Ловушка для генерала - Ханна Леншер

— Я не знал, что конкретно ты любишь. — Генерал неловко переступил с ноги на ногу, шурша бумажными пакетами. — Поэтому взял все, что посоветовала Ирмина. Торт с соленой карамелью, две пиццы с мясным ассорти, какие-то запеченные роллы с морепродуктами… И колбаса. Три палки. Разных сортов. Все, как заказывала.

Он поднял на меня виноватый, но абсолютно человеческий взгляд.

— Мир, Марта?

Мой голодный желудок издал предательски громкий урчащий звук. Я посмотрела на этого высокого дракона, который сейчас стоял под моей дверью, обвешанный пакетами с вкусной едой, и губы сами собой дрогнули в улыбке.

А генерал-то, в принципе, неплохой мужик. Жаль только, что немного маньячная ящерица.

Глава 4. Генрих

Глава 4. Генрих

Я честно послушался Эйдана и решил поступить как цивилизованный дракон.

Притащил к ее двери цветы. А потом сидел в выделенных мне покоях, разбирал рапорты с границы и убеждал своего внутреннего зверя, что ломиться к Марте сейчас — плохая идея. Дракон в ответ фыркал и рисовал в воображении одну-единственную картинку: кудрявую девчонку в белом халате, которая бесстрашно машет перед моим носом шариковой ручкой.

В итоге я сдался и вечером караулил ее в общежитии, борясь с желанием ее украсть. С цветами получилась накладочка, зато с едой вышло хорошо. Если хочешь приручить дикую кошку — принеси ей лучшую добычу.

Когда Марта приоткрыла дверь, то я едва не забыл, как дышать.

Девушка стояла передо мной в нелепой пижаме с рисунком в мелкий цветочек. Ее темные волосы, мокрые после душа, тяжелыми кудрями спадали на плечи. Она удивленно посмотрела на пакеты, пахнущие жареным мясом, и улыбнулась.

— Я одна столько не съем… — Марта отступила на шаг, пропуская меня внутрь. — Надеюсь, генерал, я не пожалею о том, что вас пустила.

— Тебя, — осторожно поправил я, боком протискиваясь в ее крошечную, пахнущую сушеными травами и спиртом комнатушку. Логово сумасшедшего алхимика, с книгами, пергаментами и баночками, а не девичья спальня. Мне безумно понравилось. — После всего, что между нами произошло, мы определенно перешли на «ты».

Пройдя дальше, я поставил пакеты на небольшой столик у окна, сгружая коробки с пиццей, торт и те самые три палки копченой колбасы.

Марта подошла ближе, завязывая халат на талии, словно это ее спасет от меня.

— Рано шутить, — вздохнула она, опускаясь на стул. — Я еще не пережила этот ужас. Тебе легко, ты улетишь на днях обратно на границу, а я-то здесь останусь. И мне с этими слухами жить, работать и в глаза коллегам смотреть.

Мое сердце екнуло. В ее голосе не было злости, только горькая обреченность.

— Прости, — искренне сказал я, садясь напротив нее. И я действительно сожалел, что заставил ее это пережить.

Хотя, если говорить совсем начистоту, в душе я ликовал. Ведь я знал то, чего пока не знала она: никуда мы друг от друга не денемся. Если за оставшиеся два дня Марта не сдастся в мои объятия, то я все равно ее похищу. Только уже официально. Приказ ректора о назначении ее руководителем практики с обеда лежал в ящике стола Рейвенхарта.

Но говорить ей об этом сейчас слишком опрометчиво. Она просто выкинет меня в окно вместе с тортом. Пусть пока думает, что я скоро исчезну из ее жизни.

— Давай просто спокойно поедим, — предложил я, открывая горячую коробку с пиццей.

Минут десять мы действительно жевали молча. Я исподтишка наблюдал, как Марта аккуратно, но с большим аппетитом расправляется с едой, жмурясь от удовольствия. Лучше, чем когда девушки питаются как зайцы.

— Расскажи о себе, — не выдержал я после уничтожения первой пиццы. — Чем ты дышишь, кроме своих зелий, ядов и студентов?

Марта недовольно стрельнула в меня карими глазами.

— Зачем? Мы друг другу никто, генерал. Завтра наши пути разойдутся. Какой смысл в этих светских беседах? — Она потянулась за куском торта. — Лучше объясни мне вот что: почему твоя сестра носит фамилию декана факультета боевой магии?

Я замер с куском колбасы в руке. Моргнул от удивления.

— Ты про Ирмину?

— Про нее. Она ведь, правда, твоя сестра? Не обманула? Значит, фамилия должна быть Ланарит. А в журнале она Тенебрис.

Я смотрел на нее и не мог понять, шутит она или нет.

— Марта… ты серьезно? — невольно усмехнулся я. — Ирмина носит эту фамилию, потому что вышла замуж за Эйдана.

— Вышла замуж?! — Ее брови улетели вверх. Кусочек торта, не донесенный до рта, плюхнулся обратно в тарелку. — Магистр Тенебрис… и студентка? И в академии на это закрыли глаза?!

— Они уже почти пять лет вместе, — развел руками я. — Неужели ты не знала? Сначала они скрывали свои отношения, но потом поженились. Одна из самых обсуждаемых новостей. Еще скажи, что не слышала о скандале с назначением ректора или про недавнее покушение на принца… В каком вакууме ты живешь?

Марта густо покраснела.

— В научном. Я диплом писала, потом диссертацию про пользу ядовитых грибов-моховиков в лечении переломов... Работаю много. Мне не до сплетен и слухов, — пробормотала она, смущенно поправляя очки.

Это было так забавно и мило, что я рассмеялся в голос. Какая она необычная девушка. Грибы ее волнуют больше, чем главная сплетня десятилетия!

Но наш треп и мой смех сработали. Лед треснул. Поняв, что она пропустила так много из-за своих зелий, Марта неожиданно оживилась и начала расспрашивать. В ней проснулось женское любопытство.

Так мы начали говорить. Она с интересом расспрашивала про службу на границе. Но не про бои или подвиги, как это обычно делают девушки, а про условия содержания полевых госпиталей, лечение ран, оснащение лекарствами и кадрами. Все то, что я пишу в отчетах для министерства. И чувствуя ее внимание, я с удовольствием рассказывал, с упоением наблюдая, как в ее глазах загорается огонек чистого исследовательского интереса. Потом разговор перешел на травмы. Я имел неосторожность упомянуть, как прошлой осенью меня когтями вспорола пустынная грызда, и местный гарнизонный коновал заливал рану экстрактом жгучей лозы.

— Жгучей лозой?! На открытую рану?! — Марта подскочила на месте. — Вот же болван! Она вызывает поражение мышечной ткани! Никто так не делает уже лет двадцать! Покажи!

— Что показать? — опешил я.

— Рану! Шрам! Давай, раздевайся!