. Две кровати, две тумбочки, два стола, еще были столы, явно предназначенные для учебы, два кресла с алой обивкой. Почти славненько. Жаль, что с уличной стороны стекло облепили летучие мыши