Снежная лавка госпожи Дюваль - Анастасия Эрн

— Эдди, — я обратилась к новому члену нашей банды, — а как насчёт твоих знакомых из сиротского приюта? Кто-нибудь из них сможет работать у меня?

Глаза Эдди округлились и стали похожи на блюдца.

— А им можно, госпожа?

— Почему нет? — я пожала плечами. — Если они смекалистые, желают работать, то почему бы и нет. Мне нужна девушка, которая умеет шить, чтобы могла работать с текстилем. И парни с руками, которые бы окончательно собирали артефакты.

— Тогда я бы позвал своих приятелей. Но они не в сиротском доме, они так и остались на улице… А в сиротском приюте возьмите Хейли. Ей на днях исполнится восемнадцать, и её отправят в работный дом. Она умная и прилежная. За кров и еду будет хорошо работать. Тихая, проблем не создаст. Они все будут хорошо работать! Я ручаюсь за них, госпожа.

— Эх, Эдди, Эдди. Чего ты раньше молчал?! Веди своих товарищей, пусть приходят. А за Хейли я сама сейчас съезжу, только скажи мне адрес.

В общем, после обеда я поехала в приют, а Эдди побежал искать своих приятелей. На время за прилавком остался Лео, чем весьма гордился. Очень уж ему хотелось реабилитироваться в моих глазах.

Но я не переживала, за ним проглядывала Илма, которая делала вид, что моет окна на втором этаже в мастерской.

Приют находился за городом на юго-восточном берегу реки в небольшой деревеньке Лисбор. Ехала я не дольше часа и всё же успела хорошенько замёрзнуть. В мороз путешествовать на ледяном олене оказалось не самой лучшей идеей. Надо его хоть в сани запрягать и сидеть на меховой подстилке. И сделать на санях, защитный полог от ветра. Эх, хороша идея. Хотя может уже такая и есть? Надо разузнать.

Когда я подъехала к довольно ветхому трёхэтажному зданию приюта, то застала скандал.

— Я тебе велела идти к Элдрому! — кричала женщина и тащила за волосы какую-то худую девчонку. — А ты, неблагодарная дрянь, весь день просидела в погребе, рассчитывая, что я тебя не найду?! Так-то ты платишь за все годы доброго отношения?! Я тебя кормила, поила… А ты, мерзавка, так меня опозорила!

— Смилуйтесь, госпожа! — рыдала девчушка. — Всем известно, что Элдром всех девок портит. Ни один крестьянин своих дочерей к нему в ткацкую мастерскую не отправит. Не губите, госпожа!

— Дура! Потерпишь немного, и всё. Для кого тебе честь хранить?! Думаешь, тебя такую страшную, безродную шавку кто-то замуж возьмёт?! Элдром хорошо платит за работу, даёт кров и еду. Если будешь ласковой с ним и подавно одарит. Хватит ерепениться и ступай!

— Госпожа, смилуйтесь! — рыдала девчонка.

Но женщина лет пятидесяти на вид, сухая как щепка, с крючковатым носом и довольно мужественным лицом была непреклонна. Она с силой швырнула девицу в сугроб и припечатала:

— В любом случае решать тебе. Хочешь, иди к Элдрому, а хочешь, замерзай в лесу. Но в приюте тебе больше нет места.

Директриса подхватила подол чёрного платья и, развернувшись, собралась было захлопнуть дверь, но вдруг увидела меня.

Она быстро поняла, что я стала свидетельницей некрасивой сцены, и на её щеках появилось два красных пятна.

— Вы что-то хотели, фрау? — елейным голоском спросила она. Будто кто-то другой только что орал на ребёнка, а она так мимо проходила.

— Хотела…

Моё сердце сжималось от жалости. Я смотрела на это старое ветхое здание, на чумазые мордахи детей в изношенных и залатанных тряпках, на бедную девчушку, всё ещё сидящую на снегу и горько плачущую. Светлые золотистые локоны несчастной рассыпались по спине, а худые острые плечики дрожали. Она напоминала птенчика, выпавшего из гнезда. О боги, я хотела бы помочь им всем. Но могла спасти лишь пару человек.

— Я приехала за Хейли, — произнесла будто бы чужим голосом.

Сначала я заберу ту девочку, за которую просил Эдди, а потом поговорю и с этой несчастной.

Внезапно та самая светловолосая девчушка, что лежала на снегу, перестала рыдать и подняла голову.

— Хейли — это я, — дрожащим голосом произнесла девушка.

Кажется, боги этого мира, решили все за нас. У меня с души, будто камень свалился. Мне не придётся выбирать. Как же хорошо, что я поехала в приют именно сегодня.

— Хотите забрать её? — нахмурилась директриса. — Но я не могу её отпустить. Господин Элдром уже заплатил за Хейли.

В горле образовался ком. Это что за новость? Она что, торгует детьми?

Женщина, видя моё недоумение, поспешила пояснить.

— Господин Элдром выплатил долг Хейли за проживание и обучение в приюте.

Я мысленно усмехнулась: «Ничего себе, как директриса вывернула ситуацию“.

— Насколько я знаю, все сиротские приюты спонсируются. Подобные места существуют за счёт средств меценатов или государственной казны. Так о каком долге может идти речь?

Директриса сглотнула, понимая, что не сможет обвести меня вокруг пальца.

— Поэтому как взяли эти деньги, так и вернёте! — непреклонно произнесла я, спрыгнула с Рудольфа и подошла к девчушке. — Пойдёшь со мной? Я владелица мастерской артефактов, и мне нужна помощница, которая умеет шить. Эдди Либерман рекомендовал тебя. Я предоставляю жильё и еду, а также нормальную оплату труда. Прежде чем соглашаться, можешь сначала ознакомиться с контрактом на работу.

— Эдди правда работает у вас?

Я кивнула.

— Значит, с ним всё в порядке?

— Да. Так пойдёшь? — я протянула руку Хейли.

Девчушка тут же вложила свою чересчур маленькую ладонь в мою и закивала.

— Пойду, уже лучше с вами, чем ложиться под этого старого борова или замёрзнуть в лесу.

— Тогда бери вещи и поехали, — скомандовала я.

— Ну уж нет! — грозно прошипела директриса, подбежала к нам и схватила Хейли за руку. Грубо дёрнула на себя, отчего девчушка чуть не упала.

— Во-первых, я совсем вас не знаю, вдруг вы работорговка. Во-вторых, я тратила деньги на содержание детей из личных средств. Того, что выделяет наш герцог — недостаточно. Приют едва сводит концы с концами. Поэтому все выпускники выплачивают средства для поддержания приюта, затраченные на их одежду и питание за два года. В конце концов, я могла спихнуть их в работный дом или другую богадельню, едва они могли начать приносить деньги.

Я скептически посмотрела на дырявые ботинки Хейли, залатанное пальтишко, снятое с чужого плеча, и погрызенную молью шаль.

— Серьёзно? Да на свалке одежда лучше, — фыркнула я.

— Даже такую одежду нужно купить! — вздёрнула подбородок директриса. — И чтобы дети не сбежали, я беру деньги у их работодателей в счёт будущей работы.

Отличное оправдание фактической продажи детей. Я тяжело вздохнула и вытащила мешочек с деньгами. Ничего