Волчий доктор или Призванная во спасение - Хелен Гуда

полы подсказывал ей, а когда оставались одни, все рассказывал и учил уму-разуму. Маришка сидела за столом и играла с куклой. Валентин подпирал косяк двери, что вела на внутренний двор, и смотрел за тем, как Мортон что-то делает неподалеку с колодцем.

– Я здесь, – все были настолько поглощены своими делами, что моего появления сразу и не заметили.

– О, ты вовремя! – ко мне подскочил Кеша. – Идем, – я поражалась его кипучей энергии. Он как маленький двигатель. Хотя почему маленький? Он довольно крупный для кота, заряжал всех энергией и заставлял шевелиться, придумывая всем дело. Я послушно прошла за котярой в лавку, которая как раз опустела.

– Чем ты здесь торгуешь? У нас же было совсем мало запасов настоек и снадобий, – я удивленно смотрела на полные витрины со склянками и баночками. – Откуда это все?

– Пока там кто-то пытался стать жертвой в темном обряде, я волновался и не мог уснуть. И потому варил самые простые настойки всю ночь. Кстати, я приготовил и зелье для Маришки. Но в нем не хватает одного очень важного ингредиента, – отзывается ворчливый кот.

– Какого? – насторожилась. Мужчины же сказали, что у Кеши все готово, а сейчас выясняется, что чего-то не хватает.

– Магии и любви, – и на хитрой мордочке кота появляется усмешка. Он велит запереть дверь лавки и закрыть занавесками окна. Затем на стол ложится тяжелая книга, уже открытая на нужной странице, и мне велят взять в руки зелье и начать начитывать заклинание. Выполняю все строго по инструкции, и от рук полился свет, который заставил жидкость в склянке засветиться.

На все про все ушло не больше десяти минут, и вот уже я на кухне прошу ребенка выпить горькую настойку.

– Давай, моя хорошая, пей, – придерживаю флакончик и слежу, чтобы она все выпила. Ребенок морщится, но пьет. И тут я вспоминаю, что же такого важного хотела рассказать лордам.

Мужчины уже накрыли на стол, а я, резко развернувшись, роняю пустую склянку.

– О`Мелл! – произносим с Маришкой одновременно и удивленно смотрим друг на друга. Мужчины же уставились на нас, не понимая, что сейчас было.

– Маришенька, ты заговорила! – я радостно обнимаю ребенка. – Что ты сказала?

– Человек, который убил моих родителей, – это Генри О`Мелл, – говорит малышка. – Отец этих мальчишек. И это не они, а он наложил на меня заклинание молчания, – рассказывает ребенок. – Он стоял в стороне, и я его увидела. Я узнала его, он часто приезжал к отцу, – рассказывает ребенок.

– Но зачем ему убивать твоих родителей? – мужчины явно не верили ребенку.

– Потому что он виновен в том, что у оборотней больше не рождаются дети, – до меня вдруг все доходит. Все складывается в одну картину. Нет пробелов, нет несоответствий. – Это он был тем, кто приказал меня призвать и пытался убить в особняке. Я была в таком состоянии, что не могла вспомнить, кому же принадлежал этот голос. А сейчас вспомнила, – все смотрят на меня и ждут продолжения.

– Ты уверена? – Алар ждет объяснений. – Это серьезные обвинения. Надеюсь, в тебе не обида играет, что его женушка устроила эту всю свару сегодня утром на улице?

– Да при чем здесь его дура-жена! Скорее всего, она и понятия не имеет о его проделках, – отмахиваюсь я от слов лорда. – Чем занимается О`Мелл?

– Ну, у него всякие женские штучки, – отзывается Мортон.

– Для поддержания женской красоты и молодости. Он так, кажется, говорил, когда продлевал лицензию. Но у него лицензия досталась от отца, у них и дед занимался тем же, – вспоминает Алар.

– Вот и мне он сказал то же самое. Мариш, а чем занимался твой отец? – я помнила, что мне рассказывала девочка. Но, как обычно, мы не воспринимает детское жужжание на ухо как что-то серьезное, и оно у нас звучит скорее фоном.

– Он ученый был, – отзывается девочка с гордостью.

– Ее отец и мать были довольно известными травниками и алхимиками, хоть я и не поддерживаю эту науку, но она стала популярна последнее время, – поправляет ребенка Алар. Видимо, они все же занимались расследованием гибели ее родителей.

– Не знаю, как ее родители и О`Мелл связались. Могу только предположить, что родители Маришки что-то изготавливали для О`Мелла. И во время этих разработок они и поняли, в чем причина снижения рождаемости у оборотней, – я рассказывала свои предположения, а на лицах мужчин сомнение сменилось удивлением, а затем и решимостью. – Практически все женщины, от придворной до лавочницы, пользуются каким-то средством для красоты. Заметьте, он должен был стать мегабогатым, так как у него нет конкуренции, но живет здесь по соседству. А все потому, что не хочет привлекать к себе излишнего внимания. Уверена, если вы проверите, то тот особняк принадлежит ему. Просто он в нем не живет, а проворачивает свои темные делишки. Не при детях же проводить собрания фанатиков. К нему ходят женщины, а они народ болтливый. Кухарки, прачки, горничные – все у него бывают и все что-то да рассказывают. Он в курсе всего и у него везде есть глаза и уши. При этом эти шпионы даже и не подозревают, что они шпионы, – я сама только сейчас осознала весь масштаб происходящего. – А чем это у нас пахнет? Мясо сгорело, что ли? – за болтовней я не поняла, что в кухне как-то незаметно появился дым.

– Нет, я его давно выключил, – отозвался Алар, и все заозирались в поисках источника дыма. Но он словно шел из окон, дверей.

– Все на улицу, живо! – скомандовал Дармонд, подхватив Маришку на руки.

– Мы ринулись к дверям, но она оказалась заперта. Алар рванул к двери лавки, но и та не поддавалась.

– Мы в ловушке, – я отодвинула занавеску и показала мужчинам, что происходит на улице. Перед домом стоял О`Мелл и еще несколько незнакомых мужчин. Они протягивали руки к дому и что-то говорили, но нам не было слышно. Уверена, они произносили заклинание.

– Да щаззз!- отозвался котяра, и мы все перевели взгляд на Кешу.

Котяра метнулся на кухню и велел лордам отодвинуть шкаф с посудой, который удивительно сдвинулся с места. За ним была лестница, ведущая вниз.

– Ты откуда узнал? –