Любить вопреки - Ева Бран

свет. «Странно, почему Эминаэль не вышел меня встречать?» Решила, что мужчина хочет сделать мне сюрприз. Улыбнулась и зашла в дом, а дальше яркая вспышка красного цвета и темнота. Очнулась от дикой головной боли. Во рту была самая настоящая пустыня. Тело затекло и ломило. Болела каждая клеточка. Застонала и открыла глаза. Передо мной возникло ухмыляющееся лицо демона. — О, очнулась наша пернатенькая, — оскалился он. Меня обдало волной панического страха. Несмотря на боль и слабость, попыталась отползти подальше от этого ублюдка. Я лежала на полу, на каком-то старом матрасе. На руках обнаружила антимагические браслеты. Поняла, что дела мои хуже некуда. — У тебя наверняка в головушке куча вопросов, пернатенькая. Я ведь прав? — противно заворковал демон. Огромный верзила головы на три выше меня. Ходячая груда мышц. Я молчала. Вопросов, и правда, была масса, но я не знала, с какого начать. — Зачем я вам? — наконец, решилась спросить. — Ты товар, — спокойно выдал демон, как будто это было само собой разумеющимся. — На чёрном рынке за тебя отвалят хорошую сумму. И нам плевать, купят тебя по частям или целиком. Сглотнула неприятную липкую слюну. — Меня будут искать! Я высшая! — Испугался. Сейчас пойду штаны менять, — хохотнул верзила, видимо радуясь своему остроумию. — Тебя никто не найдёт, дорогуша. Думаешь, ты первая, кого мы решили отправить на продажу? У нас всё схвачено и отлажено. — Мой отец заплатит! Много! Двойную цену, — решила сменить тактику. — Мы по-твоему идиоты, чтобы сдать себя таким образом? Значит так, ты сидишь здесь пока не появится на тебя покупатель. Или на твою запчасть. Меня начала бить мелкая дрожь. — Не паникуй, крошка. Выгоднее тебя продавать целиком. Так что, будем надеяться, что не придётся заниматься расчленёнкой. Хотя мне пофиг. Не впервой. Но шеф так сказал, и тебе лучше его не злить, чтобы он не поменял своего решения. — Кто ваш шеф? — со всхлипом выдавила. — Ты с ним скоро познакомишься, — хохотнул демон. — Ведро для нужд в углу. Жрать будешь утром и вечером. Отдыхай. — Можно мне воды? — просипела, ощущая новый приступ тошноты из-за головной боли. — Сейчас принесу. Через пару минут на пол возле моих ног поставили графин с водой и стакан. А после, надолго оставили одну. Я сидела на ободранном матрасе, подобрав под себя ноги и тихо плакала, размышляя над своей судьбой. Демоны никогда не отпустят свою добычу. Пытаться сбежать в антимагических браслетах — бессмысленно. Надеяться на то, что меня кто-то выкупит и отпустит на свободу, тоже. Самый благоприятный расклад в моём случае — это попасть в руки к какому-нибудь более-менее вменяемому экземпляру. Сильно повезёт, если мой хозяин не окажется лютым извращенцем. Всем известно, что у ангелов отличная регенерация, поэтому забавляться с такой игрушкой можно бесконечно долго. Я всхлипнула и крепче обняла себя руками, чтобы унять дрожь. Эти скоты продумали все до мелочей! Они давно приметили меня и выслеживали свою жертву. Иначе как объяснить письмо от имени Эминаэля? Даже почерк был один в один! Оглядела свою камеру. Бетонный мешок без окон. Я даже знать не буду день на улице или ночь. Это наверняка тоже сделано специально. Чтобы сломить жертву морально. Но я так просто не сдамся! Не на ту напали! Буду сражаться за свою жизнь и свободу любыми доступными способами. Не знаю, сколько я просидела в своей тускло освещённой темнице. Мне показалось, что бесконечно долго. Я периодически забывалась беспокойным сном, а ко мне словно потеряли всякий интерес. Есть хотелось уже невыносимо. Даже спать не могла из-за завываний пустого желудка. Наконец, замок щелкнул, и дверь камеры со скрипом отворилась.

Глава 4

В камеру вошёл огромный черноволосые демон. Видимо, главарь банды. Я его видела на балу в компании с тем красноволосым. Значит, они все заодно. И скорее всего, именно тогда и заприметили меня. Демон поставил на пол поднос с какой-то жижей, которую назвал супом и ухмыльнулся. — Сейчас я твой хозяин, птичка. Будешь меня во всём слушаться, и может быть останешься целой, — оскалился этот ублюдок. — Браслеты с тебя я решил снять. Не интересно играть со сломанной игрушкой. А я намерен как следует с тобой поразвлечься, прежде чем продать новому хозяину. Будет забавно. От его слов у меня побежал мороз по коже. Об извращениях демонических отродий ходили легенды. Это жестокие беспринципные твари, способные на любую мерзость. — Давай-ка сюда свои белоснежные рученьки, — он сделал шаг ко мне. Подняла на своего тюремщика перепуганный взгляд. Внутри такие уродливые создания, а внешне безупречно красивые, словно боги. Демон ухмыльнулся, прожигая меня яркой зеленью глаз. — Давай-давай, а то я теряю терпение, крошка. Протянула заметно дрожащие руки. Внутри прокляла себя за проявленную перед этим выродком слабость, но ничего не могла с собой поделать. Мысленно повторяла: «Я сильная. Я справлюсь. Я всё выдержу». Браслеты со звоном упали на пол. — Даже не думай, что тебе удастся удрать, — предупредил демон. — Здесь всюду специальные заклинания. Тебе не удастся и двух шагов ступить. А за попытку побега огребёшь такое наказание, что и в страшном сне не могло присниться. Ты меня поняла? Я кивнула и потерла запястья. — Через несколько дней у тебя ответственный выход, пташка. Сюда съедутся потенциальные покупатели. Любители экзотики. И в твоих интересах подать «товар» лицом, чтобы нам не пришлось тебя продавать по кускам на артефакты. Тебе ведь этого не хочется? Мотнула головой, повторяя про себя словно заклинание: «Я сильная. Я справлюсь. Я всё выдержу». — Вот и правильно. Демон вышел, хлопнув дверью камеры. Я с отвращением похлебала то, что он назвал супом, и свернулась калачиком, укрываясь крыльями. «Интересно, я здесь единственный лот?» Почему-то мне казалось, что нет. «И что значит «подать себя лицом?» Что мне предстоит делать?» Под мрачные мысли заснула тревожным сном. Мне снился брат. Как мы маленькие впервые пробуем летать. Мама смеётся и парит рядом, глядя на наши неуклюжие барахтанья. У Кира получалось лучше. Он был старше на пару лет, и крылья у него были крепче. Затем сон стал постепенно меняться. Меня начала окутывать тьма. Она стелилась по земле, пытаясь дотронуться. Я в панике металась, но чёрная субстанция все плотнее окружала меня, становясь гуще и агрессивнее. Она хватала меня за руки и ноги, скользила по коже, окутывая липкой паутиной. Я вскрикнула, когда она начала залеплять мне рот и нос, перекрывая дыхание, и проснулась. Меня била крупная дрожь, а сердце колотилось как сумасшедшее. Больше мне