Потерянная святая - Рейчел Кроу

Ее сердце наполнилось сочувствием к лучшей подруге. Если кто и заслуживал веселого летнего отдыха, так это Гвен. Она стойко перенесла недели душевных терзаний и горьких слез Аны, оказавшись в центре ее драмы со Стефаном. Гвен проявила доброту и любовь после академического провала Аны, хотя ее неудача разрушила и планы Гвен: они должны были жить вместе во время учебы в университете.

Ана мысленно пообещала взять себя в руки ради этой поездки, ради Гвен. Она должна перестать думать только о себе и продолжать играть выбранную роль. Равнодушной и несломленной. Сделав глубокий вдох, Ана прошептала: «Никаких уныний. Никакой тоски. Только веселье».

Ее решимость мгновенно подверглась испытанию, когда она заметила Стефана, стоявшего у другого фургона с двумя азиатками из их класса по биологии. Кендра и Сунь-ю с длинными гладкими хвостами и глянцевыми от блеска губами. Похоже, они находили забавным и очаровательным все, что говорил Стефан. Какой-то скрежещущий звук прервал ее размышления, и она разжала зубы.

– Всего двадцать минут, ребята, – прокричал один из братьев Метцгер с сильным немецким акцентом. – Потом все возвращаемся в фургоны, если хотим успеть к пещерам до полуночи.

С братьями Метцгер во главе группа потянулась в лес. Ана замедлилась, чтобы идти последней. Они словно шагнули в черный бархат – ночные звуки приглушались тишиной. Все присутствующие, казалось, почувствовали это плотное скопление теней и начали разговаривать шепотом. Свет фонарей золотил каменистую тропу. Уилл оглянулся, проверяя, не отстает ли она.

– Ты там в порядке?

Она сделала небольшой взмах рукой, но продолжила смотреть себе под ноги.

Что, если Уилл попытается что-то предпринять сегодня вечером? Обнимет в горячих источниках? Поцелует? В ее мыслях сразу же возник образ Стефана и девушек с безупречными хвостиками. Проблема заключалась в том, что, если флирт Уилла перерастет во что-то большее и она поддастся, Стефан сразу это заметит. Он поймет, что Ана пытается вызвать в нем ревность, но ему будет все равно – он ничего не скажет. Возможно, его позлит, что Уилл такой привлекательный, но на деле почувствует только облегчение, что бремя ее разбитого сердца снято с его плеч.

Тропа повернула, и их группа вышла из-за деревьев. Руины дворца Эдин заслонили собой горизонт, и ее тревога исчезла, уступив место изумлению. Мурашки пробежали по ее шее и за ушами. Облака рассеялись, и луна сияла, словно огромная жемчужина, окутывая каменную кладку серебристой дымкой.

– Вау! – прошептала Гвен, указывая на яркую красную полосу, пересекавшую небо над дворцом.

– Ага, – выдохнула Ана.

Даже она должна была признать, что зрелище было впечатляющим. На фоне ночного неба комета казалась еще более яркой.

Все ребята замерли на месте, пораженные видом кометы и руин. Дворец Эдин был огромен. Они вышли к юго-западному углу, где остатки башни возвышались высоко над головой. Наружная стена была разрушена на севере и на востоке. Ана видела иллюстрированные карты и изображения в Google Earth. Сверху первоначальное сооружение представляло собой огромную прямоугольную постройку рядом с древним лесом размером с футбольный стадион.

Бо́льшая часть дворца теперь была недоступна, в целях безопасности его огородили, хотя они могли слышать, как под ним течет приток реки Намен. Ану охватила боль глубоко в груди, непреодолимое желание познать это место, принадлежать ему.

Когда-то во дворце размещались гильдии великих мудрецов. Провидцы, святые и ученые. Или, как пошутила гид тем утром, язычники, еретики и праведники. Здесь располагались больница, библиотека и школа. Обсерватория, конюшни, арсенал и литейная мастерская. Где-то здесь жила Святая Ансель, основавшая гильдию святых.

Ане захотелось посидеть прямо здесь, на траве, впитывая витавшее в воздухе волшебство, чтобы группа вернулась к фургонам без нее. Если бы видение в амфитеатре не было таким пугающим, она бы почти пожелала погрузиться в еще один такой сон прямо здесь. Во что-то связанное с дворцом. Возможно, бродить по колоннадам. Исследовать Священную Рощу. Она вздохнула.

Братья Метцгер собрали всех, и они направились обратно к фургонам. Отсюда до пещер можно было доехать за сорок пять минут по извилистым горным дорогам. Мысль о поддержании беседы с Уиллом казалась пугающей, но как только они вернулись в фургон, тот невозмутимо спросил:

– Ты впервые в Эдине?

– Я никогда раньше не выезжала за пределы Дармиша.

– Мы с родителями посетили это место сразу после того, как переехали в Гамбург.

Ана склонила голову набок.

– Твои родители работают в консульстве?

– Папа – финансист, а мама – переводчик. Она работает на шесть консульств.

– Шесть? Она знает шесть языков?

Уилл рассмеялся.

– Папа всего три. Она постоянно подкалывает его по этому поводу.

Ана покачала головой.

– Из-за такого я чувствую себя лентяйкой.

– Она всех заставляет чувствовать себя лентяями.

– А ты знаешь другие языки?

Он втянул голову в плечи.

– Три. Немного.

– От этого мне не легче.

– Ну, папа кореец, а мама француженка, так что я вырос со знанием этих языков. Мне пришлось выучить только английский. Теперь я немного говорю по-немецки.

– У тебя довольно аристократичный акцент.

Уилл поморщился.

– Это потому, что я ходил в английскую школу-пансион до того, как мои родители получили свои должности и меня зачислили в Брайтуотер.

Фургон резко повернул, и она прижалась к его руке.

– Извини, – сказала Ана, выпрямляясь, когда дорога выровнялась.

Он улыбнулся, взглядом показывая, что не возражает, и она прикусила губу, уставившись на свои ноги.

– А что насчет твоей семьи?

– Только я и мама. Она юрист. Работает аудитором при консульстве США. В основном занимается вопросами иммиграции, помогает людям с подачей заявлений.

– Где ты жила до Брайтуотера?

– Много где. Мама англичанка, папа – киви[2]. До восьми лет я жила в Новой Зеландии, а потом мои родители развелись, и мы переезжали из одной страны в другую: Ирландия, Шотландия, Штаты. Потом мама решила осесть, чтобы я отучилась в школе в одном месте. Я в Брайтуотере с тринадцати лет.

– В Брайтуотере неплохо.

– Это международная школа, – сказала Ана. – Мы все здесь отчаянные аутсайдеры, поэтому и стремимся завести друзей.

Уилл усмехнулся, и Ана постаралась не дать волю своим мыслям. Общаться с ним было легко. Он оказался не тем крутым парнем, за кого она его принимала. Парень прилагал усилия, чтобы ее разговорить, и она не знала, что об этом думать.

Всю дорогу до пещер Уилл поддерживал разговор. Он даже дождался ее, когда они выходили из фургона. Ана снова взглянула на Гвен и Стефана, но ее подруга была с Коннором, а бывший разговаривал с одной из девушек с хвостиками. Чувство