Удар по воротам - Рут Стиллинг

— Верно, но в первую очередь я твой друг. Я буду пить с тобой пиво ещё долго после того, как мы завершим карьеру. Ты будешь разрываться на части из — за этой девушки, — он чешет грудь, переживая за меня. — Поверь, первая девушка, в которую ты влюбился, та, которую ты не можешь заполучить.

Мои глаза останавливаются на его лице. Не потому, что он открыто признал, что я влюблен в Дарси, поскольку тут нечего отрицать. Мне просто надоело слышать от него одно и то же. Я могу получить её; мы можем принадлежать друг у друга. Это произойдет.

Взгляд, которым я одариваю его, не оставляет сомнений в моих мыслях, и Сойер поднимает руку, сдаваясь.

— Лиам хочет, чтобы она вернулась, — выдавливаю я сквозь музыку.

Он просто небрежно кивает.

— Конечно. Если самый крутой плейбой НХЛ крутится вокруг неё и гоняется за ней, тебе лучше поверить, что какой — нибудь неудачник вроде Лиама в конце концов осознает свою потерю.

Дарси поворачивается на стуле, вероятно, направляясь в туалет, и останавливается как вкопанная, заметив, что я на неё смотрю.

— И это мой сигнал уйти и притвориться, что я ничего этого не видел. — говорит Сойер, направляясь к кабинке, где сидят несколько игроков, а также Коллинз и Кендра.

Как будто я её последний улов, она заманивает меня в ловушку, и я направляюсь к ней. Но, в отличие от рыбы, ожидающей своей участи, я не бьюсь и не сопротивляюсь её наживке. Я отчаянно хочу быть пойманным ею. Я не хочу, чтобы она перерезала веревку и выпустила меня обратно в океан. Я хочу быть прямо здесь. Не важно, как это больно и как долго мне придется ждать.

Я быстро улыбаюсь Дженне, не желая показаться грубым, но она всё равно понимает намек и поворачивается, чтобы заказать ещё выпивки. Я не знаю, много ли она знает обо мне и Дарси, и, честно говоря, меня это не особенно волнует. Дженна никогда не казалась мне девушкой, которая играет по правилам. Я могу сказать, что в ней есть что — то необузданное. И именно поэтому я написал ей тем вечером на вечеринке у Дарси. У меня такое чувство, что я могу доверять ей; на самом деле, я почти уверен, что она ценит парня, которому наплевать на этикет в погоне за тем, чего он хочет.

Стараясь не быть слишком очевидным, я наклоняюсь на стуле на уровень роста Дарси, от моего дыхания шевелятся несколько прядей волос, и я наблюдаю, как у нее перехватывает дыхание.

— Знаешь, клянусь Богом, твои волосы стали гуще, а румяные щеки пылают ещё ярче сегодня вечером. Или дело в том, что я опять почти не видел тебя всю неделю? — я улыбаюсь, глядя в ее большие голубые глаза, когда она смотрит на меня снизу вверх. — И это гребаное платье, — я незаметно провожу пальцем по её бедру. — Это действительно несправедливо заставлять меня ждать так долго между встречами с тобой. Ты можешь убить парня таким подлым поведением.

Она насмешливо поджимает губы.

Да, она знает, что поймала меня на крючок.

Возвращаясь к бару, она берет свой стакан с водой и делает глоток.

— К твоему сведению, более густые волосы и естественный румянец — всё это признаки того, что девушка может быть...ну, ты понимаешь.

Я подхожу немного ближе.

Господи, разговаривать подобным образом на публике — в присутствии Джека, тренера и команды всего за пару столов — опасно.

Несмотря ни на что, риска недостаточно, чтобы остановить меня.

— Ты беременна, куколка Дарси? — я шепчу так, чтобы слышала только она.

Она облизывает губы от глубины моего голоса. Такое чувство, что мы уже в постели, прижатые друг к другу, пока я заставляю её кончать на меня всем телом.

— Да. Хотя я всё ещё не могу поверить в это.

Я вижу и ощущаю неуверенность, которая охватывает её. Страх перед неизвестным. Кто может винить её? Весь её мир только что перевернулся. Понятно, что в один момент она чувствует себя уверенно, а в следующий ей кажется, что всё совсем не так. Моя работа прямо сейчас — помочь ей перестать много думать и переживать, дать ей любовь и стабильность, в которых нуждаются она и наш ребенок.

— Тебе не нужно беспокоиться, Дарси. Я обещаю, что всё будет хорошо.

Она обхватывает мой локоть, стараясь, что он был ближе к стойке бара, чтобы никто не увидел.

— Это действительно сложно для меня, Арчер. Моя голова идёт кругом от разных мыслей; мои эмоции и гормоны бьют ключом. Ещё Лиам решил связаться со мной, и это как будто напоминает мне о причинах, по которым я ушла от него. Думаю, вызванные воспоминания расстроили меня, — она опускает глаза в пол. — Добавь к этому чувство, что я не могу контролировать свою собственную жизнь, когда я приехала сюда именно за этим. Я переехала, чтобы сбежать от ядовитых людей из моего прошлого и быть ближе к тем, кого я люблю и о ком забочусь.

Я придвигаюсь ещё ближе, отчаянно желая заключить её в свои объятия.

— У тебя всё хорошо получается, Дарси. Ты отлично справляешься на работе, всё воспринимаешь спокойно. Ты знаешь, как сильно я тебя уважаю? Я бы никогда не смог переехать в новую страну и так легко и быстро вписаться. Я никогда раньше не встречал такого человека, как ты. Как будто у тебя есть аура, которая объединяет людей. Лиам и твой отец либо не видели этого, либо не хотели, потому что чувствовали угрозу, и это их вина и их неуверенность. Но я вижу это и хочу большего. Я хочу видеть, как ты взлетаешь в своей карьере и воплощаешь в жизнь все свои мечты. Ты заставляешь меня стремиться к совершенству как на льду, так и вне его, и теперь, когда ты носишь моего ребенка...эти чувства только усилились.

Когда Дарси снова улыбается, у меня внутри разливается тепло. Я помог вернуть ей улыбку на её губы, туда, где ей и место.

— Спасибо, Арчер, — её голос тихий, но я слышу его даже сквозь самую громкую музыку. — Я не могу объяснить, как много это для меня значит.

Если бы я положил руку ей на затылок и притянул её улыбающийся рот к своему, интересно, сколько секунд потребовалось бы кулаку Джека, чтобы соприкоснуться с моей щекой...

Я словно чувствую, что на нас смотрят, моё внимание переключается на