После развода. Право на отцовство - Юлия Бонд

Майорский усмехнулся.

— Привыкай, возможно, теперь так будет всегда.

— Ты о чём, Олег?

Услышав на том конце провода тяжёлый вздох Майорского, мне стало не по себе.

— Олег…

— Да, Яр, я тебя слышу.

— Почему ты мне так сказал? У тебя всё хорошо?

— Надеюсь, так будет. Ты в бога веришь, Ярина?

— Конечно, верю. Что за вопрос?

— Помолись за меня. У меня на завтра назначена операция, — сказал Олег и моё сердце ухнуло вниз, даже Эмин отложил в сторону книгу, которую читал до этого неотрывно.

— Всё будет хорошо. Я буду молиться за тебя, Олег. Ты нужен дочкам, ты нужен… мне. Майорский, ты не имеешь права сдаваться. У тебя красавицы растут, кто будет женихов отгонять, когда наступит время, хм?

— Спасибо, Яра. Я не сдамся, ты же меня знаешь. Но если что-то пойдёт не так — похорони меня, пожалуйста, на родине, возле матери. Отцу моему в последнюю очередь скажешь, когда похоронишь.

— Глупости сейчас говоришь. Ты будешь жить. Я верю в тебя.

Олег ухмыльнулся.

— Ладно, посмотрим. Спокойной ночи.

— Спокойной.

— Да, Яр… Давно хотел тебе сказать "прости", но всё как-то не решался. Я понимаю, обычного “прости” не хватит, но я действительно жалею, что всё так вышло. Если бы можно было отмотать время назад, я бы поступили по-другому. Я бы тебя ему не отдал.

— Я прощаю тебя, Олег, — единственное, что смогла выдавить из себя я, потому что слёзы начали душить горло.

Эпилог

Спустя 3 года

Покрутившись перед зеркалом, я убедилась, что платье сидит на мне хорошо, и потянулась к косметичке, чтоб достать оттуда губную помаду. Пока я завершала свой образ в спальню вошёл Эмин. В тёмных брюках и светлой рубашке он выглядел крышесносно, впрочем, как и всегда.

Остановившись за моей спиной, он дождался, когда я закончу красить губы помадой и лишь потом попросил помочь ему определиться с выбором галстука.

— Вот этот, — сказала я, ткнув на тёмно-синий галстук, который был на тон светлее брюк. — Давай завяжу.

Подойдя ближе, Эмин немного склонился, чтоб мне было удобнее достать до его шеи. Пока я завязывала узел на галстуке, муж неотрывно смотрел на меня, вызывая в моём теле волнующий трепет.

За последний год в наших отношениях с мужем наступил новый этап, когда младшенькая Эльвира немного подросла и смогла, пусть и ненадолго, но всё же отпускать меня от себя. Мы будто в прошлое вернулись на тринадцать лет назад, когда впервые поженились. Только теперь Эмин не скрывал свои чувства, а проявлял любовь даже больше чем я. Между нами снова появилась нереальная страсть, а в постели настоящий пожар.

Я только успела поправить ворот на рубашке, как Эмин обнял меня за талию и к себе притянул, желая поцеловать.

— Не рекомендую. Помада красная, ты нас двоих только испачкаешь, — улыбнулась я, но Эмин всё же коснулся моих губ. А его рука поползла по бедру вверх и остановилась на ягодице.

— Есть шанс остаться дома? — спросил муж, смотря на меня томным взглядом.

— Олег обидится, если мы вдруг не придём.

Демонстративно закатив глаза, Эмин тяжело вздохнул. Знаю, что он хотел сказать, мол, ему пофиг на Майорского и в таком духе. Но муж промолчал, решив мне уступить.

После успешно проведённой операции Олег решил не возвращаться на Кубу, а остановиться в моём родном городе. Купил дом в соседнем районе, занялся своим делом, а девочек отдал в местную школу. Дочки решили жить с отцом, приезжая ко мне на выходные. Поначалу я очень беспокоилась на этот счёт. Мне даже было обидно, что малышки выбрали его, а не меня. Но всё-таки я смирилась и поняла, что Олег для них гораздо больше, чем просто папа. К тому же как однажды сказала Оля, у меня есть Эмин и Давид с Эльвирой, а папа совсем один.

— Не хмурься. Мы ненадолго. На пару часиков и сразу домой, — ласковым голосом пообещала я мужу.

— Ладно, — согласился Эмин и не упустил возможности коснуться моего лица, проведя указательным пальцем по скуле вверх-вниз.

Перед тем как выйти из дома, мы заглянули в детскую. Няня играла с дочкой на полу, обложившись мягкими кубиками. Я только посмотрела через образовавшийся в двери проём и сразу вышла, чтоб малышка меня не заметила и не заплакала, поняв, что я ухожу.

Давиду я набрала на мобильный, сказала ему, чтоб вернулся домой не позднее восьми вечера. Двенадцать лет, подросток — тут особый контроль.

На улице нас уже ждало такси. Открыв передо мной дверцу, Эмин отошёл в сторону. Я забралась на заднее сиденье и взглянула на экран мобильного. Всё нормально, мы даже не опаздывали.

* * *

В ресторане было очень шумно. Громкая музыка разносилась по залу, а столы ломились от изысканных блюд.

Держась за руки, мы вошли с Эмином в зал в самый разгар вечера. Отыскав взглядом молодожёнов, направились прямиком к их столику.

Олег сразу заметил нас. Сказал что-то на ухо теперь уже своей жене. Поймав на себе заинтересованный взгляд молодой женщины, я приветливо улыбнулась. Красивая брюнетка. Именно такой я и представляла жену Олега, когда дочки рассказывали мне о ней.

Встав из-за стола, молодые двинулись нам навстречу. Пересеклись в центре зала. Эмин с Олегом пожали друг другу руки, а я поздравила Майорскую дружеским объятием. На удивление, но я не почувствовала к себе какой-либо вражды или даже настороженности. Не знаю: говорил ли обо мне Олег своей жене, рассказывал о нашем неудачном браке и горьком опыте, который едва не сломал жизнь стольким людям. Впрочем, мне уже было всё равно, я давно пересмотрела своё отношение к Майорскому. Надеюсь, он тоже меня простил за ту боль, что я ему причинила в своё время.

— Ты очень красивая, — шепнул мне на ухо Олег, когда я обняла его, чтоб поздравить со свадьбой.

— Не заигрывай, — усмехнулась я, ответив таким же шёпотом, чтоб мог услышать только Майорский. — У тебя жена ещё красивее.

— Спасибо, что пришли. Я до последнего думал, Эмин откажется.

— Ну, как видишь, он сейчас здесь. Я сама от него в шоке, если честно.

Олег понимающе улыбнулся и подмигнул:

— Просто он любит тебя сильно. И ради тебя терпит меня.

— Надеюсь, твоя жена тебя тоже сильно любит, потому что вытерпеть меня — та ещё задача.

— Не наговаривай на себя, — возразил Олег и мы отпрянули друг от друга, потому что наши объятия слишком затянулись.

Мы только отошли