Истинная - Лив Зандер

— Не проблема, если ты хочешь уйти.

С улыбкой он кивнул.

— Как насчет танца?

Ответа Мелек ждать не стал.

Вернув бокалы на стол, он взял меня за руку и увлек за собой. Музыка снова оглушила нас, стоило выйти из лаунджа. Круглые плитки на полу светились белым, сменяясь синим под движениями ветусианцев, джал’заров и кокконианцев. Они покачивали бедрами и двигали конечностями, отчего у меня по шее побежали мурашки. Это был не фокстрот и не сальса.

— Здесь около сотни разных видов, — крикнул Мелек с широкой улыбкой на лице. — Правильных или неправильных движений нет. Просто слушай свое тело.

Он подошел ближе и положил ладони прямо мне на поясницу, плотно прижимая мои бедра к своим. Затем он стал двигать ими влево и вправо, пока мы не слились в общий ритм.

— Вот так, — произнес он одними губами, а затем провел губами по моему уху. — Похоже, мое тело подходит твоему без всяких усилий.

Бас вибрировал в ногах, заставляя меня двигаться, пока руки скользили вверх и вниз по груди Мелека. Ничто в этом не казалось странным или глупым. А если и казалось со стороны, нам было плевать.

Такая несдержанность и беззаботность дарили то, чем я не наслаждалась с тех пор, как увидела положительный тест на беременность. В этом крылось нечто освобождающее, словно я соприкоснулась с дикостью внутри себя, которая слишком рано оказалась скована обязанностями.

Но здесь, прижавшись к Мелеку, я заново открывала в себе ту молодую женщину, которая так много упустила в жизни. Все остальное я хотела исследовать вместе с ним.

Когда Мелек присел и прижался своими губами к моим, я закинула руки ему на шею и запустила пальцы в волосы на затылке.

Он обхватил мой зад и оторвал от земли, неся в сторону сада, пока хвост покачивался с каждым шагом. Спиной он толкнул дверь, и мы выбрались наружу в череде поцелуев.

Там он опустил меня вдоль своего корпуса с отчетливо проступающим сквозь одежду твердым членом, не скрывая потребности в моих прикосновениях. Он схватил меня за руку и повел сквозь толпу людей, пока мы не достигли одного из пробуренных в земле отверстий.

— Не смотри прямо туда, — предупредил он. — Это все-таки солнце.

Прямо рядом с нами конус света ослабел и потерял свой блеск. Когда земля под ногами завибрировала, он крепко обнял меня.

— Это нормально, — прошептал он. — Если прислушаться, можно уловить, как затихает что-то вроде электрического тока.

С каждым вдохом Одхейм погружался во тьму, пока конусы вокруг нас не почернели, как и за оградой, где раскинулся парк. Над нами плыли частицы пурпурной пыли, отражая последние следы света.

Его лицо прижалось к моей щеке, и он прошептал:

— Спасибо, что любишь меня.

Глава 22



Кэти

— Клыки у нее спилены, — рассказывал Мелек, выстраивая инъекторы в ряд на кухонном столе. — От лодыжки до середины икры тянется огромный шрам, и на эту же ногу она прихрамывает.

Такел хватал один пистолет-инъектор за другим и проверял спусковой крючок. Сломанные летели в корзину. Те, что работали, он передавал Грейс, а та с улыбкой забирала их и погружала в очищающий раствор.

— И я ввожу ей две дозы? — уточнил Такел.

Мелек взял один из отбракованных инъекторов и провел ногтем по ржавому спусковому крючку.

— Ага. Инъекции болезненные, две дозы должны вывести ее из строя достаточно надолго, чтобы мы с К’террой успели ее скрутить. В тот день я не обратил внимания на ее хвост, так что есть большая вероятность, что коготь у нее все еще цел.

К’терра хмыкнула.

— Ну, мой-то при мне, и я буду прижимать ее к этому столу, пока она не заговорит.

— Никаких травм на производстве, — огрызнулась Адора. — Не думайте, что в моем заведении существует такое понятие, как оплачиваемый больничный.

— Я бы никогда не посмел о таком и мечтать.

Такел окинул К’терру взглядом с ног до головы:

— И куда конкретно мне их колоть?

— Столько солнечных циклов занятий, а вас так и не научили, где у джал’зарок яйцевой мешок. К’терра… — Мелек сокрушенно покачал головой и подошел к ней, после чего провел пальцем прямо над ее юбкой. — Первую колешь вот сюда, а вторую — прямо рядом. Посередине между пупком и лобковой костью.

Такел кивнул, но тут же понурил голову и проворчал:

— Вообще-то я психолог…

Мы с Грейс взяли ультразвуковые очистители и принялись обрабатывать инъекторы, подготавливая один за другим к событию, которое должно было произойти через два дня. Между нами царило напряжение с тех пор, как я застукала ее за поцелуями с Такелом, но сегодня весь «Брот Аднак» работал как одна команда. Как семья.

— Я бы очень хотела помочь в тот день, — сказала Грейс. — Может, мне нарядиться, как ты тогда? Вам ведь понадобится кто-то, кто будет чистить инъекторы в перерывах, верно?

Мелек тихонько рассмеялся:

— Кто бы мог подумать, что тебе так приглянется чистка целительских инструментов?

В глубине ее горла зародилось ворчание, но она сглотнула его в тот же миг, как Такел кивнул, смотря на нее.

— Это слишком опасно, Грейс. Я бы себе не простил, если бы ты оказалась там и с тобой что-то случилось.

За это заявление он получил от меня дополнительные очки. Стремясь произвести впечатление, молодой ветусианец помогал нам с самого утра.

— В этом канале для иглы немного ржавчины, — произнесла я, когда из дозатора в моей руке закапала вода. — Есть чем ее удалить?

Мелек порылся в коробке с припасами в центре стола.

— Похоже, я оставил средство наверху. К’терра, не могла бы ты…

— И не подумаю, — отрезала джал’зарка. — Я помогла чем могла, а теперь мне нужно отработать свое содержание, пока Адора не выставила меня из дома.

Адора махнула рукой.

— Как будто от тебя так легко избавиться.

— Я мигом принесу, — вызвалась я и отошла от стола. — Что-нибудь еще нужно?

— Там есть маленький мешочек с изогнутыми иглами. Захвати и его, на всякий случай. Хочу быть готовым ко всем неожиданностям.

Грейс пристроилась рядом со мной:

— Я с тобой.

Я взяла плащ со спинки стула и накинула на плечи. Все эти недели он лежал на мне тяжким грузом, и теперь ткань снова заставила меня ссутулиться. После празднования Сон’идара даже вонь нищеты, повисшая над кварталом развлечений, казалась приятной переменой по сравнению с заточением взаперти.

— Клянусь, у меня шея начинает чесаться только от одного взгляда на эту штуку, — пожаловалась Грейс, натягивая капюшон на голову и