Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона! - Виолетта Вейл

Он посмотрел на бокалы.

— Возможно, этот?

— Возможно.

— И все же не трогайте, — сказала я.

Эван раздраженно вздохнул.

— Я лекарь.

— А я человек, которого нашли рядом с трупом. Если один из бокалов имеет значение, я бы предпочла, чтобы потом никто не спорил, кто его трогал и зачем.

Он замер.

А потом неожиданно кивнул.

— Разумно.

Ариан стоял у двери и наблюдал за нами.

— Эван, ее могли отравить?

— Могли. Могла выпить что-то сама. Могла получить удар по голове. Пока не знаю.

— Удара не помню.

— Вы и собственного имени, по мнению окружающих, не помните.

— Свое я помню прекрасно.

Эван не стал продолжать.

Верен вернулся с бумагой, карандашом и небольшой деревянной дощечкой.

Я взяла их.

Только теперь заметила, что пальцы слегка дрожат.

Не от страха.

Слабость.

Я начала с прямоугольника комнаты.

Дверь.

Окна.

Камин.

Стол.

Кресла.

Тело.

Кинжал.

Капли возле ботинка.

Отдельно отметила бокалы.

Ариан подошел сбоку.

— Для чего это нужно?

— Чтобы завтра никто не вспоминал положение предметов по памяти.

— У нас есть показания.

— Люди плохо запоминают детали, особенно после потрясения.

— Вы не доверяете свидетелям?

— Я доверяю тому, что человек искренне рассказывает, как он запомнил событие. Это не всегда означает, что он запомнил правильно.

Ариан долго смотрел на схему.

— И вы всегда так работали?

— Почти.

— Где?

Я не ответила.

Не потому, что хотела скрыть.

Просто не знала, с какого места начинать объяснение человеку, который несколько минут назад сообщил мне, что его мертвый брат превращается в дракона.

— Позже.

Он повторил интонацию Эвана:

— Очень удобно.

— Иногда.

Я закончила схему.

Потом указала на кинжал.

— Теперь можно поднять, но лучше за часть, которую, вероятнее всего, никто не держал. И завернуть отдельно.

Верен спросил:

— Зачем?

— Чтобы ваши следы не смешались с теми, что уже есть.

— Какие следы?

— Разные.

Он посмотрел на меня с откровенным раздражением.

— Вы можете говорить нормально?

— Могу. Но если начну сейчас перечислять все возможные микрочастицы, остатки тканей, жир с кожи и загрязнения рукояти, вы решите, что я окончательно сумасшедшая.

Эван тихо сказал:

— Я уже не уверен.

— Спасибо.

Ариан снял с небольшого стола чистую салфетку и передал Эвану.

Тот аккуратно поднял кинжал за участок возле гарды.

Я наклонилась.

На металле возле рукояти виднелась тонкая серая полоска.

Почти пыль.

— Стойте.

Эван замер.

— Что?

Я подошла ближе.

— Здесь что-то есть.

Ариан посмотрел.

— Где?

— Между гардой и рукоятью.

Эван повернул оружие совсем немного.

Теперь серый налет был виден лучше.

— Обычная пыль, — сказал Верен.

— Возможно.

Я не стала спорить.

Пока это действительно была просто пыль.

— Не стирайте ее.

Эван кивнул.

— Не буду.

Он завернул кинжал.

Я снова посмотрела на Кассиана.

Посмертное изменение остановилось примерно на середине предплечья и шеи. По крайней мере пока.

Лицо осталось человеческим.

Наверное, это было к лучшему.

Ариан подошел к брату и опустился рядом.

На этот раз не как следователь.

Просто как человек.

Несколько секунд он молчал.

Потом очень осторожно поправил край одежды Кассиана возле плеча, не касаясь раны.

Я отвела взгляд.

Это было не мое.

Через минуту Ариан поднялся.

Лицо снова стало собранным.

— Леди Морвен...

— Вера.

— Пока суд не разберется, кто вы, для всех вы останетесь Лиарой Морвен.

— Мне это не нравится.

— Сейчас меня это не особенно беспокоит.

Справедливо.

Он продолжил:

— Вы будете задержаны.

Я кивнула.

Верен явно ожидал возражений.

Их не последовало.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Я нахожусь в чужом дворце рядом с убитым наследником. Если бы вы просто позволили мне уйти, я бы усомнилась в вашей квалификации.

— Очень любезно.

— Но есть условие.

Верен фыркнул.

— У нее еще и условия.

Я посмотрела на Ариана.

— До того как меня уведут, сохраните комнату. Никого не впускайте без записи. Все, что забираете, храните отдельно. Бокалы не мойте. Еду не выбрасывайте. Одежду погибшего не отдавайте слугам. И попросите лекаря не очищать тело до исследования.

Эван нахмурился.

— Я и не собирался.

— Отлично.

Ариан спросил:

— Еще что-нибудь?

Я посмотрела на кровь на своем платье.

— Не позволяйте никому стирать и мою одежду.

Верен сказал:

— Думаю, в ближайшее время вам вообще не позволят распоряжаться собственной одеждой.

— Впервые за вечер вы меня успокоили.

Он явно не понял, шучу я или нет.

Ариан подошел ко мне ближе.

— Вы сказали, что не убивали Кассиана.

— Да.

— Вы понимаете, что все доказательства сейчас говорят обратное?

— Не все.

— Какие нет?

Я посмотрела на тело.

На слишком чистый участок пола вокруг него.

На рану, которая почти не кровоточила.

На широкие мазки на своем платье.

На кинжал, который уже лежал завернутым в ткань.

Потом снова на Ариана.

— Сам Кассиан.

Его взгляд стал жестче.

— Объясните.

— Если эта рана должна изображать причину смерти, тот, кто ее нанес, ошибся. Ваш брат почти не кровоточил после удара. Значит, либо его сердце к этому моменту уже почти не работало, либо он был мертв.

Эван медленно повернул голову ко мне.

Ариан ничего не сказал.

— Я не могу пока доказать, чем именно его убили, — продолжила я. — Не могу доказать, кто это сделал. И не могу объяснить, почему я очнулась здесь с его кинжалом в руке.

Я посмотрела на дверь с выломанным засовом.

— Но могу сказать одно. Тот, кто устроил эту сцену, рассчитывал, что вы увидите женщину в крови, оружие и запертую дверь и больше ни на что смотреть не станете.

Верен мрачно сказал:

— Вы все еще главная подозреваемая.

— Я знаю.

Ариан сделал знак стражникам в коридоре.

Двое вошли, двигаясь по уже отмеченной дорожке.

Я подняла руки, позволяя им подойти.

И только тогда Ариан спросил:

— Если вы действительно специалист по убийствам, что бы вы сделали на моем месте?

Я подумала несколько секунд.

— Сначала перестала бы искать способ доказать, что виновата я.

Его лицо стало холоднее.

— И начала бы искать способ доказать, что не виноваты вы?

— Нет.

Я покачала головой.

— Я бы начала искать то, что произошло на самом деле.

Стражник осторожно взял меня за локоть.

Я сделала