Еще одна глупая история любви - Кэтлин Дойл

– Привет, Рубинштейн! – кричит Элисса и бросается вперед, чтобы его поприветствовать.

– О Боже, это же Элисса и Молли! – восклицает миссис Рубинштейн, расталкивая сыновей локтями, чтобы обнять меня. – Девочки, как вы? Мы так давно не виделись!

Она обнимает Элиссу, затем поворачивается к Райленду.

– А кто этот красивый молодой человек?

Райленд протягивает ей руку.

– Райленд Джонсон. Муж Элиссы.

– Барби Рубинштейн. Это мой муж Кэл, а это, – она показывает на своего второго ребенка, – мой сын Дэвид и его милейшая супруга Клара. И конечно, вы знаете Сета.

– Рад тебя видеть, – говорит Райленд Сету.

– А меня зовут Джек! – кричит маленький мальчик, сидящий на плечах у Сета, до того как Сет успевает ответить. Он шлепает Сета по голове, чтобы еще подчеркнуть свои слова. – Скажи им, что я Джек.

– Прости, Джек, за допущенную оплошность, – говорит миссис Рубинштейн с показной серьезностью. – Друзья, это мой внук Джек, а вон тот симпатичный джентльмен – это его брат Макс.

– Мне четыре года! – орет Джек так громко, что мертвых можно разбудить.

– Мне шесть, – робко сообщает Макс, словно считает себя обязанным предоставить эту информацию после объявления брата.

Мистер Рубинштейн отпускает руку Макса и сжимает мое плечо.

– Да это же мисс Молли Маркс! Боже праведный, куколка, сколько ж мы не виделись? Двадцать лет?

Я улыбаюсь, потому что мистер Рубинштейн всегда называл меня куколкой, а я всегда любила семью Сета.

– Да, примерно, – киваю я. – Рада видеть вас.

Миссис Рубинштейн хватает меня за руку.

– Молли, ты выглядишь потрясающе. Как твоя мама? Надеюсь, что здорова и счастлива? Я постоянно вижу ее рекламу в городе.

Я смеюсь.

– Она всегда хотела видеть свое лицо на каждой скамейке в парке.

– Что привело вас всех в наши места? – интересуется мистер Рубинштейн.

– Свадьба Джона и Квинн, – отвечает Элисса.

– О, как мило! – восклицает миссис Рубинштейн. – Мы тоже там будем. За исключением мальчиков, конечно.

– Я не знал, что ты приедешь, – говорит мне Сет, снимая племянника со своих плеч и осторожно ставя на тротуар.

– Каким-то образом я попала в список приглашенных, – шучу я.

Он морщится.

– Ты не поняла. Прости, я не имел в виду, что удивлен увидеть тебя в числе приглашенных. Просто я знаю, что ты терпеть не можешь свадьбы. И Флориду. Я решил, что ты, вероятно, ее пропустишь.

Вполне справедливое предположение. При обычных обстоятельствах я именно так и сделала бы. В конце-то концов, пандемия – это прекрасное оправдание, чтобы избежать слащаво-сентиментальных эмоций в белом шатре.

Конечно, я не говорю правду: частично я приехала, чтобы увидеться с ним.

Мы не разговаривали больше года, с тех пор как он прервал контакты в прошлом июне. Я старалась не упоминать его имя при общении с подругами. Я замючила его в социальных сетях. Сделала все, что только могла, чтобы не сыпать соль на оставленную им рану.

Но я все равно продолжаю о нем думать каждый день.

Не бывает такого, чтобы, проверяя почту, я не надеялась получить от него письмо.

Это печально.

– Дядя Сет, дядя Сет, тук-тук, – говорит Макс.

– Кто там? – спрашивает Сет.

– Бес.

– Какой бес?

– Без понятия! – кричит Макс.

Сет весело смотрит на меня.

– Максик у нас в семье комик, – сообщает Сет.

– Я так и поняла. – В ребенке, который получает удовольствие от подобных шуток, есть что-то очаровательное. Я наклоняюсь к нему. – Привет, Макс.

Тук-тук.

У него загораются глаза.

– Кто там?

– Трус.

– Какой трус?

– Труси к двери и узнай!

Он громко хохочет.

– Этот вариант я не слышал!

– Запоминай, дружок, – говорит ему Сет. – Это высокое искусство комедии.

– Мы идем в «Мисс М». Возможно, вы все хотите…

Дейв быстро прикладывает палец к губам и качает головой. Я понимаю эти жесты как родительскую просьбу «не упоминать мороженое».

Элисса поднимает большой палец.

– Увидимся на свадьбе? – спрашиваю я.

– До завтра, куколка, – прощается мистер Рубинштейн.

– До завтра, куколка, – эхом повторяет Джек.

Райленд смотрит им вслед, когда они уходят.

– Прекрати так на них смотреть, – шиплю я.

– Ты хочешь сказать так, как Сет смотрел на тебя?

Я счастлива от того, что они это заметили.

– Меня обманывают мои глаза или ты только что попыталась очаровать ребенка? – спрашивает Элисса.

– Думаю, что она пыталась очаровать его дядю, – сухо замечает Райленд.

Я прикидываю, как на это отреагировать. Затем смеюсь.

– Как вы считаете, это сработало?

Глава 25. Сет

– Какая она красотка! – восклицает мой отец, как только Молли отходит. – Она не замужем, Сет?

– Папа, ты помнишь, как она разбила ему сердце, а потом он несколько лет страдал от депрессии? – спрашивает Дейв.

– Да, но она не замужем?

– Я не знаю, – отвечаю я. – Я не видел ее несколько лет.

Это, конечно, вранье. Но я стараюсь избегать вопросов и наставлений родителей по поводу моих потенциальных романтических отношений. Они любят меня доставать по этому поводу.

– Напиши Джонни. Спроси, Молли придет на свадьбу с партнером или нет, – наставляет меня мама.

Я на самом деле собираюсь написать Джону и спросить, почему он не предупредил меня о приезде Молли. Если бы он это сделал, я бы морально подготовился. Вместо этого я чувствую себя неуверенно. (В эмоциональном плане. Меня не качает, когда я иду по улице, в отличие от многих туристов, которые сейчас вываливаются из «Дайкири Дек».)

– Оставь его в покое, мама, – просит Дейв.

– Можно мы пойдем купаться, когда вернемся домой? – спрашивает Макс.

– Уже поздно, – отвечает Клара. – Завтра можете купаться хоть целый день.

– С дядей Сетом?

Клара насмешливо улыбается мне.

– Вы должны спросить об этом самого дядю Сета.

– Пожалуйста, дядя Сет! – смотрит на меня Макс.

– Конечно, – киваю я. В конце концов здесь так жарко, что ничего не хочется делать, только балдеть в бассейне. Я люблю флоридскую погоду, но и у меня есть предел. Девяносто градусов[77] и стопроцентная влажность – это уже слишком. – Искупаемся прямо с утра, потому что потом все взрослые идут на свадьбу.

– Купание рано утром с этими монстрами? – спрашивает Дейв. – Ты знаешь, что они просыпаются в шесть?

– Долг зовет, – отвечаю я.

Мне не удается выспаться.

Мальчики буквально воспринимают «прямо с утра». В шесть пятнадцать они уже у меня в комнате и прыгают по мне. Только благодаря материнским навыкам Клары, умеющей вести переговоры с детьми, мне удается отвоевать время, чтобы выпить кофе и провести десятиминутную медитацию перед тем, как надеть плавки и включиться в этот утренний хаос.

Мальчишек вполне можно назвать реактивными снарядами. С ними стоит играть, только если вы не против физического насилия. Они