Анархия - Мари Маккей

Он обнажил зубы.

— Я собирался сначала отвести тебя обратно в камеру, но теперь я думаю, что укушу тебя и заявлю права на эту тугую маленькую киску прямо здесь, у всех на виду.

Н-нет…

Разве он не знал, чего ему это будет стоить?

Конечно, не знал. Я поняла, что уже свела его с ума: вспышки ярости, похоти и жестокости кружились в его глазах, пока он смотрел на меня.

Моя сила была как лист на ветру под натиском его ауры, и он приподнял меня по стене, его хватка на моем горле оторвала меня от пола. Я забилась в его хватке, когда он с легкостью прижал меня к камню, мои ногти бесполезно впивались в похожие на камень мускулы. Жар его дыхания на моей шее вызвал сдавленный крик протеста из моих слабых легких.

Его зубы скользнули по моей коже, и я совершенно замерла.

Темная связь.

От его запаха до его ауры — я чувствовала его безумие, его жестокость, и я знала, что он собирается сделать. Темная связь оставит меня на его милость. У меня не будет иного выбора, кроме как выполнять каждую его команду.

Это было то, чего я заслуживала — единственная связь, на которую я могла надеяться, будучи проклятой. Я должна была желать этого, но его запах кислого виски заставил меня сморщить нос, когда он стал сильнее, оскорбляя мои чувства.

Его зубы нашли мою кожу, и я выдавила из себя еще один протест, отбиваясь изо всех сил, брыкаясь, но с таким же успехом я могла бы наткнуться на каменную стену.

Затем раздался глухой щелчок, и он оцепенел. Тень сдвинулась, хотя я не могла как следует разглядеть из-за этого альфы, который был так близко.

— Упадет хоть одна капля крови, Холден, и я размажу твои мозги по всей столовой, — голос был низким и смертоносным, хотя он не сопровождался никаким запахом.

Очень, очень медленно альфа отстранился. Я чувствовала напряженность его тела, едва уловимое рокочущее рычание с каждым выдохом, но его зубы отпустили мою шею.

Тогда я увидела того, кто его остановил.

Небольшой пистолет упирался в подбородок моего нападавшего, Холдена.

Однако мои глаза были прикованы к новоприбывшему, и я не могла отвести взгляд. У него были взлохмаченные волосы цвета полуночи, бледная кожа и острая, точеная челюсть. Самым поразительным в нем были его глаза — кроваво-красные. Пока я смотрела на него, онемев, я подумала, что он самый красивый альфа, которого я когда-либо видела.

Это говорят гормоны, — прошептал тоненький голосок.

Они тебя не спасут.

Тем не менее, этот новоприбывший казался безопасным, и уж точно не мог быть хуже, чем этот ужасный альфа, который угрожал заявить на меня права на глазах у всех.

Медленно Холден отстранился, ослабив хватку на моем горле.

— Опасная игра, размахивать им здесь, — прорычал он, опустив глаза в сторону пистолета.

Я вырвалась, поняв, что его хватка достаточно слаба, что-бы её разорвать, и без колебаний бросилась к альфе с дьявольскими глазами.

В тот момент, когда я врезалась в него, его рука инстинктивно обхватила меня, прижимая к груди. Я так резко подняла на него взгляд, и шею пронзила острая боль.

Его кожа была прохладной, немного влажной от пота, но его прикосновение… Его прикосновение не вызывало ничего, чего я научилась бояться. Ни той похоти, ни того искушения, которые привели меня в этот кошмар.

Его прикосновение было лишь безопасностью.

Что это значило?

И все же он не смотрел на меня, сосредоточившись на другом альфе.

Вокруг нас шла кровавая бойня. Я осмелилась взглянуть в сторону как раз вовремя, чтобы увидеть, как один альфа швырнул другого на стол, разметав подносы и еду. А ближе, темнокожий альфа с длинной рыжей косой впечатал другого в стену. В мгновение ока его зубы сомкнулись на его шее, и он… о Господи!

Я зажмурилась со скулежом от шока, прижимаясь к тому, кто теперь держал меня, но дуга крови, которая брызнула наружу, выжглась на обратной стороне моих век.

Каждый вдох давался мне с болью, легкие грозили и вовсе отключиться.

Звуки вокруг меня было трудно уловить, даже когда я наконец нашла в себе смелость открыть глаза.

Драк стало меньше, в воздухе витало меньше аур.

Холден, альфа, который хотел связать меня темной связью, отступил назад с яростным выражением лица. Еще несколько человек стояли вокруг, почти как часовые.

Я смотрела, как смыкаются ряды, вытесняя ужасного альфу, а затем Холден вместе с несколькими другими развернулись и ушли.

Я не могла не заметить неприкрытой ненависти в его глазах, когда он бросил на нас последний взгляд.

Я наконец осмелилась отстраниться, мои пальцы слишком сильно впились в руки моего спасителя.

Его глаза наконец встретились с моими, и мне показалось, будто я оступилась на лестнице. Его палец скользнул под мой подбородок и приподнял его, изучая меня. Зрачки расширились так сильно, что я едва могла уловить намек на багровый цвет.

Я поняла, что мои губы приоткрыты. Я пялилась на него, как дурочка. Мой взгляд заметался. Все глаза в комнате были прикованы к нам.

О чем они думали?

Я сжалась, паника снова тисками сковала мое сердце, но он ухватил меня за подбородок, удерживая прямо. Он наклонился ближе, его нос почти коснулся моего, когда он склонил голову. Жар прилил к моим щекам.

Я никогда раньше не хотела, чтобы альфа был так близко, но он не был похож ни на кого из тех, кого я когда-либо встречала. Прежде чем я успела даже моргнуть, его губы нашли мои, и я растворилась в нем. В первом поцелуе моей жизни.

Его прикосновение было таким безопасным — ничто по сравнению с альфами, которых я встречала раньше. Я почувствовала, как что-то мягкое прижалось к моей груди, и опустила взгляд.

Он отдает мне свою рубашку?

Он отдавал…

Я закусила губу, страх наконец уступил место чему-то гораздо более яростному.

Мой…

Он. Мой.

Жар расцвел на моих щеках, когда едва уловимое хриплое мурлыканье, спотыкаясь, вырвалось из моей груди. Я подавила его, что оказалось сложнее, чем я ожидала.

Я никогда в жизни не делала этого раньше.

Глава 4

КАРМА

Размытые движения и запахи вокруг нас замедлились, и мой шквал инстинктов утих.

Драка закончилась, хотя моя грудь все еще вздымалась, а чувства были натянуты как оголенный искрящий провод.

Я почувствовал, как теплая кровь стекает по моей шее, когда мой взгляд наконец скользнул к Сину со сладкой зависимостью, которую