Потерянная святая - Рейчел Кроу

– Держи язык за зубами, – он коротко кивнул светловолосому. – Отведи ее внутрь.

– Так точно, капитан, – ответил стражник.

– Подождите, а что будет с Леоном? – спросила Ана. – И с Сокровищем?

– Сокровище? – удивленно переспросил капитан.

– Ему нужна помощь.

Мужчина с шумом выдохнул через нос и жестом подозвал еще одного стражника, высокого, молодого и явно стремящегося угодить.

– Отведи животное к конюху.

Сокровище ударил копытом, и молодой стражник замедлил шаг. Ана обхватила морду жеребца, позволяя ему потыкаться губами в ее пальцы. Она заглянула в его прекрасные глаза.

– Иди с этим человеком, – прошептала она, прижавшись к его носу. – Здесь безопасно. Я приду к тебе, как только смогу.

Их прервал стук множества копыт, поднимающихся по мосту. Сначала она испугалась реакции капитана и его выражения лица. Светловолосый стражник сжал челюсти. Ана скорее почувствовала, чем осознала, что их появление несет большие неприятности.

Перед ними появилось шестеро всадников в кожаных доспехах и кольчугах. Их возглавлял седьмой, в красновато-коричневом одеянии с объемными мехами на плечах. Она узнала его темные волосы и суровый рот.

Люди, стоявшие в очереди у ворот, прижались к перилам моста, и несколько человек опустили головы, не решаясь смотреть на этих мужчин. Остальные стражники перевели взгляд на капитана, их руки потянулись к эфесам мечей.

Сокровище заржал, узнавая хозяина, и Ана почувствовала себя нелепо преданной. Она повернулась спиной к Брандту и с отчаянием посмотрела на капитана.

– Арестуйте меня, – прошептала она. – Быстрее, прошу вас.

Капитан лишь нахмурился.

– Не позволяйте ему забрать меня, – умоляла она светловолосого стражника, который выглядел раздраженным, но сомневающимся. Судя по выражению его лица, он не был поклонником сэра Бенджамина Брандта. Она возложила на это свои надежды. – Пожалуйста, – вполголоса произнесла она. – Он напал на меня в лесу. Он нехороший человек.

– Что эта ведьма сделала с моим конем? – потребовал Брандт. – Анубис!

– Вы заявляете свои права на это животное? – строгий тон капитана не выдал его отношение к сложившейся ситуации.

– И на коня тоже.

Ана обхватила плечи дрожащими руками.

– Пожалуйста, не позволяйте ему забрать меня.

– Теперь это дело дворца Эдин, – сказал капитан.

Брандт прищурился.

– Я требую вернуть мою собственность, вернуть мне душу и наказать виновных в нападении на меня.

– Это он напал на меня, – шепотом возразила Ана, дрожа всем телом. Ее глаза метались в поисках пути к бегству, но его не было. Где была фрау Холлинсен? Неужели у нее не было здесь никакой власти?

Ана оказалась зажата между стражниками у ворот и прихвостнями Брандта. Леон, вероятно, был мертв или умирал в лесу. Ее друзья были где-то во дворце, вне досягаемости. Тело Уилла лежало на снегу у пещер, а ее одноклассники остались навсегда погребенными в пещерах. Северяне хотели принести ее в жертву. Она оказалась не в том времени и не в том месте. Она не могла больше здесь оставаться. Ее грудь сдавило так сильно, что она подумала, что сейчас задохнется. Пожалуйста, Боже.

– Вернуть вашу душу? – капитан склонил голову набок.

Несколько зевак перекрестились и пробормотали:

– Боже, спаси нас.

– Очевидно, что у меня нет его души. Я сказала это только для того, чтобы припугнуть его, потому что он пытался навредить мне! – она потянулась к капитану, но не посмела схватить его за руку. Мужчина сурово посмотрел на нее – отчасти озадаченно, отчасти оценивающе.

– Ведьма стоит перед вами с моим изувеченным конем, в моей одежде, – сказал Брандт с холодным смехом. – Одежду она взяла из моих седельных сумок, которые, как я вижу, пропали вместе с моим седлом и ножнами моего меча, и где-то при себе она хранит мой портрет в шкатулке. Она утверждала, что это моя душа, и я хотел бы ее вернуть.

Слово «ведьма» пронеслось среди зевак, подобно лесному пожару.

– Подайте свою жалобу магистрату, – посоветовал капитан. – Девушка останется у нас под стражей до слушаний. Раны коня будут обработаны, и он будет возвращен вам, сэр.

Молодой стражник увел Сокровище – Анубиса – прочь, и выражение лица Брандта стало темнее тучи. Он соскользнул с коня и обнажил свой длинный меч. Его люди последовали его примеру, повторив движение. Ана подумала, что ее сейчас стошнит прямо на мосту.

– Отдайте мне девчонку, – прорычал Брандт.

Он кивнул через плечо. Трое его людей выхватили людей из очереди и приставили клинки к их горлам. С моста донеслись пронзительные крики, привлекшие внимание жителей города. Ана пошатнулась и наткнулась на светловолосого стража, который грубо схватил ее за руку.

– Она останется у меня в качестве залога, – добавил Брандт. – Пока вы не вернете моего коня и компенсацию за утерянное имущество.

Полдюжины оставшихся дворцовых стражников обнажили мечи, а на укреплениях над воротами лучники наложили стрелы на тетиву.

– Не будь дураком, Брандт, – прогремел капитан, еще не обнажая собственного меча. – Ты будешь мертв в мгновение ока.

– Разница между нами, ты, благочестивый придурок, – оскалился Брандт, – в том, что я и вправду перережу им глотки. Ты же, с другой стороны, не станешь рисковать жизнями невинных ради ведьмы.

– Отдайте ему ведьму! – завизжала женщина, чью кричащую дочь держал громила, приставивший лезвие к ее горлу.

– Остановитесь! – закричала Ана, не помня себя.

Светловолосый стражник усилил хватку, до боли сжав ее локоть.

– Успокойся, – прошипел он, вкладывая что-то ей в руку. – Леди велела передать тебе это. Она говорит, ты должна помнить, ее благодать с тобой.

На ощупь это были несколько бусин, перевязанных нитью. Она нахмурилась, не понимая, но солдат выглядел решительным.

– Отдайте ему ведьму! – подхватила толпа.

Ана покачала головой.

– Я не… я не…

На мост хлынуло еще больше людей, и вскоре все люди Брандта взяли заложников, а воздух пропитался паникой. Капитан окинул взглядом хаос и стиснул челюсти. Он все еще не обнажил меч, взвешивая риск и цену.

– Мы не позволим ему оставить тебя у себя, – пробормотал он ей, прежде чем жестом приказать своей страже убрать оружие. Пока они выполняли приказ, светловолосый стражник в ужасе смотрел на капитана.

– Пожалуйста, – умоляла Ана, сжимая бусины. – Не делайте этого.

– Если я не сделаю этого, начнется резня и бунт, – сказал капитан. Его губы были плотно сжаты, но в глазах читалось сожаление. – Мы вернемся за тобой, когда придет время.

В ушах Аны раздался звук, напоминающий шум океанских волн. Голова закружилась, и она ощутила, будто бы покинула свое тело. Перед ее взором возникла арка из зеленых деревьев, и в груди появилось странное чувство тоски.

Увидеть Священную Рощу, увидеть стены дворца Эдин и тут же попрощаться со всем этим было чудовищно жестоко. Она задавалась вопросом, где же