Контракт на плен - Любовь Трофимова

Повернув лицо в его сторону, всхлипнула от распирающих эмоций и провела губами по колючей щеке. Алишер вздрогнул и, чуть отстранившись, улыбнулся и, наклонившись к моим губам, выдохнул.

— Поцелуй меня, — попросил, обжигая дыханием. — Сама поцелуй.

Не задумываясь, потянулась навстречу и неуверенно коснулась губами его губ. Инициативу он не проявлял, предоставляя мне свободу действий. Высунула кончик языка и осторожно лизнула его губы, провоцируя открыть рот, а потом просто приникла полуоткрытым ртом к его губам.

Зарычав, Алишер впился жгучим поцелуем и, перекатившись на спину, устроил меня на своей груди. Отстранившись, стянул с меня платье и, откинув его в сторону, крепко обнял меня, оплетая руками. Уткнулась носом в шею мужа и, прикрыв глаза, блаженно выдохнула.

— Между нами ничего не может быть слишком, — хрипло повторил Алишер и, поцеловав меня в висок, накрыл нас краем покрывала.

Улыбнувшись, обняла его за плечи и вскоре незаметно погрузилась в сон.

ГЛАВА 34

Юля

Все последующие дни Алишер практически всё время проводил в своём кабинете. Если просыпалась чуть раньше, то мы завтракали вместе, но чаще всего, открыв утром глаза, мужа рядом я уже не находила. Просыпаться раньше становилось всё сложней, так как все наши ночи мы неизменно проводили в объятиях друг друга.

Действуя терпеливо, но настойчиво Алишер постепенно приручал меня, укрощал и привязывал. Раскрепощал изощрёнными ласками, массажем, зацеловывая каждый сантиметр моего тела, доводил до исступления. Не отпускал, пока я не обмякала в его руках от изматывающего и сладкого калейдоскопа удовольствий. Шаг за шагом заинтересовывал меня в ответных ласках, ждал когда я сама потянусь за поцелуем, позволял изучать его тело и ставить новые для меня эксперименты в нашем сближении.

Я привыкла засыпать в его крепких объятиях, а просыпаться от горячих поцелуев и настойчивых толчков проникающего в лоно члена. Привыкла к его взглядам, касаниям, запаху, которого мне становилось слишком мало, когда он долго отсутствовал по делам. Вечерами я ждала его. В течение дня думала о нём постоянно, краснела и, покрываясь мурашками, невольно улыбалась, вспоминая наши ночи. Амина же без слов понимала причины моего смущения и тихо хихикала.

На все мои вопросы о том, как продвигается расследование, Алишер, хмурясь, отмалчивался или переводил тему. Каждый день к нему приезжали разные серьёзные мужчины, а иногда он надолго уезжал сам.

Я же, пока его не было, почти всё время проводила с Аминой и девчонками. Тася ежедневно носилась по пляжу, а за ней по пятам, словно наседка неизменно следовал угрюмый охранник. Дата запланированного отъезда девушек приближалась, а Настя мотала нервы Тамиру, всё время откладывая серьёзный разговор и съезжая с темы.

Дарина, наоборот, всё больше уединялась, отсиживаясь на террасе под большим навесом либо неторопливо гуляла по пляжу. Разговаривала мало и неохотно, все больше погружаясь в себя. А я всё никак не могла найти время, чтобы поговорить с мужем о необходимости разрешить мне позвонить Кириллу для согласования оказания психологической помощи по возвращении Дарины в Москву.

Сегодня я чувствовала себя особенно усталой, а, учитывая насыщенность прошлой ночи, это совсем не казалось удивительным. Поэтому после обеда я решила пойти отдохнуть. Мы с Аминой пили чай на террасе, когда я, устав бороться с зевотой и слабостью, безуспешно искала повод уйти к себе в комнату. Амина что-то рассказывала, а прерывать её не хотелось.

— Мадам, вам нездоровится? — посмотрев в упор, поинтересовалась моя дотошная помощница.

— Не выспалась просто, — улыбнувшись отозвалась я и опять густо покраснела.

— Может вам отдохнуть? — заулыбалась Амина и, вгоняя меня в краску ещё больше, намекнула: — У вас же медовый месяц.

— Амина, — шикнула я, прикрывая рот ладонью.

— Это же хорошо, — хихикнула она. — Муж вас очень любит. Разве плохо?

— Хорошо, — опустив взгляд, призналась я, но пытаясь перевести неудобную тему, попросила: — Я бы почитала сначала.

— Я сейчас вам что-нибудь подберу, — охотно кивнула Амина и, вставая с плетёного кресла, уточнила: — Что бы вы хотели почитать?

— Опять ты на «вы», — возмутилась я. — Давно пора отвыкнуть.

— Не могу, — виновато потупившись, развела она руками. — Так что вам выбрать?

— А есть что-нибудь на русском языке? — немного подумав, уточнила я. — Устала сегодня, не уверена, что усвою арабскую книжку.

— Даже не знаю, — растерялась Амина. — Идёмте в библиотеку вместе и поищем.

— Идём, — обрадовалась я, помня, что в библиотеке так ни разу до сих пор не была.

Оглянувшись на гуляющих по пляжу девчонок и убедившись, что Тамир следует за ними по пятам, Амина поманила меня на первый этаж виллы, где в дальнем крыле оказалась большая библиотека. Зайдя внутрь, я даже рот от удивления открыла. Многочисленные полки, стеллажи и большой массивный стол были выполнены из дерева и украшены искусной резьбой. От этого в помещении ощущалась особая атмосфера, а запах дерева ещё больше добавлял уюта.

На стеллажах и полках находилось много книг, поэтому некоторые полки были снабжены красивыми золотистыми табличками. Прошлась вдоль рядов, не зная, с какого угла начинать искать, пробежала глазами по ярким корешкам книг и растерянно повернулась к Амине.

— Вряд ли мы сами найдём, — пожала она плечами и, подумав, улыбнулась: — Хотя, я кое-что видела в прошлый раз. Может, там…

Пройдя мимо стола, Амина целенаправленно подохла к высокому шкафу с застеклёнными дверцами. Решительно открыв створки, достала небольшую коробку с надписью на русском языке «мой мир» и поставила её на стол.

— Здесь? — удивлённо протянула я, не решаясь открыть коробку.

— Думаю, да, — не совсем уверенно отозвалась Амина и, оглядев находку, добавила: — Одна из горничных сказала, что это привезли из библиотеки родителей господина вскоре после их гибели.

— Возможно, это нельзя трогать? — предположила я. — Возможно там что-то личное.

— Не думаю, — покачала головой помощница. — Я как-то заглядывала внутрь и там точно книги.

— Проверим? — пожав плечами, предложила я. — Если что, скажу Алишеру, что нашла сама.

— Господин разрешил вам брать здесь всё, что вы захотите, — заговорщически подмигнув, сказала Амина и, подхватив коробку, уточнила: — В комнату?..

— Да, — кивнула я, и мы направились на выход.

Занеся коробку в спальню, моя помощница поставила её на журнальный столик и, пожелав мне приятного отдыха, удалилась. Я переоделась в более лёгкое платье и, устроившись в кресле, придвинула к себе таинственную коробку. Оглядела со всех сторон и, сняв крышку, растерянно зависла на странном содержимом.

Амина оказалась почти права, только в коробке были не книги, а дневники. Обычные разлинованные ежедневники в твёрдой обложке, исписанные от корки до корки аккуратным почерком.

Пролистнув несколько страниц, я поняла, что держу в руках дневники мамы