Хочу любить тебя - Виолетта Иванова

- Завтра ты отправляешься в столицу в военный корпус. Я не желаю больше видеть тебя в своем доме. Скажи спасибо Эйре, она не держит на тебя зла. Если бы не она, если бы ты не был моим единственным наследником, я вообще бы выгнал тебя из дома. А так ты отправляешься на учебу. И постарайся учиться хорошо, чтобы мне не пришлось краснеть за тебя.

Пять лет учебы в корпусе пролетели, как один день. Мартин возмужал, повзрослел. Он не был уже тем мальчишкой, что уезжал из дома. Теперь у него были планы на будущее. Ему предложили неплохую должность при Генеральном штабе. Имя отца, титул сыграли свою роль. Он отправился домой, чтобы заручится согласием отца на свою службу. Дом встретил его суетой и чем-то неприятным. Мартин словно оказался в дешёвых декорациях к плохому спектаклю. Он шел по коридорам дома и не узнавал его. Когда-то обставленный Анной со вкусом дом выглядел как бордель с бордовыми занавесями, картинами с фривольными сюжетами, безвкусными безделушками, вычурной мебелью, которые заменили уют, созданный матери Мартина. А еще запах любимых дешевых духов Эйры душил его.

Отец встретил его в своем кабинете.

- Ты надолго? – был первый его вопрос. – И надеюсь, ты хорошо подумал над своим поведением?

- Я приехал всего на несколько дней, чтобы решить с тобой несколько вопросов. Мне предлагают место в Генеральном Штабе. Нужно твое согласие.

Отвечать на второй вопрос Мартин не стал, разглядывая своего отца. Когда-то крепкий мужчина сдал. Если перед отъездом Мартина седина была только на висках, то сейчас его голова была почти белой. Под глазами появились темные круги, щеки осунулись. Но все равно отец смотрел на него с каким-то презрением и потаенной злобой.

- Ты думаешь, я могу отказать тебе в своем согласии? – отец усмехнулся. – Мне будет приятно, если мой сын замет достойное место.

- Спасибо. Тогда мы должны подписать некоторые бумаги, - он достал из кожаной папки несколько листов гербовой бумаги. – Вот это надо будет подписать в присутствии поверенного.

Отец нахмурился, побарабанил пальцами по столешнице.

- Валис Райнор вернется только через десять дней. Я отправил его по делам.

- Хорошо, я подожду, - ответил Мартин. – Надеюсь, я могу занять свои комнаты?

- Занимай, - махнул рукой отец. – Вечером я жду тебя на семейный ужин.

Мартин поднялся, склонил голову в легком поклоне и вышел из кабинета. Он снова шел по коридорам своего родового дома и в душе все переворачивалось. Целых десять дней ему придется ждать поверенного. Оставаться в этом доме на столь долгое время ему не хотелось. И очень не хотелось встречаться с Эйрой.

Когда он дошел до своей комнаты, открыл дверь, улыбнулся. Она осталась не тронутой рукой Эйры, которая переделала почти весь дом по своему вкусу. Он закрыл за собой дверь, прошел к письменному столу, за которым когда-то делал свои домашние задания, улыбнулся своей шпаге, как старому другу, которая висела над столом. Раздался стук в дверь. Мартин крикнул разрешение войти. Открылась дверь.

- Добрый день, Мартин, - на пороге стоял Даниель и улыбался. – Прошу простить, ездил в город по делам, только сейчас вернулся. Почему не написал, что приедешь? Я бы послал тебе нашу карету.

- Добрый день, дружище, - молодой мужчина подошел к старому другу и крепко его обнял. – Не хотел беспокоить, поэтому добрался на наемном экипаже. Я не на долго, надо подписать у отца пару бумаг. Если бы не нужда, то я бы не приехал. Ты совсем не изменился.

- А ты изменился, вырос, возмужал. Наверное, в столице не было отбоя от девиц?

- Было дело, - улыбнулся в ответ Мартин. – Прошу, расскажи, как тут дела?

- А что рассказывать? Ты сам все видишь – Эйра изуродовала наш дом, установила свои порядки. Отец твой разрешает ей любой каприз. Все надеется, что она родит ему наследника.

Мартин поморщился, вспоминая слова.

- Где она сейчас?

- Уехала к какой-то своей подруге, с которой собиралась прогуляться по магазинам.

Мужчины вздохнули, помолчали.

- Ладно, Мартин. Я схожу к хозяину доложу о делах. Потом после ужина поговорим.

Управляющий ушел, а Мартин разделся, ушел в ванную, долго лежал в теплой воде, раздумывая над своей дальнейшей жизнью. Радовало только одно – он уедет из этого дома, где отец растоптал память о своей первой жене, привел в дом лживую изворотливую тварь, которая готова лечь с его сыном и не скрывает своего желания. До ужина нечем было заняться. Ходить по дому он не мог, поэтому просто лег спать. Вечером Мартин спустился в столовую, где уже за столом сидели отец и Эйра. Девушка за последние пять лет тоже изменилась, потеряла свою девичью хрупкость, приобрела женственные пышные формы. А еще в ее глазах появился опасный огонь хищницы, которая когда-то упустила из своих лап добычу. Но вот сейчас добыча опять оказалась перед ней, и она сделает все, чтобы получить ее. Не стесняясь мужа, Эйра откровенно рассматривала Мартина. На ее щеках появился лихорадочный румянец возбуждения. Отец заметил это, но понял по-своему. Он положил свою ладонь на ее руку, погладил.

- Успокойся, любимая, думаю, что Мартин сделал правильные выводы из произошедшего и больше такого не допустит.

Эйра не ответила, только скривила в ухмылке свои губы, Мартин тоже промолчал. Ужин прошел в полном молчании. Мартин постарался быстрее расправиться со своей едой и покинуть столовую. Выходя, он чувствовал на своей спине тяжелый опасный взгляд хищницы.

Вечером к нему зашел Даниель. Со старым другом они говорили долго, до самой ночи, потом управляющий поднялся, пожелал спокойной ночи и вышел. Мартин уже собрался ложиться спать, как открылась дверь, которую он не успел закрыть после ухода Даниеля.

- Ну здравствуй, Мартин, - раздался голос Эйры, которая вошла и закрыла за собой дверь. – Неужели ты снова не рад меня видеть?

- Не рад. Уходи, - ответил мужчина, останавливаясь возле своего стола, подальше от постели, которую еще не успел разобрать.

- Не уйду. Я ждала тебя долгих пять лет, скучала, мечтала о твоих поцелуях. Ты сильно изменился, стал таким красивым, что я не могу поверить своим глазам.

- Ты чего добиваешься?

- Тебя. Я же говорила уже, что люблю тебя. А сейчас я еще очень хочу ребенка от тебя. Мы же не скажем Дереку о нашей маленькой тайне, если я рожу нашего