Бестия. Бесстыжая для владыки - Влада Штерн

— Конечно, об этом знает вся страна, но не могла бы ты говорить тише, Лили…

— Я думаю, Вегарду сейчас все равно на всех, а Жером не услышит, — захихикала я, не удержавшись, когда Мариус изобразил на лице дикое смущение. — Нет, Мариус, давай начистоту. Ты забудешь обо мне, как только уедешь. Тебя в столице наверное ждёт красотка какая-нибудь.

— Неправда, — буркнул Мариус, поворачиваясь ко мне торсом и обнимая меня уже двумя руками. — Ты ошиблась. Меня ждут три красотки.

— Ах, вот как! — сердито воскликнула я, и, хоть и слышала тихий смех мужчины, все равно почувствовала укол ревности. — Наверное, какие-нибудь высокородные дамы или…

— Две из них аристократки и замужем за стариками, третья — лучшая жрица любви в лучшем борделе, — преспокойно заявил Мариус, беря мою руку в свою. — Иди же сюда…

— Ни за что, отпусти меня сейчас же, развратник! — возмущенно брыкалась я в его объятиях, но не очень сильно. Мариуса такая игра, по-видимому, заводила все больше.

— Да в пекло их всех! — прошептал он с хрипотцой, усадив меня на свои колени и крепко сжав талию. — Они не стоят и мизинца твоей руки, — сказал он, целуя мои пальцы. Потом он приложил мою руку к своей щеке, страстно смотря на меня. — Поцелуй меня, Лили.

Он властно положил мои руки себе на плечи, склонившись к моему лицу. Наши губы были совсем близко, лбы соприкасались. Мариус не делал первый шаг, ожидая моих действий, лишь очень легко и почти незаметно касаясь своими губами моих.

Я медленно начала его целовать — сначала совсем слегка, невесомо, наслаждаясь в полной мере твердостью и одновременно нежностью его рта. Очень быстро я почувствовала, что хочу большего, и осторожно провела языком по его нижней губе. Он ничего не делал, принимая мои поцелуи и прикосновения, поддаваясь моей страсти. Поэтому, осмелев, я углубила свой поцелуй, проникнув языком в его рот. Мой стон был приглушенным, неконтролируемым, когда я, крепко обняв его, все сильнее углубляла поцелуй, упиваясь наслаждением, скользя по его языку и зубам. Его руки усиливали мое желание — они поглаживали и ласкали мое тело, нетерпеливо спуская вниз рукава с плеч.

— Мы сделаем это прямо здесь, хочешь? — прошептал Мариус мне в губы, когда я, задыхаясь, оторвалась от его рта. Он сминал мой корсет. — Хочу быстрее сорвать с тебя эти тряпки!

— Давай… давай уйдем в тень, подальше от замка, — прошептала я, закрыв глаза и прижимая голову Мариуса к себе, когда его губы стали целовать мою полуобнажённую грудь. Я тихо стонала, зарываясь пальцами в его волосы.

— Куда? — тихо рыкнул он, покусывая кожу моей шеи и расстегивая на спине платье.

— Там роща, неподалеку, где… дуб, — еле произнесла я и тихо вскрикнула, когда Мариус чуть сильнее укусил меня за шею. Я почувствовала, что дико возбуждена.

— Я везде на тебе оставлю засосы, мне плевать, — хрипло сказал дракон и встал, держа меня на весу. Но я ловко выскользнула из его рук и почти побежала в сторону рощ, там, где было наиболее темно.

— Идем же! — на ходу позвала я Мариуса, обернувшись к нему со смехом. Он покачал головой, и, усмехнувшись, направился следом быстрым шагом.

Я остановилась у раскидистого дерева и проникла под его крону. Мариус настиг меня и, развернув к себе, прижал спиной к стволу дерева. Он, не говоря ни слова, спустил мое платье до талии и накрыл руками оба полушария моей груди. Я ахнула от удовольствия, прикрыв глаза и выгибаясь ему навстречу, когда он нежно начал массировать мою грудь, пока соски не затвердели. Его рот накрыл мой в страстном, яростном поцелуе — он грубовато раздвинул мои губы, язык заметался внутри в хаотичных движениях, лаская и надавливая. От этого воздействия я ощутила нестерпимую и одновременно приятную ноющую боль внизу живота.

Я хотела, чтобы он взял меня прямо здесь и сейчас — стремительно и даже грубо, чтобы овладел мною так, как хочется ему. Чтобы я почувствовала, что растворяюсь в нем полностью, не ощущая себя больше отдельно от него, а частью его самого.

— А-х-х, Ма-а-риус, — протяжным голосом застонала я, когда он прижался ко мне и быстро скользнул под мою юбку. Стянув мое белье, он приподнял меня за бедра, разводя их в стороны и прижимаясь к моей промежности своим пахом. Мои ноги тут же оплели его талию.

— Тебе понравится, если грубо? — спросил Мариус жестким голосом над моим ухом, удерживая меня руками под бедрами и все больше вжимаясь в меня. Его плоть давила, ей уже было тесно в штанах.

— Да, — выдохнула я, расстегивая его рубашку и разводя ее края в стороны. Мои губы стали покрывать его грудь быстрыми поцелуями, кожа его словно горела под моим ртом. Мариус что-то прошипел сквозь зубы, откинув затылок назад. Его грудь вздымалась, когда я поднялась с поцелуями снова вверх, а потом оплела его шею руками и провела по ней языком. Вкус Мариуса был неподражаем — я снова и снова касалась языком его шеи, лаская и облизывая каждый сантиметр кожи.

— Возьми меня, ну же, возьми меня сейчас же, я хочу почувствовать всего тебя… — прохрипела я, настойчиво двигая бедрами.

— Я тебя оттрахаю так, что сама попросишь пощады, — жестко ответил Мариус, целуя и одновременно кусая мою нижнюю губу. Он опустил свою руку вниз и, расстегнув штаны, опять приподнял меня над собой, прижимая своим торсом к стволу дерева. Резкое движение, без предупреждения, и я почувствовала, как боль и удовольствие одновременно пронзили меня. Я закричала от горячей волны наслаждения, упиваясь им, чувствуя жаркую плоть в себе, которая своими размерами, казалось, заполнила меня всю. Мариус начал двигаться сразу, стремительно, каждый раз выходя почти полностью из меня и снова погружаясь, с каждым разом все сильнее и сильнее давя на меня, входя до самого основания.

— Ну?.. — спросил меня между толчками он, часто дыша мне в ухо. — Может, еще сильнее?

— Еще, да, еще… — сказала я на выдохе, царапая его плечи и прикрывая глаза. Отдаваясь всем ощущениям, которые он мне дарил. Его плоть время от времени надавливала на пульсирующую точку между моих ног, доставляя мне еще большее удовольствие, которое начало собираться глубоко внутри меня. Я почувствовала, что скоро буду близка к окончательному всплеску.

— Ты внутри такая тесная, черт побери! — прошипел Мариус, взяв меня под колени и прижимая мои бедра ко мне, чтобы войти еще глубже.

— Мариус, ты бог… — стонала я, когда он, вонзаясь в меня без остатка,