Клеймо зверя. Покорись мне, истинная! - Алекс Найт

Тихо рыкнув, он сжал моё горло. Дыхание перехватило от ужаса, но Раун лишь сдвинул волосы с моего плеча.

— Как ты сопротивляешься мне?

— Я слишком боюсь, чтобы вас желать. Это же очевидно, — соврала я.

А он рассмеялся, яростно, жёстко.

— Значит, это она, да? Кэссиди что-то сделала?

— Нет, — замотала я головой и попыталась метнуться в сторону.

Раун не позволил, он развернул меня за талию и прижал к стене за статуей. И его зубы вновь впились в мою шею. За вспышкой боли пришло знакомое ошеломление. Ощущения тела отдалились и нахлынули вновь, когда Раун приподнял меня над полом и впился в мои губы голодным поцелуем. На языке разлился привкус крови. Ужас смешался с желанием. И не знаю, что бы произошло дальше, если бы наше уединение вдруг не нарушили.

— Кто вы? Что здесь делаете? — раздался незнакомый голос.

— Спасите! — я дёрнулась в крепкой хватке, рванула из лап Рауна со всеми доступными силами.

Он рыкнул, но отпустил. И я со слезами на глазах налетела на стражника. Он подтолкнул меня к напарнику и выхватил пистолет, направляя его на оборотня.

— Думаю, вас вряд ли наградят за стрельбу по принцу, — криво ухмыльнулся Раун, слизнув кровь с губ.

Но смотрел так пугающе, что я не удержалась на дрожащих ногах и опустилась на пол. Из глаз полились слёзы. Меня затрясло в рыданиях.

— Минария… — как-то внезапно растерянно позвал Раун.

— Вам лучше уйти, принц, — потребовал стражник. — Вас проводят. О нападении будет доложено королеве.

— Лучше позаботьтесь о ней, — выдохнул он сердито, позволяя себя увести.

Но всё смотрел на меня, пока не скрылся за поворотом коридора. А я так и сидела на полу, размазывая слёзы по щекам и кровь по ране.

/Раун/

— Ты подставила меня! — рыкнул я, ударив руками по столешнице.

Проекция лица собеседницы над артефактом связи осталась невозмутимой.

— Успокойся, Раун, — Валери помассировала переносицу.

Выглядела усталой. Под голубыми глазами пролегли тёмные круги. Каштановые волосы пребывали в лёгком беспорядке. Да и со мной она общалась в домашнем платье. Юная, хрупкая. Её можно было принять за обычную девушку, но я общался с императрицей страны демонов Тринаты и сильнейшей провидицей мира. Именно она сказала мне войти в посольскую делегацию и без приглашения наведаться в Стоудор для общения с важной для нас алхимичкой. По её требованию я отправился вчера в королевское крыло и заблокировал контейнер с опасным для магов оружием. Вот только она забыла сказать, что во время своей миссии я встречу истинную пару!

— Как здесь успокоиться? — ответил я, но сбавил тон. — Ты меня послала в Стоудор, когда моё присутствие не требовалось. Фениксы бы справились без меня.

— Разве не очевидно, что ты в Стоудоре для встречи с истинной парой? — иронично отозвалась она.

— Ты должна была сказать!

— Так мой дар не работает, ты же знаешь. Одно неверное действие — и увиденный мной путь рассеется, будто его и не было, — она развела руками в стороны и грустно вздохнула. — Кэссиди не идёт на контакт. Скоро ударит по тебе.

— Как? — напрягся я.

— Попытается тебя выдворить из страны.

— Это ожидаемо, — горько усмехнулся я. — У неё достаточно оснований для запроса на замену посла.

Я прикрыл глаза, уговаривая себя успокоиться. Зверь внутри меня рвался наружу, точил когти о клетку моего самообладания. Истинная пара для оборотня — священное сокровище. Одно прикосновение — и твой мир меняется, сосредотачиваясь лишь на ней одной. И вот ты желаешь только её, лишь она может дать тебе детей. Она станет твоим солнцем и тьмой, разделит с тобой магию, жизнь и смерть.

Но в моём случае благословение может стать проклятием. Минария незнакома с культурой оборотней, для неё я пугающий маг, покушающийся на привычный уклад её жизни. Для меня она сама жизнь. Буквально. Я умру без неё, ведь уже начал установление связи. Не спросил, даже нарушил закон своей страны, установив метку силой. Но иначе бы лишился своей пары. Кэссиди бы сделала всё, чтобы надёжно спрятать от меня Минарию.

Если бы знал, что от принципиальной алхимички будет зависеть моя жизнь, не стал бы вступать с ней в противостояние и поддевать. Не сдержал свой характер, а теперь сам же страдаю. Ведь не без моего участия она меня терпеть не может и наверняка рассказывает Минарии ужасы про оборотней. Ещё и вскоре потребует моего выдворения из страны. Это убьёт меня либо лишит магии. Если и выживу, то стану изгоем среди оборотней, потеряю титул. Это будет не жизнь, а сплошное мучение.

— Кэссиди пожалеет тебя, Раун, — произнесла Валери внезапно смягчившимся тоном.

— Ты ещё и издеваешься?

— Кэссиди добрая и великодушная. Иначе бы мы не делали ставку на неё. Вчера она ценой своей сути была готова спасти любимого, защищала предавшего её короля. И тебя пожалеет.

— Как именно? — хмыкнул я.

И не думал, что Кэссиди злая или жестокая, но её отношение ко мне очевидно, потому я понимал, Валери не просто так сменила тон общения.

— Тебе придётся отказаться от всего, пойти на все её условия.

— Что ты имеешь в виду?! — прорычал я. — От чего отказаться? От титула?

— Даже от имени рода, — вздохнула она. — Только так, Раун. Гордыня не поможет тебе добиться истинной. Только смирение даст тебе шанс.

Вспышка злости погасла, так и не разгоревшись в пожар. Я гулко выдохнул и опустился в кресло.

— А он есть? Этот шанс? Она… Минария даст мне шанс?

— Всё зависит от тебя, Раун. Ты либо приведёшь в страну гениального механика, дашь новый толчок развития для Клоуфаста, либо погибнешь вместе с истинной.

— Очень обнадёживающая речь, Валери.

— Прости, в последнее время я не лучший переговорщик. По крайней мере, со стоудорцами диалог как-то не вяжется.

— Не только у тебя, — хохотнул я и подскочил с кресла, когда услышал стук в дверь. — Это оно?

— Да, — Валери нервно поджала губы. — Всё зависит от тебя, Раун. Помни.

— Помню, — стараясь унять бешенство зверя,