Взаимозависимость - Александра Сергеевна Седова

Голова тяжёлая, болит сильно, как будто топором переебали. В горле сухо, как в пустыне. Хуево очень. В мыслях Рита проносится… Волосы её, улыбка, губы красивые, руки нежные… Кончаю. Острием в больную голову врезаются воспоминания о том что она улетела. Глаза открываю резко, сажусь. Юлька. Голая. Сидит рядом, сперму с руки салфеткой вытирает, улыбается.

Ее-баа-ть. Лютый пиздец. На ноги вскакиваю, в висках стучит, в глазах темнеет, в сторону ведёт. Зажмуриваюсь, моргаю часто, чтобы зрение восстановить.

– Ебанутая!-ору как припадочный. Трясет всего.– Какого хуя ты творишь?!-яростным взглядом в неё впиваюсь и тут же отворачиваюсь. Даже видеть её голой не хочу, не то что рядом находиться. Дура, блять! Противно и мерзко! Так сильно, что тошнит.

– Ты чего кричишь?-обиженную морду строит.– Ты сам вчера приехал, в кровать завалился, а я ебанутая?-спрашивает возмущенно.

Трусы натягиваю, стараюсь в её сторону не смотреть. Тошнит. Прямо сейчас блевану. Все внутренности переворачивается и лютым морозом покрываются, от одной мысли что Рита может узнать… Гребаный пиздец! Я походу таксисту случайно старый адрес назвал. Это же надо было так обдолбаться! Дебил, блять. По сторонам осматриваюсь, вещи свои ищу.

– Где мои штаны?-ору на Юльку.

– Я их постирала.-отвечает обиженно и нос задирает. Одеваться не спешит. Сидит на кровати, хоть бы прикрылась.

Иду в ванную, одежду с сушилки снимаю, ещё мокрую натягиваю. Неприятно, но похуй.

– Ты что, уходишь?-Юлька в ванную заглядывает. В одеяло завернутая, смотрит так, как будто расплачется. Убить её мало.

– Конечно, блять, ухожу!-ору на неё, всю свою злобу вываливаю.– Ты нахуя мне дрочить полезла?-в лицо её требовательным взглядом впиваюсь.

– Я думала тебе понравится.-говорит и губы надувает.– Ты раньше любил так просыпаться…

–Идиотка!-кричу и к входной двери иду.

Она за мной следом, одеяло по полу волочится.

– Сеня, я думала ты навсегда вернулся!-кричит и реветь начинает.– Мне карты сказали что ты вернёшься, я ждала тебя!

Вымораживает до невозможности. И голос её, который она надрывает, и лицо, которое она кривит. Даже запах в этой квартире невыносимо омерзительный! Изменой разит. Тупой, до невозможности глупой изменой!

Дверь открываю, выйти хочу, а Юлька меня за руку хватает. Удерживает. Вырываю руку, от себя её отталкиваю.

– Слышь, нахуй иди!-ору.

Злоба кроет. На нее, на себя, на эту ситуацию. Пешком по лестнице вниз спускаю, ногами пыльные ступени пересчитываю, самому от себя противно. В висках пульс стучит, давление ебашит, в голове отбойником мысли повторяются: « только бы она ничего не узнала». Из падика выхожу, сигарету закуриваю, иду быстро по улице, подальше от этого дома, от этой ситуации. Пока иду успокаиваюсь немного. Рита ничего не узнает, я уверен. О случившемся никто не знает, некому разболтать. Пусть этот инцидент останется в прошлом, сгорит нахуй с этим днем и сотрется из памяти. А я курить брошу. Никогда в жизни больше к дури не притронусь. Стремно пиздец, и страшно. Ну его нахуй, ещё раз так обдолбаться. Пока до своей квартиры шел пешком, практически через весь город, столько мыслей в голове разогнал, все придумал и успокоился. Во Владик прямо сегодня полечу. Предложение ей сделаю, как хотел. И больше никогда подобной хуйни не допущу. После тура сразу поженимся и отдыхать улетим.

В квартиру захожу, разуваюсь. До сих пор блинами пахнет, ванилью и страстью. Расчёска Ритина на тумбочке у порога. Забыла. В зал захожу. На большом расправленном диване её футболка лежит. Тоже забыла, или просто оставила. Знает ведь, что ещё не раз сюда вернётся. Вижу её вещи и сердце в груди щемится. Телефон в руки беру, в вотсап захожу, хочу сообщения от неё проверить. Пусто. Ни слова ни написала. Странно. Волнение накрывает, кажется что она уже обо всем знает. На диван сажусь, сигарету закуриваю, вспоминаю что Рита не любит когда прям в квартире накурено и на кухню иду, вытяжку включаю. Снова вотсап включаю, статусы проверяю, может выкладывала что-то. Нет, ничего. Зато у меня новый статус. Сердце замирает. Останавливается. Дышу часто, поверхностно, глазами в фото впиваюсь, чувствую как земля под ногами обваливается. На фото я, в невменяемом состоянии. И Юлька. Оба голые. В кровати. Прижимается к моей груди своими сиськами, в камеру улыбается. И подпись «Снова вместе». Холодным потом насквозь прошибло и тут же в жар бросило. Руки ослабли, паническая атака ебашит. В глазах темнеет. Может ещё не поздно? Пролистываю длинный список контактов, которые этот статус успели просмотреть. Номер Риты мелькает. Пиздец. Просто, мать его, гребаный пиздец! Тварь ебаная! Нахуй она это сделала?!

Глава 25. Рита.

Как хорошо когда сын рядом! Теперь душа полная, счастьем и любовью до краёв наполнена. Сижу за столиком в детском кафе, жду когда Макс наиграется в игровой зоне, в телефон залипаю. У нас день, а у Сени ночь. Он с друзьями в бар собирался, так хочется ему позвонить, голос услышать. Но не хочу выглядеть ревнивым надзирателем. Пусть отдыхает спокойно, веселится. Я скоро вернусь и в живую его зацелую. А может он уже давно дома, спит на большом расправленном диване, отдыхает после куража. В вотсап захожу, хочу посмотреть когда он в последний раз в сети был. Статус зеленым кругом светится. Улыбаюсь, представляю его пьяное дурашливое лицо, или веселые танцы в его исполнении на радость публике. На кружок этот нажимаю. Смотрю долго. Ощущаю как по крупинкам весь мир вокруг рушится. И кафе вместе с посетителями, и стол за которым сижу, и любимый город, и прошлое, и будущее. В руки себя беру. Экран выключаю и делаю глубокий вдох. Может это старое фото! Мне уже присылали видео из его архива. Верить отказываюсь. Не мог он! Кто угодно, только не он. Не тот кто с таким искренним взглядом в любви клялся. Разобраться надо, чтобы горячку не пороть. Может он не при делах вообще и это очередная подстава. Снова статус его смотрю, уже спокойнее, каждую деталь разглядываю, ищу за что зацепиться чтобы его оправдать. Бывшая его, в камеру смотрит, от счастья светится. А он ей в шею уткнулся. Лица не видно. Или целует её, или спит. Плечо его видно. Увеличиваю фотографию и сердце останавливается. Все оправдания в яром пламени сгорают, вместе с надеждой. Царапины на плече от моих ногтей. Свежие. Синяк от моих зубов на предплечье. Сильно кусала, когда кончала, буквально вчера, когда прощались. Понимаю что фотка свежая, и все равно не верю. Он же мне обещал! Что не станет унижать до женщины которой изменяют… Жена у него красивая, молодая, младше него… Вон, какая счастливая. Слезы из глаз катятся, тёплым потоком по