Строптивая в Академии. Практика истинной любви - Ольга Грибова

— Что тебе нужно? — насупилась я.

— Не мне, а тебе. Слышал, у хвостов проблемы. Я могу помочь.

Конечно, слышал. Он же золотокрылый. Решение не повышать хвостов невозможно было принять без его участия. Осознав это, я хмыкнула. Значит, с крыльями он делает вид, что против хвостов, а сам действует за их спиной.

— Помог бы, — скрестила я руки на груди, — если бы не допустил подобной несправедливости. Вы, мажоры, вообще не задумываетесь над тем, что делаете. Для студентов из бедных семей Академия — единственный шанс чего-то добиться в жизни, но вы их лишаете этого. Просто так, для забавы.

— Не все зависит от меня, — буркнул Вэйд. Моя обличительная речь ему не понравилась. — Но я пришел не для того, чтобы ссориться.

— А для чего?

— Соскучился, — выдохнул он одно-единственное слово, и сразу стало жарко.

Температура в комнате подскочила на несколько градусов, будто это не слово вовсе, а катализатор. Или дело было в хриплом голосе парня, в его взгляде полном отчаянной жажды.

Я нервно облизнула губы. Моя грудная клетка приподнялась, и рубашка натянулась на груди, обрисовывая контур сильнее обычного. Вэйд в ответ шумно сглотнул.

— Хватит изводить нас обоих, Дия, — пробормотал он. — Сколько можно?

Он настиг меня слишком быстро, я даже увернуться не успела. Сгреб в объятия, прижал к себе, но не поцеловал. Вместо этого потянул за волосы на затылке, а когда я запрокинула голову, прижался губами к шее. Хорошо же он соображает. Ничего не мешает Вэйду касаться меня и целовать куда угодно кроме губ.

— Не надо, — я попыталась освободиться, но он не отпустил.

— Не надо — что? Хотеть тебя? Сходить по тебе с ума? Подыхать от тоски без тебя? Так это от меня не зависит, — шептал он, покрывая короткими поцелуями мое лицо. В каждом его прикосновении сквозили злость и безумие. — Ну что тебе нужно? Я все сделаю.

По-прежнему прижимая меня к себе одной рукой, второй Вэйд залез в карман брюк. Я не видела, что он делает, лишь слышала металлический звон.

— Вот, держи, тут на всех хватит.

Что-то упало к моим ногам. Еще и еще. Я дернулась, чтобы посмотреть. На этот раз Вэйд чуть ослабил хватку, и я увидела десятки значков с крыльями. Их блеск ослеплял. Не какой-то там медный… золотой!

Вэйд пришел ко мне с карманами, набитыми значками золотых крыльев. Это что, попытка меня купить? Вот так он добивается своего? Может, Вэйд считал это лестным предложением, но оно лишь вывело меня из себя. Я не какая-то уличная девка.

— Я не продаюсь! Забери.

— Но мы нуждаемся друг в друге…

— Если ты говоришь о подпитке, то в ней больше нет необходимости. Ты и сам это наверняка чувствуешь.

— Да к черту подпитку! Хватит, Арклей, довольно издеваться! — ладонями он схватил и удержал мое лицо точно напротив своего.

— Чего ты пристал? Ну зачем я тебе?

— Дура! Люблю я тебя! — рявкнул он мне в лицо.

Злясь, я выпалила в ответ:

— Так это взаимно! Идиот!

Мы застыли. Молчаливые и ошеломленные сказанным. В наступившей тишине было слышно, как мы оба тяжело дышим. Будто марафон пробежали. Мы действительно потратили кучу сил на эти короткие признания, но даже оно вышло в нашем духе. По-другому у нас, наверное, и не могло быть.

Вэйд смотрел мне в глаза жадно и неотрывно, словно выискивая в них подвох. Пытаясь понять — я сказала правду?

Забавно, что я в его словах не сомневалась ни капли. Злость растворилась в нежности, как сладкие кристаллы в горячей воде. Полагаю, это отразилось в моем взгляде, потому что Вэйд расслабился. Поверил.

Наверное, только злость и могла заставить нас высказать свои чувства вслух. Она сняла барьеры, которыми мы сами себя сдерживали, и я испытала облегчение. Я люблю и это взаимно. Что может быть прекраснее? Если бы только не обмен, не родственные души, не грант Арклей… так много «если», о которых сейчас совершенно не хотелось думать.

Вэйд не выдержал первым. Коротко и хрипло вздохнув, он прижался своими губами к моим с такой силой, будто умрет без этого поцелуя.

Я точно знала, что должна сделать, когда Вэйд меня поцелует. Пораниться, чтобы вернуть Кати обратно. Но стоило его губам накрыть мои, и я… забыла! Самое важное просто вылетело у меня из головы. Не представляю, как подобное возможно. Мне слишком нравились поцелуи Вэйда Даморри. Вкус его губ, его прерывистое дыхание, напряженные руки, судорожно сжимающие мою талию — за все это я была готова пожертвовать чем угодно, хоть сателлитом.

Для Вэйда это был риск. Я чувствовала, как он насторожен, как ожидает подвоха. И это тоже меня остановило. Я не могла так поступить с ним. Пусть он даже тысячу раз не прав.

Вместо этого я приподнялась на носки и обвила шею парня руками. Вэйд, заподозрив неладное, прервал поцелуй.

— Где порезалась? — спросил он хрипло, готовый оказать первую помощь.

— Нигде, — ответила я честно.

Вэйд нахмурился. Отодвинувшись, он придирчиво меня осмотрел. Буквально ощупал всю. Хороший же у нас уровень доверия друг к другу!

— Да проверь уже сателлита, — не выдержала я.

Вэйд на секунду замер, явно последовав моему совету, а потом недоверчиво покосился на меня.

— Ты серьезно? — уточнил он.

— А ты? — ответила я вопросом на вопрос. При этом мы оба понимали, что речь вообще не о сателлитах и обмене.

Вэйд ответил мне прикосновением — дотронулся до щеки и нежно погладил кожу большим пальцем. Я тоже предпочла обойтись без слов. Самое главное мы друг другу уже сказали. Уж как сумели. Прочее неважно.

Я молча шагнула навстречу парню. Под ногами захрустели значки. Кажется, мы сломали бесценные золотые крылья. Но мне было плевать, ведь мои губы встретились с губами Вэйда.

Это был во всех смыслах драгоценный поцелуй. Выстраданный, желанный, долгожданный. В конце концов, мы целовались, стоя на золоте.

Вэйд снова завладел моими губами, а я снова ответила, не помышляя о возврате Кати. Нет, я хотела своего сателлита обратно, но не обманным путем. Хватит уже этих соревнований кто кого. Я осознала, что готова проиграть Вэйду Даморри. Определенно, это что-то новенькое.

Мы целовались еще и еще, будучи не в силах оторваться друг от друга. Сначала жадно и грубо, потом нежно и чувственно. Губы опухли и ныли, челюсти сводило судорогой. В какой-то момент я услышала, как открылась входная дверь. Видимо, пришла Трина. Но и тогда мы не прервались.

Дверь снова хлопнула. Мудрая, добрая Трина. Она все поняла и ушла. И правильно. Боюсь, даже ее