Бессердечный рыцарь. Книга 2 - Милена Янг

– Н…ничего, – запнулась она. – Что ты задумал?

–Почувствуешь, – зловеще пообещал он.

То, что они были окружены чертовым огнем, постоянно держало Эви на взводе.

– Мы можем загореться, – прошептала она.

Вместо того, чтобы разуверять ее, мужчина издал смешок:

– Правда весело?

– Ты психопат!

– Я не психопат, мне просто нравится трахаться в маске психопата. Разница большая, детка, – поправил ее насмешливо Йохансен.

Эви ничего не видела. Очевидно, он что-то сделал с этой маской.

Вероятно, заклеил обзор или…

Мысль оборвалась, когда послышался лязг цепей.

Холодный металл коснулся ее кистей.

– Что ты делаешь?! – ахнула девушка от неожиданности.

– А что я, по-твоему, делаю? – промурлыкал Дамиан, заведя руки над ее головой и приковывая тонкие запястья к брусьям. – Готовлю тебя для жертвоприношения. Мне.

Она выдохнула, окутанная страхом и одновременно…

Возбуждение, словно безумный вихрь, ударило в низ живота.

Эви попробовала двинуть руками – послышался звон цепей.

– Убежать не получится, моя добыча.

Дамиан быстро избавил ее от джинсов.

Он резко втянул воздух сквозь зубы, когда взгляд упал на ту самую татуировку под набитым призрачным лицом на бледной коже.

Надпись прямо над полоской белья.

Аккуратные, каллиграфические буквы.

HARDER.

Сильнее.

– Какая приятная картина, – прошептал мужчина, наклоняясь и несдержанно проводя языком по татуировке. Оставляя горячий, влажный след. Пробравший ее до самого нутра.

Спина Эви выгнулась над землей. Очередной стон сорвался с губ.

– О Боже…

– И близко нет, – Дамиан слегка прикусил кожу и развел ее ноги широко в стороны. Послышался щелчок, и вокруг ее щиколоток обернулись кандалы. – Блядь, Огонек, видела бы ты себя со стороны. Совершенная. Готовая к тому, чтобы чудовище тебя осквернило, – произнес он, нависая над ней.

Эви судорожно сглотнула.

Она ничего не видела перед собой из-за маски, но от этого все органы чувств только сильнее обострились.

Треск огня.

Риск, адреналин.

Воздух, обжигающий кожу.

И ледяное острие, которое вдруг прижалось к шее.

– Топор не такой острый, как мачете. Этим будет интереснее.

Она содрогнулась.

– Ты же не собираешься?..

– Что? Удовлетворить тебя моим оружием? Еще как собираюсь, дорогая, – мужчина поддел пальцами кружево бюстгалтера, рывком избавляясь от него.

Скошенная часть лезвия коснулась ее груди, задевая кончики.

Ее тело инстинктивно выгнулось навстречу.

Господи.

Все, о чем она могла встревоженно думать – это куда он поведет проклятым оружием дальше.

Слепой страх сгореть, порезаться или еще хуже – быть обнаруженными случайным человеком, забредшим в лес, и запретное желание… Это все туманило рассудок.

Дамиан повел клинком ниже, заставляя ее тело покрываться мурашками, дрожать.

Очерчивая каждую татуировку.

– Дами… – захныкала девушка, дернув руками.

Боль прожгла закованные запястья.

– Не двигайся. Иначе пламя коснется тебя, – разгоряченный шепот коснулся ее шеи.

Его губы мимолетно задели кожу. Не целуя, лишь поддразнивая.

Скользя по черным хвостам змей, клубящихся под ребрами.

Ниже.

Гораздо ниже.

Бабочки взбесились внизу живота, вызывая тянущую, сладкую боль.

Он ощущал, как она медленно, но безвозвратно отдается в его власть. Сама того не осознавая. Теряется в этом омуте чувств. Купается в безумии.

Ладонь Дамиана сжала лезвие, кровь брызнула на ее кожу, окрашивая багровым.

Боль ему нравилась. Всегда.

Кто-то назвал бы его мазохистом, но Дамиану не нравилось вешать ярлыки.

Сначала боль была просто спутником, чтобы ощущать себя живым.

В моменты, когда он набивал свои пятьдесят восемь татуировок.

Потом – когда проверял остроту топора, чтобы приступить к пыткам. Его пальцы каждый раз окрашивались кровью. Это был почти ритуал.

Но никогда раньше кровь не казалась Дамиану более красивой, чем сейчас. Когда растекалась на ней. Заявляя о принадлежности ему.

Эви тихо вскрикнула.

Она ощущала на себе что-то теплое. Словно он пролил банку красок на ее грудь и живот.

– Дамиан?..

– Охрененно. Так, как я и хотел. Никакого пожара. Ты. Только ты, – он слегка прикусил ямочку между ее ключицами, прежде чем втянуть кожу в рот, жадно посасывая до красных следов. Оставляя засосы по всей шее, груди.

Она издала всхлип.

Нуждаясь в большем. В нем. Целиком.

Мужчина вдыхал запах кокосов и ванили, пока вероломно помечал ее повсюду.

Его зубы задели тазовую косточку, покусывая.

Сладкий аромат, исходящий от ее кожи, смешался с привкусом железа.

Член мгновенно затвердел, и она это ощущала.

Конечно, блядь, ощущала.

Твердость, которая безошибочно прижималась к внутренней стороне бедра.

Грудь Эви лихорадочно поднималась и спадала.

Мачете тут же толкнулось между ее стройных ног. Надавливая через тонкое белье. Задевая то место, от которого сотни звезд замерцали под веками.

– Тебя заводит, когда ласкают клинком, которым я пытал других? – вкрадчивый, полный провокации голос.

– Нет… – соврала она упрямо, не желая признавать его правоту. Даже когда сама изнывала от жажды.

– Ай-ай-ай, – ухмыльнулся он. – Лгать плохо. Особенно – своему мужу, – Дамиан выпрямился, обделяя ее своими поцелуями.

Девушка едва не захныкала от разочарования.

Вместо его рта оружие надавило сильнее.

Снова.

Повторяя это с мучительной медлительностью, от которой Эви хотелось разрыдаться в голос.

– Проклятье, малыш, – Дамиан обхватил свободной ладонью ее бедро, размазывая по нему свою кровь. Продолжая ласкать клинком.

Его испорченная душа впитывала каждый дюйм.

Каждый ее вдох.

Каждую крошечную реакцию.

То, как трепетала голубая жилка на запрокинутой шее.

Как ее волосы рассыпались по земле, будто ореол пламени.

Как хрупкое тело отдавалось удовольствию.

Каждая клеточка его извращенного нутра наполнялась этим хаосом.

Девушка бессознательно пыталась насадиться на мачете, ерзая, пока он мучительно медленно давал ей то, о чем она умоляла.

– Признай это. Признай, что хочешь кончить на мое оружие, – хриплый голос дразнил слух Эви.

Она попробовала двинуться сама – ноги, скованные в кандалы, пресекли всякую попытку.

– Пожалуйста… – выдавила девушка.

– Пожалуйста «что»? – повторил за ней ее мучитель.

– Ты знаешь.

– Мы можем продолжать так до утра. Или играй по правилам, или…

– Да чтоб тебя, – прошипела Эви. – Пожалуйста, позволь мне кончить на твой гребаный клинок, мудак.

Он выполнил ее просьбу сполна.

Так, что жар хлынул по венам, вырвался наружу, пока стенки ее лона судорожно сокращались.

Черт. Возьми.

Это было настолько ослепительно, что Эви на мгновение показалось, будто сознание ее покинуло.

А потом яркий свет заставил зажмуриться.

Она не сразу поняла, что Дамиан сорвал с нее маску.

Взгляд зацепился за полуобнаженную фигуру мужчины в столпах пламени.

В горле пересохло.

Он выглядел, как дикарь.

Темные волосы непослушно спадали на смуглое лицо.

Зеленые глаза глядели с таким обещанием, что от предвкушения заходилось сердце.

Смуглая, татуированная кожа.

Сильные руки, расстегивающие ремень.

Окровавленные.

Эви не чувствовала боли от порезов. А это означало…

«Он случайно