Скандальное наследство. Книга 2 - Лана Кроу

В этот раз мы отправились не домой, а в летний домик, чтобы встретиться с Питером. Дэйн опасался, что Оливер, которому он сдал дом, мог приехать в любой момент. Поэтому сразу отправил младшего брата в место нашего дальнейшего проживания.

Я могла только гадать, как выглядит летний домик и похож ли он на основной. И когда мы вышли возле большой калитки, которая один в один походила на калитку большого дома, я была уверена, что увижу маленькую копию, но нет.

Стоило Дэйну распахнуть двери, как передо мной предстал двухэтажный дом из дерева. У него была летняя веранда, большие окна и прудик, который скромно выглядывал из-за угла.

Рядом с домом было полно кустарников с цветами, которые уже начали цвести, удивляя своим ароматом и красотой. В то время как веранду украшали лозы винограда.

– Как вообще можно жить в основном доме, когда есть этот? – не выдержала я.

Да зачем вообще сдалась эта огромная одинокая махина? Знала бы, что есть альтернатива в виде прекрасного коттеджа, переехала бы сюда еще в первый день.

– Нравится летний домик? – вопросом на вопрос ответил Дэйн.

– Он просто прекрасен! – искренне сказала я.

– Это было любимое место мамы. Она очень любила цветы и засадила кустарниками весь участок. До нее здесь было достаточно пустынно.

– У твоей мамы был прекрасный вкус, – отметила я.

– Она была магом земли и прекрасно разбиралась в растениях, – на лице Дэйна появилась слабая улыбка. – Когда отец женился во второй раз, его новая жена не желала приезжать сюда. Она ревновала даже к малейшим воспоминаниям о матери. Отец забросил данный участок. Он даже не присылал прислугу, чтобы держать здесь все в порядке. Но благодаря знаниям матери летний домик не зарос, а стал только красивее.

Когда Дэйн говорил о маме, в его голосе было много тепла и грусти. Это невольно заставляло и меня вспомнить маму.

Конечно, мы, бывало, не ладили и где-то не понимали друг друга. Но сейчас я бы отдала все за возможность просто обнять ее.

Нет ничего страшнее в жизни, чем терять дорогих людей.

– Как странно… Женщина может вскружить голову мужчине настолько, что ему станут безразличны многие вещи. Даже те, которые он должен оберегать всю жизнь, – произнес Дэйн уже с горечью.

Я почувствовала себя неважно от этих слов. Конечно, он говорил о своей мачехе, но вместе с тем данная фраза могла относиться и к Валери.

Мы подошли к дому. Дэйн открыл дверь, а я провела рукой по лозе винограда. Царившее умиротворение нарушил непонятный звук. Когда Дэйн толкнул дверь, что-то звякнуло и упало.

– Это еще что? – спросил старший Райс, войдя первым. А я поспешила следом.

Дэйн поднял пустую бутылку и вздернул бровь. В данный момент я могла бы оценить интерьер летнего домика. Деревянную лестницу, коврик, мебель без изысков. Но вместо этого оценила коллекцию разбросанных по маленькому холлу бутылок.

– Питер?! – рявкнул Дэйн.

Младший из семьи Райс как раз спустился по лестнице. На удивление, спустился, а не скатился кубарем.

Ведь на ногах он стоял плохо, а в руках было новое пополнение к коллекции пустой стеклотары.

* * *

Дэйн

– Где вещи? Ты должен был перенести вещи, – со злостью напомнил я шатающемуся Питеру. Его вид вызывал опасение, что сейчас вот-вот упадет и что-то себе сломает. В то время как что-то ему сломать хотелось лично мне.

– Тебя всегда интересовали только вещи, Дэйн, вещи, деньги, и еще… что там еще… – заплетающимся языком ответил Питер.

В этот момент я ясно осознал, что отчитывать его бессмысленно. Все равно, когда проспится, ничего и не вспомнит.

– У меня просто нет слов, – устало вздохнул я, откинув ногой пару бутылок.

По внешнему виду дома стало ясно, что Питер жил все это время здесь. Жил достаточное время, чтобы превратить одно из самых уютных мест в помойку и богадельню!

– Правда нет? Ты же такой умный старший брат, кууууууда мне, – продолжил Питер свою браваду.

– Это ведь не просто дом, Питер, это любимое место мамы, – с болью произнес я, вглядываясь в красные от злости глаза брата.

Может, хоть воспоминания о матери заставят его взять себя в руки?

– Оооо, какааааая трагедия, – выплюнул он и снова наклонился к бутылке. Но что-то его остановило.

Как оказалось, «что-то» – это осознание, что мы здесь не вдвоем. Питер посмотрел на Валери, я тоже кинул взгляд через плечо и увидел, как блондинка недовольно скрестила руки на груди.

– Валери, не обнимешь супруга? – пробормотал мой некогда любимый брат, а после, подавшись вперед, навернулся на паре бутылок и чуть не рухнул вниз. Благо я успел вовремя спасти его от падения.

– Ты так и торопишься на тот свет? – спросил со злостью, уже не сдерживаясь.

– Как будто тебе есть дело! Валери… Валери, обними меня!

Питер снова попытался протянуть руки к жене, но я его удержал. Не хватало еще, чтобы придавил миниатюрную блондинку своей неконтролируемой массой.

– Пусти меня! – заорал Питер и попытался оттолкнуть. – Ты хочешь подраться, Дэйн?! Хочешь?!

– Ты совсем сдурел? – мне пришлось сдерживать слишком бравого на порывы Питера. Он и правда пытался драться. Только вот его состояние не позволяло даже вырваться.

Зато он смог выронить бутылку, и та разбилась. Теперь дом стал выглядеть еще большим свинарником, чем до этого.

А гулявший сквозняк наталкивал на мысль, что помимо бутылки Питер еще и разбил где-то окно.

На минуту Питер успокоился, он с сожалением осмотрел осколки, а после вскинул взгляд голубых глаз на меня.

– Ты настроил против меня Валери! – со злостью кинул он. Питер дернулся, но я надежно его скрутил.

– Светлые духи, Питер! Ты сам настраиваешь ее своим поведением! Ведешь себя хуже маленького ребенка. Во что ты превратился? Пропойца и ничтожество, – уже не подбирал слов я, с каждой минутой все больше выходя из себя.

– Валери! Валери! – завопил Питер не своим голосом и предпринял новые попытки вырваться.

И замолчал он совершенно неожиданно, когда на его плече оказалась маленькая женская ладошка.

– Питер, пожалуйста, хватит, – тихо сказала леди Райс, и Питер наконец утих.

В отличие от меня, ее он услышал.

В глазах Питера отразилось море боли. Я никогда не видел, чтобы он на кого-то смотрел с такой любовью. И стало стыдно за собственную привязанность к его женщине.

Валери Райс и правда была дорога моему брату.

– Я люблю тебя, я так скучал по тебе. Все эти дни были как пытка. А ты… Ты так холодна ко мне! – заскулил Питер. Валери погладила его щеку и улыбнулась, в