Зять. Есть за что взять - Алина Вишневская

обоих. Он — высокий, широкий. Я — бледная, с поджатыми губами.

— Почему вы боитесь меня? — спросил он тихо.

— Я не боюсь.

— Тогда почему дрожите?

— Я не…

Его рука легла на мою талию. Легко, как пёрышко. Я вздрогнула, но не отстранилась.

— Не надо, — прошептала я.

— Не надо что? — его губы были у моего уха. — Прикасаться? Или останавливаться?

— Ты обещал.

— Я обещал, что не трону, пока ты не попросишь. Но ты уже просишь, Вероника. Каждым взглядом. Каждым вздохом.

Его пальцы скользнули ниже. По бедру. Замерли на подоле юбки.

— Скажи «уходи», и я уйду, — прошептал он.

Я открыла рот. И не смогла. Воздух застрял в горле.

— Вот видишь, — он улыбнулся в отражении. — Ты не можешь.

В коридоре раздались шаги. Тяжёлые, шаркающие. Борис.

Артём мгновенно отдёрнул руку и отступил на шаг. Я выдохнула и вцепилась в край комода.

— Вероника! — Борис заглянул в спальню. — Ты не знаешь, где мои таблетки?

— В ванной. На полке.

— Я смотрел. Нету.

— Значит, на кухне. В ящике над плитой.

— А, точно. Спасибо.

Он ушёл. Даже не заметил. Ничего не заметил.

Артём поднял ящик с инструментами.

— Я закончил. Если что ещё сломается — зовите.

Он вышел. А я опустилась на кровать и закрыла лицо руками. В висках стучало. Внизу живота — тяжесть. Невыносимая. Ноющая.

Я не попросила его уйти. Я не сказала «нет». И он это знал.

Вечером того же дня я сидела в гостиной и делала вид, что читаю. Лиза болтала по телефону на кухне. Борис щёлкал пультом. Артём вошёл и сел в кресло напротив.

— Я завтра еду в гараж, — сказал он, глядя на меня. — Нужно перегнать машину клиенту. Поедете со мной?

— Зачем?

— Вы обещали помочь с документами. Помните?

— Я не обещала.

— Обещали. Ещё до свадьбы.

Лиза заглянула в гостиную:

— Мам, съезди. Чего тебе дома сидеть? Папа всё равно с телевизором не расстанется.

Я посмотрела на Бориса. Он даже не обернулся.

— Хорошо, — сказала я. — Я поеду.

Артём кивнул. В его глазах мелькнуло что-то тёмное. Предвкушающее.

Ночью я лежала без сна. Сердце колотилось. Завтра. Завтра мы будем вдвоём. Не дома. Не под присмотром. В гараже. На его территории.

Я знала, чем это закончится. Знала с того самого момента, как он впервые коснулся моей руки. И всё равно не отменила. Не сказала «нет».

Потому что хотела, чтобы это случилось.

Телефон завибрировал. Сообщение с того же номера.

«Завтра в десять. Не опаздывайте. Будет жарко».

Я удалила сообщение. Но заснуть уже не могла.

Глава 5. «Гараж. Точка кипения»

Гараж пах бензином, машинным маслом и пылью.

Я стояла в дверях и смотрела, как Артём возится с двигателем старой «Волги». Он был в промасленной футболке, с чёрными от грязи руками. На лбу — испарина. В зубах — сигарета. Он не обернулся, когда я вошла, только бросил через плечо:

— Закройте дверь. Сквозняк.

Я закрыла. Щёлкнул замок. Внутри стало тихо, только радио хрипело что-то старое, блатное, из девяностых.

— Документы на столе, — он кивнул на верстак. — Можете пока глянуть. Я сейчас.

Я подошла к столу. Бумаги были разложены аккуратно, неожиданно для человека, который выглядит как хулиган. Договор купли-продажи, техпаспорт, доверенность. Я пробежала глазами — всё в порядке. Обычная сделка.

— Здесь не хватает подписи продавца, — сказала я.

— Знаю. Он заедет через час.

— Тогда зачем я вам сейчас?

Артём выпрямился. Вытер руки тряпкой. Повернулся ко мне.

— А как вы думаете?

В гараже было жарко. Или это мне казалось. Я сняла лёгкий пиджак и осталась в блузке. Артём смотрел. Молча. Долго.

— Вы специально это надели? — спросил он.

— Что?

— Блузку. Она просвечивает.

Я опустила глаза. Тонкая ткань обтягивала грудь. Соски проступали. Я не подумала об этом, когда одевалась утром. Или подумала?

— Я не обязана перед вами отчитываться.

— Не обязаны, — он подошёл ближе. — Но вы хотели, чтобы я это заметил.

— Не выдумывайте.

— Вероника Андреевна, — он остановился в полуметре. — Мы одни. Здесь нет ни Бориса, ни Лизы, ни соседей. Может, хватит уже? Может, признаетесь?

— В чём?

— В том, что хотите меня.

Я рассмеялась. Слишком громко. Слишком наигранно.

— Ты самоуверенный мальчишка.

— Я мужчина, — он шагнул ещё ближе. — И вы это знаете. Знали с первого дня. Знали, когда слушали нас ночью. Знали, когда не отдёрнули руку. Знали, когда смотрели на меня в зеркале.

— Замолчи.

— Не замолчу. Вы хотели, чтобы я поцеловал вас там, в спальне. Хотели, чтобы я не останавливался. Хотели, чтобы я взял вас прямо там, пока ваш муж искал таблетки за стенкой.

— Хватит!

Я замахнулась. Он перехватил мою руку. Резко. Крепко. Прижал меня к стене. Моя спина вжалась в холодный металл. Его тело — горячее, твёрдое — придавило меня. Я не могла пошевелиться.

— Бейте, — сказал он тихо. — Если хотите. Я отпущу. Только скажите честно: вы этого не хотите?

Я дышала ртом. Грудь вздымалась. Его лицо было в сантиметре от моего. Я видела капельку пота на виске. Чувствовала его запах — бензин, табак, мужчина. Мои колени дрожали.

— Не хочу, — прошептала я.