(не) прощу тебя, предатель - Ари Дале

Приходится с силой переставлять ноги, потому что демоны внутри меня ревут, чтобы я вернулся и выбил из девушки все, что она рассказала моей матери. Но если я подойду к Анне, то ничем хорошим это не закончится. Лучше поручить службе безопасности капнуть на девушку поглубже, возможно даже поставить за ней слежку.

С этими мыслями опускаюсь обратно в кресло. Поднимаю голову. Вижу Анну, которая так и топчется в двери.

— Я что-то неясно сказал? — вздергиваю бровь.

— Но… как же… мы… — девушка заикается, глядя на меня во все глаза.

— Нет, никаких “мы”, — стискиваю подлокотники, лишь бы снова не сорваться. — Не знаю, что ты там себя придумала. Но ты никогда не интересовала меня как женщина. Не говоря, уже о чем-то большем.

— Но… — Анна снова пытается возразить.

А я снова ее перебиваю.

— Какие, блядь, но? Я тебя даже не трахал! — снова начинаю заводиться. — Выбрось из головы хрень, которую ты туда вбила, — выплевываю. — Меня, кроме моей жены. никто не интересует. Поняла меня? Никто! — последнее слово буквально выкрикиваю.

Анне, похоже, нужен всего миг, чтобы осознать то, что я говорю, ведь в следующий — ее глаза наполняются слезами. Девушка разворачивает на каблуках и вылетает из кабинета, оставляя, за собой только противный сладких запах духов.

Я же прикрываю глаза, прислоняюсь затылком к спинке кресла, шумно выдыхаю. Вот только расслабиться не получается. В голове постоянно всплывает одна мысль и не дает мне покоя:

“Как я мог допустить, чтобы моя жизнь превратилась вот в это?”.

Демоны постепенно утихомириваются, предоставляя место досаде, которая жжет изнутри. Ведь мне некому винить, кроме себя.

Остальной день почти полностью стирается из памяти. В ней лишь остается, заявление о переводе в другой филиал, которое мне на рабочую почту прислала Лиза, моя помощница.

Глава 61

Поздно вечером открываю дверь палаты жены и застываю. Кровь отливает к ногам, до меня доносятся приглушенные всхлипы.

Бросаю взгляд на кровать. Диану на ней нет. Все внутри леденеет, мышцы натягиваются как струна, в голове начинает гудеть.

Сам не понимаю, когда срываюсь с места. Двумя широкими шагами пересекаю пространство до середины темной комнаты. Оглядываюсь. Диану не нахожу, но вижу полоску света на полу, возле приоткрытой двери ванной.

Не жду, несусь к ней. Тяну на себя деревянное полотно и застываю на пороге. Сердце пропускает удар, а потом еще один, когда, наконец, осознаю картину перед собой.

Диана в белой пижаме сидит на холодном полу между унитазом и раковиной, одной рукой прижимает к груди колени, а второй — закрывает рот, душа рыдания.

Мгновение не двигаюсь, кажется, даже не дышу, а в следующее — делаю шаг и падаю перед женой на колени.

— Что случилось? Где болит? — протягиваю к Диане руки, хочу ощупать, но замираю. Боюсь притронуться. Что если наврежу еще больше? — Диана, ответь, что не так? — отчаяние звучит в моем голосе. — Малышка… — с силой сжимаю кулаки, руки чешутся поднять Диану и отнести к врачу. Но нельзя. Вдруг сделаю хуже? — Что-то болит?

Видеть Диану, такую маленькую, сжавшуюся в клубочек, физически больно. А из-за осознания, что ничем не могу помочь, становится только хуже. Хочется рвать и метать, что-то делать, как-то помочь жене, но все, что удается — сидеть перед ней и наблюдать за тем, как слезы льются по ее щеках, скапливаются на ребре ладони и текут дальше.

— Диа… — договорить не удается, потому что Диана вытягивает руку, которой обнимала ноги, поворачивает кулак пальцами вверх и открывает его.

На ладони замечаю приличный клок волос… белоснежных волос… ее волос. Почти сразу понимаю, что происходит — терапия. По идее, я должен испытать облегчение, что ничего более страшного не случилось, но, видя, как сильно расстроена Диана, ощущаю себя бессильным. Пружина внутри только сильнее стягивается.

Хочется как-то помочь жене, и на ум приходит лишь один способ. Следую своему порыву. Резко поднимаюсь, но только для того, чтобы сесть обратно… на этот раз рядом с Дианой. Прислоняюсь спиной к ледяной стене, не обращаю никакого внимания на дискомфорт.

— Иди сюда, — притягиваю Диану к себе на колени.

Она, видимо, слишком сильно расстроена, раз не сопротивляется. Наоборот, стоит жена оказаться в моих объятьях, сильнее прижимается к моей груди и заходится в рыданиях. С каждым всхлипом Дианы мое сердце разрывается на кусочки, но я не двигаюсь. Позволяю жене стискивать в своих хрупких пальчиках полы моего пиджака и плакать столько, сколько ей нужно. Становлюсь для нее опорой, которой должен был стать давно.

Какая же я эгоистичная скотина, раз не видел, как на самом деле плохо моей малышке. Идиот! Кретин! Придурок!

— О-они… сегодня т-так п-полезли, — произносит, заикаясь и не отрываясь от моей груди. — Сначала было по чуть-чуть, а п-потом… — всхлипывает, но ей и не нужно продолжать. Я все понял — а потом клоками. Стискиваю Диану еще сильнее, вдавливаю в себе, пытаюсь забрать хоть часть ее боли. Вряд ли получается, но пытаюсь. — Елена Васильевна увидела и п-принесла… — указывает подбородком в сторону.

Поворачиваю голову, натыкаюсь на раковину. Хмурюсь, но стоит взглянуть наверх, замечаю провод, воткнутый в розетку и… машинку для стрижки волос, лежащую на самом краю.

Блядь!

— Мне хотели… п-помочь, но я отказалась, — Диана вжимается лицом в мою грудь. Хочу зарыться пальцами в ее волосы, погладить по голове, утешить, но вовремя себя останавливаю. Просто сильнее обнимаю. — Я не смогу… не смогу… — столько горечи слышится в словах жены, что дыхание застревает в груди. С каждым всхлипом Диана в меня словно очередной кинжал вонзают и поворачивают его, поворачивают, поворачивают.

Это я во всем виноват! Если бы я заметил раньше… если бы обратил на Диану внимание, а не застрял со своими демонами, возможно, жене не пришлось бы проходить через весь этот ад.

— Я помогу, — бормочу, понимая, что сделаю все, что от меня потребуется, лишь бы Диане стало легче.

— Ты не п-понимаешь, — жена мотает головой. На мгновение замирает, а затем отстраняется и смотрит на меня полными слез глазами. Если я думал, что раньше мое сердце кровоточило, то ошибался. Вот сейчас, когда я вижу сколько муки, боли, страха в глазах Дианы, оно начинает обливаться кровью по-настоящему. — Я не с-справлюсь… не справлюсь со всем этим одна. Не с-смогу, — на секунду прикрывает глаза, а в следующую — снова