Светлая для Дракона Тьмы - София Руд

— Он слишком хорошо тебя знал, но ты почти обыграл его. Это я прокололась по глупости.

— Я должен был поставить тебя в известность, а не вести в одного эту игру.

— А мне с самого начала стоило сказать тебе правду, — говорю я, а сама подмечаю, что у нас теперь даже спор как-то не клеится. Странно выгораживать друг друга, зато весело. Настолько, что увлекшись, Дар Эн переворачивает нас, и я оказываюсь снизу, а он сверху, и как-то больше не до спора. Даже сердце подпрыгивает в груди, когда он наклоняется ко мне и увлекает в такой поцелуй, что мы оба вновь отрываемся от реальности.

Благо, стук в дверь раздается раньше, чем нам обоим сносит голову.

— Мне нужно дать распоряжения, а ты отдыхай и ни о чем не беспокойся, — говорит Дар Эн, неохотно выбираясь из постели.

Едва он покидает комнату, как на душе становится чуточку тоскливо, будто тучи небо заволокли на мгновение. А потом вновь солнечно и светло, потому что я знаю, что мой дракон вернется. Чувствую себя такой счастливой, будто крылья за спиной выросли.

Потягиваюсь в постели, а затем пользуясь удобствами королевской опочивальни иду в личную ванную. Приведя себя в порядок, выхожу в комнату, где уже суетится прислуга.

— Госпожа, я принесла вам платье, — говорит она, а я чуть ли не роняю челюсть.

Она ведь немая была!

— Простите мне маленький обман, таково было задание. Никто не должен был знать обо мне, — кивает она, и только сейчас я понимаю, что дама-то вовсе не прислуга. Она тоже человек Его Высочества и тоже играла свою определенную роль все это время? Шпионила?

Ох уж и хитрый жук этот дракон. Вот сейчас оденусь и прищучу его!

С такими мыслями и в полном “обмундировании” в виде новенького лилового платья и выскакиваю из дома во двор, да только планы резко меняются, стоит мне увидеть совершенно иную атмосферу.

Нет больше угрюмых лиц, нет пугающих взглядов и будто бы мертвых глаз. Нет больше ни одного наемника. А воины королевской армии драконов хохочут, расположившись компаниями то там, то тут. Кто-то разбирает старые палатки, кто-то осматривает вещи наемников, протоколируются каждый артефакт. Но при этом совершенно не чувствуется угнетающая атмосфера, как прежде. Напротив, кажется, что даже солнце ярче, а день теплее.

— Спасибо! Спасибо вам! — раздаются душевные слова, и обернувшись я вижу кучку людей в деревенских одеяниях. Те самые, кого Приспешники Тьмы хотели принести в жертву?

Что-то их многовато.

— Мы искали наших людей повсюду, а вы их, оказывается, спасли! Спасибо! — слезно благодарят деревенские, и сейчас я отчетливо понимаю, что часть пришла на поиски, а часть как раз из клетки.

— Не меня благодарите, а брата, — кивает светловолосый дракон, кажется, его зовут Эмбер, в сторону главного шатра, и люди тут же стихают, будто говорить разучились.

— Ваш брат… Его Высочество? — Напрягаются в момент, и получив утвердительный ответ от пепельного блондина, переглядываются.

Зачем о чем-то перешептываются, и решают, что им надо к шатру. Вот уж нет! Сейчас опять нахамят.

— Привет! — раздается сбоку, едва хочу пойти и убедиться, что толпа благодарить отправилась, а не грубить, как в прошлый раз, но останавливаюсь, заметив рядом ту самую златовласую драконицу.

В свое время ее история произвела фурор во всех вестниках. Сирота, которую вынудили прикинуться принцессой Инзании и отправиться в страну врагов. Только вот она не сгинула, она произвела фурор. Поэтому ее я среди сотен лиц узнаю.

— Привет, — отзываюсь несколько растерянно, поскольку не знаю, что ей могло понадобиться от меня, но стоит девушке улыбнуться, как напряжение спадает. Даже не замечаю, как мы начинаем разговор ни о чем, а возле нас уже оказывается светловолосый принц, ее жених.

— Постойте! Это в другую повозку! — суетится Бэль, убегая от нас к воинам, а я ловлю себя на том, что счастлива наблюдать за вот такой вот будничной суетой.

Взгляд сам по себе, как намагниченный скользит к шатру Дар Эна. Едва не роняю челюсть, когда вижу, как гости из деревни кланяются ему. Во взглядах уже нет того ужаса, с коим они смотрели прежде. Там только искренняя благодарность, и от этого тает сердце. Наконец-то справедливость!!

— Так значит, это ты покорила сердце моего ледяного брата? — на секунду забываю, что стою не одна, но Эмбер о себе напоминает этим странным вопросом.

Даже не знаю, что ему на это ответить.

— Завидуешь? — в миг оказавшись рядом, подшучивает Дар Эн и уже ставшим привычным движением обнимает меня за плечи. Как же это приятно и тепло.

Остаток дня мы проводим на улице, глядя на алеющий закат под запах вкусного мяса на углях, которым лакомятся оставшаяся с нами полторы дюжины воинов, в основном из числа личных людей Дар Эна. Остальные давно ушли отводить пойманных преступников в подходящее им место.

Здесь стало намного тише, но вовсе не спокойнее. Кто бы мог подумать, что королевская чета драконов вовсе не такая страшная и вовсе не снобы. С ними приятно говорить о том и о сем, узнавая много всего интересного, но раз от раза я скольжу взглядом к Дар Эна и благодарю создателей за то, что сделали его таким сильным. До сих пор не верю, что после затраты стольких сил, он не поддался Тьме. А еще я не верю, что он был в свое время таким засранцем, каким его сейчас описывает брат. Дар Эн лишь вздыхает, мечтая поскорее выпроводить непрошенных гостей, но прошлого не отрицает. Было.

— Наверное, дело было в свете, — соглашается вдруг он, глядя в сторону золотой драконицы.

Между ними что-то было, да? Но даже если и так, то сейчас его взгляд задерживается только на мне. И я верю, что важна для его так же, как и он для меня. Хочу в это верить.

Гам Эл, проспавший целый день под присмотром шпионки-служанки, как назло задает очень неудобный вопрос: как принц справился без его лечения с Тьмой после такой битвы. Кажется, я краснею вместе с кончиками волос.

— Достаточно, — поднимается на ноги Дар Эн, и тут же протягивает руку, чтобы помочь мне встать.

— Вы ведь помните, что этой ночью новолуние? — напоминает Гам Эл то, что я и так кручу весь вечер в голове. — Нужно свершить обряд.

Дар Эн напрягается, будто мне не обряд, а виселицу предлагают.

— Об этом позже, — говорит он подручному.

— Но еще месяц тянуть нельзя… Вы и так по грани