Хорошие соседи - Оксана Евгеньева

бойцы по натуре, – сказал Денис. – Они готовы принять вызов. Да, играют грязно, врут и возможно, манипулируют. Не спорю. Впутали тебя в эту историю, я-то на работе, а ты вообще случайный персонаж! Просто хороший человек. Поступили с тобой нечестно. Согласен. И у тебя еще будет время все сказать твоей подруге. Но зло должно быть наказано. То самое зло, которое беспомощную жертву делает виновной во всем. Которое превращает белое в черное! Которое сидит где-то в тени и хихикает, считая себя гениальным вершителем судеб.

Я ничего не ответила. Погрязла в воспоминаниях и собственном стыде.

– Если бы я тогда не взяла бокал, ничего бы не случилось. Я не была беспомощной жертвой. А Юля решила шантажировать Вику.

– Ой, вот не надо. Хочешь правду?

Я не ответила, потому что вот уж чего я не хотела, так это никакой правды.

– А я все равно скажу. Это не ты выбрала путь. Не ты определила свою дорогу. Это не урок какой-то там непонятной судьбы, который должен был изменить твою жизнь. Ты просто сдалась. И я тебя не осуждаю, потому что то, что ты пережила – ад. Но ты выбрала смирение. Ты изолировала себя дома, согласилась на отношения, в которых ты – не так уж и важна. Устроила себе удобную жизнь, выкинула отношения с родителями, отгородившись от них ложью. Ты лишила себя всего. Профессии, в которой у тебя все получалось, активной жизни, яркой молодости, друзей. Что там у нас еще в твои годы бывает? Ты – добровольный инвалид. Инвалид по собственному желанию. И все эти сказки, в которые ты поверила, про то, что «все, что не происходит – все к лучшему», – это оправдание уродства, преступности и прочего дерьма, насаждающего наш мир. Твои обидчики на коне, ты под конем. Да, ты приспособилась. Ты отладила жизнь, приняла новые правила. Но неужели ты в них чувствуешь себя счастливой?

– Да, – сказала я. – Мне было очень даже неплохо, пока Юля не втянула меня в эту историю. У меня работа, хороший заработок. Я купила себе квартиру, правда в ипотеку, но я состоялась.

– Ха! Ты себя послушай. Просто закрой глаза и спроси себя. Почему ты на это согласилась? Почему ты так просто дала себя сломать? А я тебе скажу. Потому что ты – единица. И не допускаешь, что ты можешь быть не одна. Что есть люди, которые тебя поймут и примут твою сторону. Что родители не осудят тебя, а наоборот, примут. Создадут для тебя пространство поддержки и защиты. В котором тебе не нужно будет постоянно думать о своей безопасности и ждать удара в спину.

Я уже не слушала, что говорил Денис. А закрыла глаза и спросила себя: почему я на это согласилась. И ощутила такую боль, что еле смогла сдержать вой, рвущийся наружу из самой души. Боль и вся несправедливость этого мира накрывали меня с головой. Я закрыло лицо руками и согнулась пополам. Так и сидела. И Денис все это время был рядом. Он больше не задавал вопросов и не ждал от меня ответов. Но я все-таки пришла в себя и сказала:

– Ты прав. Зло должно быть наказано. Давай закончим это дело.

Глава 30

Я ушла в комнату, отказавшись вести дальнейшие переговоры с Лилией. Предоставив Денису эту часть работы.

– Какой план? – спросила я у Дениса, когда он закончил.

– Нам надо все-таки встретиться со вдовой Лукашина. Возможно, она сможет рассказать что-то новое. Ты как?

– Отлично, – сказала я. – Работаем.

* * *

Лилия скинула нам адрес бывшей жены Лукашина. Оказалось, что она жила совсем рядом с нами. Поэтому, мы, не затягивая, отправились к ней.

Женщина выглядела великолепно, хотя по моим представлениям ей должно было быть хорошо за семьдесят. Живые глаза, здоровый румянец и улыбка делали свое дело. Я не смогла сдержаться и сказала:

– Вы выглядите потрясающе!

– На морозе мясо не портится. Вы ко мне?

Денис рассказал женщине нашу видоизмененную легенду, показал документы и уточнил, что мы хотим разобраться в нескольких делах, о которых глава города мог знать лучше других. А его жена в этом деле – ценнейший источник информации.

Елена, так звали женщину, пригласила нас войти и уже по сложившейся северной традиции стала накрывать на стол. Квартира бывшей первой леди города выглядела так же свежо и приятно, как и сама хозяйка. На стенах висели афиши и фотографии, и я предположила, что жена Лукашина была артисткой и даже ездила на гастроли.

– Скажите, – задала я вопрос, пока Елена доставала продукты из холодильника и заваривала чай, – почему вы не уехали из города после смерти мужа.

Женщина на секунду задумалась, а потом ответила:

– Здесь мой дом. Почему я должна уезжать?

– Но вы же не будете отрицать, что жизнь на крайнем Севере – не такая уж радостная. Суровый климат, дорогие продукты. Да и глаз особо ничему не радуется.

– Э, девушка, это у вас так. Потому что вы приехали к нам на неделю. И видели Север по верхам. Да, погода суровая, не спорю. Но природу северную не обижайте. Такой красоты, как здесь, нигде не встретишь. И люди тут особенные. Свои. Нет, когда Игоря убили, я очень боялась, что придется мне сматываться. Меня-то местные барышни страсть как не любили. За то, что одевалась лучше других, выглядела как куколка. Завидовали моему положению. Я думала после смерти мужа меня просто снесут. Но нет. Поддержали. И в театре нашем не оставили, и соседи на помощь пришли. Никто ни разу не позлорадствовал, никто шпильку в меня не воткнул. Я, конечно, стала скромнее, что уж там. Но и времена были какие! Тогда все перебрались с хлеба на воду. Не было ни денег, ни продовольствия. Выживали как могли. На рыбаков молились. Хотя кто-то, конечно, разбогател, – улыбнулась Елена.

– Нас интересуют два события. – Денис вернул разговор в нужное русло, когда Елена поставила перед нами чашки и блюдца с угощением. – История с местным маньяком и убийство вашего мужа. И еще, нас очень интересует фигура Петра Рябинина. Он был водителем вашего супруга.

– Ах, Петя, – с грустью в голосе сказала Елена. – Иудушка.

– Почему вы так его называете? – навострила уши я.

– Потому что он в итоге супругу моему нож в спину и воткнул. Не в прямом, конечно, смысле. Петя работал с моим мужем с самого начала его карьеры. Игорь очень ему доверял. Он был почти членом нашей семьи. Сам Петя неблагополучный. Школу