Рожденные лунным светом - Криста Стрит

Ощущение резкого перехода через портал внезапно исчезло, и мы оказались на огромном поле в землях фейри, недалеко от того места, где комета атаковала Эйвери.

Как и прежде, многие сверхъестественные существа разбили лагерь на поле за пределами столицы. Все лежали на одеялах или парили на зачарованных коврах в нескольких дюймах от травянистого поля, усыпанного множеством полевых цветов.

В воздухе витала магия. Толпа с нетерпением ждала предстоящего парада планет. Из столицы доносилась музыка, вечеринка уже началась, повсюду горели факелы.

В небе вспыхнул фейерверк, и на нём появились цифры отсчета.

До полного парада планет осталось десять минут.

— Мы не опоздали, — выдохнул я. — Слава богам.

— Да, — согласился Николас.

В небе планеты уже собирались вместе, их округлые формы медленно приближались друг к другу, пока не выстроились в идеальную линию, после чего засияли ярче земной Луны.

Я крепче прижал к себе Эйвери, пытаясь согреть её, но она все равно дрожала.

— Давай найдём место потише.

Я помчался со всех ног, Николас последовал за мной. Я искал место, где было бы поменьше народу.

Эйвери не издала ни звука, даже когда я резко остановился, так что у других сверхъестественных существ, не привыкших к скорости оборотней, перехватило бы дыхание.

Я нежно поцеловал свою пару в лоб, а затем в щёки.

— Эйвери? Любовь моя, мы на месте. Просто держись.

Она не ответила.

Я остановился недалеко от леса, но всё же достаточно близко к столице, чтобы мог легко добраться до больницы, если Эйвери придёт в себя и ей понадобится помощь целителей. Но мы находились достаточно далеко, чтобы избежать любопытных глаз зевак. Меньше всего мне хотелось, чтобы на мою пару пялились.

— Она ещё дышит, — сказал Николас. — Но с трудом.

Когда я опустил взгляд, у меня замерло сердце. В лунном свете стало ещё заметнее, насколько побледнела кожа Эйвери с тех пор, как её одел.

— Чёрт, — прошептал я. — Чёрт, чёрт, чёрт!

В груди нарастала паника, грозя вытеснить все мысли и выпустить на волю моего волка. Нет. Сохраняй спокойствие. Не теряй самообладания.

Я глубоко вздохнул и опустился на колени в высокую траву. Воздух наполнился ароматом полевых цветов, более резким и насыщенным, чем на Земле.

— Эйвери лежала на земле, когда на нее повлияла комета. Может, ей и сейчас нужно лежать на земле, когда произойдёт парад планет.

— Возможно, — ответил Николас.

В небе снова вспыхнул фейерверк с отсчетом времени. Вдалеке зрители разразились бурными аплодисментами.

Я снял рубашку и подстелили ее под Эйвери, чтобы она не лежала прямо на траве и сухой земле, а затем осторожно уложил её.

Она не пошевелилась.

Я опустился на колени рядом с ней, и моё сердце бешено заколотилось. В груди снова поднялась паника. Я едва мог дышать. Едва мог думать. Моя пара всё ещё умирала.

Я нащупал её пульс, и у меня внутри всё сжалось.

— У неё пульс всего тридцать семь в минуту.

Николас тоже опустился на колени, но застыл как вкопанный.

Прошло ещё несколько секунд, и он произнес:

— Она едва дышит. За последнюю минуту её грудь поднималась всего несколько раз.

— Знаю.

Я взял её за руку дрожащими пальцами и едва мог дышать от паники.

Моя пара умирала.

И даже появление в землях фейри не помогло ей.

— Почему ей не становится лучше?

Выражение лица Николаса оставалось бесстрастным и настороженным.

— Может, ей не станет лучше пока не закончится парад планет.

Я раскачивался на корточках взад-вперёд, с трудом подавляя желание хоть что-то сделать, чтобы помочь.

— У нас есть другой вариант, — тихо сказал Николас. — Я мог бы обратить её.

У меня отвисла челюсть.

— Сделать из неё вампира?

— Это может спасти её. А может и не спасти, но я готов попробовать.

— Как её создатель, ты навсегда будешь связан с ней.

— Да.

— И мы даже не знаем, спасло бы её обращение.

— Тоже верно.

В голове у меня шумело, мысли неслись с головокружительной скоростью, пока пытался осознать все последствия превращения Эйвери.

— Нет. Я тебе не позволю. Я не буду принимать это решение за неё. Парад планет спасёт её. Он должен её спасти.

Внутри меня все кричало, и понятия не имел, правильный ли выбор я делаю. Жизнь моей пары зависела от нашей уверенности в том, что ответы лежат здесь, в землях фейри, и что грядущий парад планет каким-то чудом её спасёт.

Но что, если я сделал неправильный выбор?

Что, если бы в этот самый момент горгульи обнаружили что-то ещё, что подсказало бы нам, что нужно делать. А я только что принял самое важное решение в своей жизни?

— Чёрт возьми! — Кровь зашумела в ушах, и в голове раздался оглушительный гул.

А что, если…

А что, если…

А что, если…

В небе вспыхнул очередной фейерверк с отсчетом.

Я придвинулся ближе к Эйвери и нежно поцеловал её в закрытые глаза, лоб и щёки.

— Пожалуйста, Цветочек. Пожалуйста, останься со мной. Я только что снова тебя нашёл. Я не могу тебя потерять, Эйвери. Не могу без тебя жить.

Над головой вспыхнула очередная цифра.

Надежда в глазах Николаса угасла, когда прошла ещё минута, а состояние Эйвери не улучшилось.

Моё сердце разрывалось, и пока сидел рядом с ней, нежно обнимая её и шепча, как сильно я её люблю, чувствовал, как она отдаляется от меня всё больше и больше.

Я обхватил пальцами её холодную безвольную руку.

— Эйвери? — тихо позвал её. — Ты меня слышишь? Помнишь, как я впервые увидел тебя в кафе мороженого? И как мы снова встретились в гараже в СВС, и я едва мог дышать от твоего вида? А помнишь сегодняшний вечер? Когда я занялся с тобой любовью и объявил тебя своей парой. Ты хотела этого, любовь моя. Ты хотела меня. Ты хотела нас. Пожалуйста, не оставляй меня. Пожалуйста. Я не могу без тебя жить.

Она не пошевелилась, не издала ни звука.

Её тело лежало пугающе неподвижно, грудь не вздымалась, сердце едва билось.

Я закрыл глаза и мысленно потянулся к нашей связи. Наша хрупкая нить еще гудела внутри.

Я провёл по ней пальцем, нащупывая жизненную силу Эйвери, и попытался подключиться к её чувствам и эмоциям.

Но внутри была только пустота.

Ни единой нити жизни или осознания.

Ни капли эмоций или любви.

У меня перехватило дыхание. Нет, нет, нет.

— Эйвери! — хрипло и с болью в голосе сказал я. — Пожалуйста, любовь моя.