100 килограмм Роскоши - Ольга Дашкова

— А теперь, — сказал, медленно расстегивая свою рубашку, глядя на меня сверху вниз горящими глазами, — я покажу тебе, как сильно я тебя хочу.

Глава 5

Глава 5

Две недели после нашей первой ночи я жил в состоянии сладкого, непрекращающегося безумия.

Ангелина перестала сопротивляться. Она позволила мне войти в ее жизнь и я вошел в нее полностью, глубоко, без остатка. Мы начали встречаться так, как достойна именно эта женщина: роскошно, ярко и невероятно искренне.

Каждый день я открывал в ней что-то новое. И с каждым днем моя одержимость только усиливалась. Первая совместная поездка на яхту стала настоящим откровением.

Ночь была теплой, бархатной. Мы ужинали на верхней палубе под звездами. Ангелина была в белом шелковом платье, которое нежно обнимало все ее роскошные формы. Я не мог отвести от нее глаз. После ужина я взял ее за руку и повел вниз, в большую спальню с панорамными окнами.

Как только дверь закрылась, я прижал ее к стене и поцеловал с той страстью, которую уже не мог сдерживать: глубоко, требовательно, жадно. Мои руки скользнули под платье и медленно, но с жаром обхватили ее бедра.

— Позволь мне раздеть тебя, — прошептал в губы.

— Да,– Ангелина ответила, чуть дрожа.

Медленно стянул с нее платье, когда оно упало к ее ногам, отступил на шаг и просто смотрел. Передо мной стояла самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Аппетитная, женственная, роскошная. Ее тяжелая грудь, мягкий живот, широкие бедра, все это было для меня совершенством.

Опустился перед ней на колени. Покрывая поцелуями, сжимая ягодицы пальцами, заставляя раздвинуть ноги шири. Поцеловал внутреннюю сторону бедра, Ангелина простонала, я чувствовал как она расслабилась, тонкими пальчиками провела по моим волосам.

— Ты даже не представляешь, как сильно я схожу по тебе с ума, — прошептал, продолжая целовать внутреннюю сторону бедра. — Каждую ночь я засыпаю с мыслью о твоем теле. Просыпаюсь — и снова хочу только тебя.

Ангелина еще шире развела ноги, облокотившись об стену, а я начал медленно, очень нежно ласкать ее промежность языком. Сначала она тихо стонала, потом начала громче и еще откровеннее. А я вылизывал ее гладкие припухшие от возбуждения половые губы, чувствовал, как она течет, как клитор стал уже твердой горошиной и сходил с ума.

— Ты не представляешь на сколько ты сладкая, готов вылизывать тебя часами.

— А-а-а-а… Олег… не говорит так…м-м-м-м… ты меня… еще больше возбуждаешь… а-а-а… я уже скоро… господи да-а-а-а…

— Кончи…кончи для меня…. Дай мне больше своей влаги.

Ангелина напряглась, до боли сжав мои волосы, а потом отпустила себя, начала кончать. Бедра дрожали, влаги действительно стало еще больше. Она кричала переходя на хрип, хотела отстраниться, но я не дал, продолжил ласкать продлевая ее невероятно красивый оргазм.

Мой член истекал смазкой, яйца гудели, все тело сводило болезненной.

— Или ко мне,– поднялся, с голодом спился в ее приоткрытые губы, ворвался языком в рот, начал практически его насиловать.

Ангелина отвечала, сама стягивала с меня рубашку, расстегнула ремень брюк, ширинку, запустила руку в боксеры, сжала член.

— Хочу тебя, Олег, пожалуйста,– простонала мне в рот.

— Да, помоги.

Я кое-как разделся, Ангелина уже легла на кровать, ее роскошное тело на черном шелке смотрелось божественно.

— Ляг на спину, на край кровати, опусти голову, да, вот так. Открой ротик мила, если я не окажусь в нем сейчас я сдохну.

Ангелина послушалась, легла, ее запрокинутая голова была на уровне моего члена.

— Доверься мне, я не сделаю больно, просто расслабь гортань

Это было невероятно, то как мой входил в ее ротик, как головка доставала до самой гортани, в такой позе было самое глубокое проникновение.

— Поласкай себя пока я трахаю твой ротик, да, да, шире раздвинь бедра.– Ангелина сделала это начала натирать пальчиками свой клитор, пока я медленно двигался у нее во рту.– А теперь потрахай себя, да, вот же дьявол, да.

Сперма уже кипела в яйцах, член стал еще больше, Ангелина начала давиться им, я остановился.

— Иди ко мне, хочу кончить тебя.

Ангелина переместилась на кровати, я лег сверху, вошел в нее сразу, замер на секунду, а потом начал вколачиваться, выбивая из нее стоны и крики. Когда она кончила второй раз, сжимаясь вокруг меня, я позволил себе отпустить контроль и кончил глубоко в нее долго, горячо, заполняя полностью своей спермой.

На яхте мы любили друг друга почти всю ночь.

Через несколько дней мы летели на частном самолете в Монте-Карло.

В салоне я усадил Ангелину на колени лицом к себе. Задрал платье, стянул тонкие трусики и медленно, очень глубоко вошел в нее, пока самолет набирал высоту. Ангелина обхватила меня руками за шею и стонала в плечо, двигаясь на мне медленно и чувственно. Я держал ее за бедра, помогая ей, и шептал на ухо:

— Ты чувствуешь, как идеально мы подходим друг другу? Как твое тело принимает меня всего… целиком…

Она кончила первой, тихо, но очень сильно, дрожа и прижимаясь ко мне всем телом. Я последовал за ней, снова заполняя ее теплой, густой волной.

Но самой запоминающейся стала ночь в ее собственном SPA-салоне.

После закрытия мы остались одни во всем здании. Я привел ее в самую большую комнату с массажным столом и огромным джакузи. Раздел медленно, наслаждаясь каждым открывающимся сантиметром. Когда она осталась полностью обнаженной, я достал из ящика возле стола, коллекцию интимных игрушек которых я купил не давно и привез с собой.

Взял самый большой анальный вибратор, показал ей и тихо спросил:

— Ты когда-нибудь пробовала это с кем-то?

— нет, нет, я и не думала,– Ангелина немного покраснела.

— Тогда сегодня я хочу быть первым.

Я долго готовил ее, ласкал пальцами, языком, теплым маслом. Когда она уже тяжело дышала и тихо стонала от удовольствия, я очень медленно ввел в нее попку вибратор и включил на самую низкую скорость. Ангелина всхлипнула от нового, непривычного, но явно приятного ощущения.

Потом я глубоко вошел в киску одним плавным движением. Вибрация создавала невероятное давление. Ангелина громко застонала, выгибаясь подо мной. Я двигался уверенно, но нежно, одной рукой лаская ее клитор, и целовал лицо.

— Ты такая невероятная… — шептал в губы. — Такая мягкая, такая