Поворот: «Низины» начинаются со смерти - Ким Харрисон

— Спасибо, что сказал про мой участок, — промямлила она, делая ещё шаг внутрь и почти выглядывая из-за приоткрытой двери. — Завтра проверю.

Даниэль глубоко вдохнул, словно собирался что-то ответить, но развернулся и ушёл, опустив голову и засунув руки в карманы. Глаза у неё защипало, когда она закрыла дверь.

— Чёрт, — прошептала она, обернулась — и едва не врезалась в Квена. — Ненавижу, когда ты так подкрадываешься! — воскликнула она и шлёпнула его по плечу. — Тебе заняться нечем, кроме как пугать меня из-за спины?

— Бедный, жалкий человечек, — покачал он головой, пока в прихожей глухо не прозвучал звук отъезжающей машины Даниэля и последний блик его фар не погас. — Ты, знаешь ли, сурово обходишься со своими бойфрендами.

С комом в горле она обошла его, пошла к дивану и плюхнулась на подушки. Поставила пакет на стол и уставилась на кружку — кофе хотелось, но не такого.

— Он мне никогда не был бойфрендом. И ты не помогаешь.

— Сказал бы, что проклятие держится, — заметил Квен, садясь рядом и подтягивая к себе пакет. — Что там с твоими помидорами?

— Если Энджи заболела, она, скорее всего, просто забыла их полить перед уходом.

Бумажный пакет захрустел, когда он развернул его, и Квен, заглянув внутрь, отпрянул.

— Они что, должны так вонять?

Нахмурившись, она потянулась к пакету.

— Пахнут? — Она заглянула и увидела прозрачный лабораторный пакет внутри. Тот был не запаян, и едкая вонь скривила ей губы. Она защёлкнула зип-замок и осторожно вынула пакет. Растительная масса была покрыта чёрной слизью и местами уже распадалась. Даниэль не смог бы положить туда такое, значит, разложение шло уже несколько часов.

— Выглядит паршиво, — сказал Квен, ткнув пакет пальцем.

— Ещё бы, — отозвалась она, потянулась к телефону и переключила клавишу на набор.

— Кому звонишь? Кэлу? — спросил Квен. Она бросила на него сухой взгляд и по памяти набрала домашний номер Энджи. Трубку сняли после второго гудка, мужской голос сказал «алло».

— Это Триск, — произнесла она, сердце заколотилось, пока она смотрела на то, что осталось от томата. — Энджи дома?

— Кто это? — спросил мужчина, и Триск села на край дивана.

— Доктор Камбри, — сказала она, поднимаясь и заходя взад-вперёд в пределах длины телефонного шнура. — Энджи со мной работает. Сегодня меня не было, и только что узнала, что она заболела. С ней всё в порядке?

— Доктор Камбри? — голос мужчины смягчился, в нём вместо подозрения проступило тяжёлое облегчение. — Я Энди, её парень. Я звонил днём, но ваш номер мне не дали. Энджи вырвало утром, но температура была невысокая — я не придал значения. А когда вернулся домой, у неё была сыпь. Вся лицо и спина. Думаю, распространяется.

Дерьмо. Триск обменялась с Квеном тревожным взглядом. Рвота не была симптомом вируса Даниэля — разве что при передозировке; лихорадка и сыпь — да. Как она вообще могла с ним столкнуться?

— Мы подумали, может, ветрянка: у соседского ребёнка как раз, — продолжал Энди. — Но сейчас она кашляет кровью. Доктор Камбри, с ней всё будет хорошо?

Триск приложила ладонь ко лбу, подавляя тошноту.

— Думаю, да, — сказала она, не будучи уверенной. — Но не помешает отвезти её в неотложку.

— В приёмный покой? — переспросил Энди, тревожно. — Уже почти шесть.

— На то он и неотложный, — твёрдо сказала Триск. — Обязательно сообщите, что она из «Глобал Дженетикс». Скажите, что её нужно изолировать. На всякий случай.

— Доктор Камбри? — его голос стал выше, в нём дрожала паника. — С ней точно всё будет в порядке?

Она не смогла заставить себя ответить «да».

— Доктор Камбри? — настойчиво повторил он, и у неё свело челюсть.

— Думаю, да, — произнесла она тихо, чтобы не было слышно, что это ложь. — Это не похоже ни на что из того, с чем мы работали. Я просто хочу быть уверена. Отвезите её прямо сейчас, ладно?

— Спасибо, доктор Камбри.

Связь оборвалась, и она осталась слушать длинные гудки. В нереальности момента она повесила трубку. Квен не сводил с неё глаз; она подняла взгляд — его брови взлетели.

— Разве это не симптомы…

— Вируса Даниэля, да, — нахмурившись, сказала она. — Но она не могла соприкоснуться с ним. Она никогда не заходит в его лабораторию, а если Даниэль случайно вынес бы его наружу, он сам уже был бы болен.

Взгляд Квена скользнул к мерзкому пакету с чёрной слизью.

— Ты не думаешь, что…

Триск покачала головой.

— Он не «перескочит» на растение, — сказала она, начиная расхаживать шире. — Я работала с обоими геномами, они не сочетаются.

— А если всё-таки сочетаются?

Она остановилась, сжала спинку стула до белых костяшек.

— Тогда с Энджи всё будет хорошо, — сказала она, и пульс стал замедляться. — Если она подверглась воздействию вируса Даниэля, ей ничто не грозит. Он не воспроизводится вне лаборатории. — Но сам факт, что она могла столкнуться с ним, был проблемой.

Квен отодвинулся подальше от вонючего чёрного пакета.

— Не думал, что кашель с кровью — один из симптомов.

— При передозировке — да, — рассеянно ответила она, раздумывая, не позвонить ли Даниэлю. — Но для этого нужно съесть… ну, столовую ложку, — договорила она, и в душе похолодело от мысли, что она недоглядела. Она смотрела на останки своего томата. В четверг Энджи унесла один домой. Если вирус Даниэля атаковал её растения, токсины могли накопиться до смертельной дозы ещё до того, как растение погибнет.

Руки задрожали; она схватила сумку и ключи.

— Мне нужно ехать.

Глава 16

Кэл въехал на парковку «Глобал Дженетикс», скользя взглядом по почти пустым рядам в поисках Триск, прежде чем заглушить двигатель и выключить фары. Было чуть больше шести: дневная вечеринка по случаю успешного релиза давно закончилась, но на третьем этаже в офисах ещё горел свет. На стоянке торчали лишь отдельные машины — в основном служебный персонал и охрана поздней смены. Все, кто не перенёс празднование в Riverside Smokehouse, уже разъехались по домам.

— Кроме Рика и Барбары, — пробормотал он, заметив их кадиллак и «жучок» с цветочными наклейками на отведённых местах. Мысль о том, что эти двое могут предаться быстрому роману, его не удивила. Рик был живым вампиром и, при всей своей красоте и повадках плейбоя, явно стоял высоко в иерархии своей камарильи — иначе бы ему не доверили эту должность. А то, что Рик удовлетворяет свой «лёгкий вкус к крови» на своей секретарше за пятьдесят… смешно.

И не такое случалось, подумал Кэл, выбираясь из машины. Как и ожидалось, вирус Даниэля сработал безукоризненно: аэрозольное распыление уложило целое здание во Вьетнаме, позволив американским войскам войти и занять его, сделав