В плену их страсти - Элис Мэк

Я закусила губу украдкой поглядывая на Тео. А он, недолго думая ответил за меня:

— Потому что у нашей кошечки слишком буйное воображение. Она почему-то решила, что, если у неё появится маленький пузожитель — мы её обязательно бросим.

— Глупости, — фыркнул Лео. — Выкинь эту фигню из своей головки. Ты от нас теперь так легко не отделаешься.

— Я ей о том же сказал, — ухмыльнулся Тео.

— Хорошо, я вас поняла, — пришлось сдаться на милость победителям, раз уж они окучивают меня с двух сторон.

Лео улыбнулся и, прикоснувшись пальцами к моей щеке, нежно погладил.

— Родители уехали. Пойдём в дом?

— Уехали? Но почему? — удивился Тео.

Я тоже удивлённо вскинула брови.

Лео не спешил с ответом, чем заставил меня серьёзно понервничать. В голове сразу же зажужжали мысли, что это они из-за меня уехали. Ну, а что ещё могло случиться?

— Решили не мешать нам в наш брачный период, — ответил всё же Лео слегка усмехнувшись.

— А если серьёзно?

— Я серьёзно, — ответил Лео. А я нахмурилась, потому что его слова меня совсем не убедили. — Ладно, у отца назначена важная встреча вечером. Поэтому он решил не задерживаться и уехать сейчас.

— А мы, когда поедем в Брисбен?

Теперь настала очередь Лео хмуриться — он сдвинул брови на переносице и безэмоционально ответил:

— Мы остаёмся здесь. Пока не знаю насколько.

— В смысле? Вы же обещали отвезти меня в город? Лео, у меня там дед, наверное, уже с ума сошёл от волнения! — вспылила от негодования.

— Прости, Кисунь, но нам сейчас нельзя в город, — начал оправдываться он. Попытался обнять меня, но я увернулась и, скрестив руки на груди, зыркнула на него требовательным взглядом.

— Почему?

— Потому что это опасно.

— Я ничего не понимаю, — Внутри всё сжалось от беспокойства. — Объясните же мне, что случилось?

— Помнишь мы рассказывали тебе о группе фанатиков, которые охотятся за оборотнями. Так вот — похоже, они снова активизировались, и теперь охота ведётся на нас. Твой дружок, Либерман, понял кто мы, тогда в клубе. И теперь они ищут не только тебя, но и нас.

— Охренеть! — присвистнул Тео. — Значит, ботаник всё же раскусил нас.

— Я не верю, что Марк может осознанно причинить вам вред, — уверенно заявляю. Я ведь действительно не верю в это. И почти уверена, что всему этому есть разумное объяснение. Марк столкнулся с чем-то необычным, неизученным, загадочным, и конечно же у него активизировался научный интерес. Это логично. Любой учёный на его месте так же бы принялся изучать новый вид. А он ведь действительно считает оборотней новым видом. — Уверена, что вы просто всё слишком преувеличиваете. Можно ведь встретиться и нормально поговорить. Рассказать о себе, о вашем мире, хотя бы какую-то малую часть. Ведь люди совсем ничего не знают о вас, поэтому ведут себя агрессивно. Ведь всё неизведанное — всегда вначале считается опасным. Но если бы они узнали о вас… Узнали какие вы на самом деле, что совсем не представляете опасности для людей, уверена, отношение к вам сразу же изменилось бы. Ведь лучше жить в мире и согласии, чем в кровавой вражде. Разве я не права?

— Ты конечно же права, малышка. Но… всё намного сложнее чем ты себе представляешь, — ответил Лео. — Мы не рассказываем о себе людям, потому что так было предписано нашими предками. Это закон. И этот закон был принят не просто так. На протяжении всего нашего существования на земле контакты с людьми конечно же были, и не раз. Но каждая эта встреча ничем хорошим не заканчивалась. Люди не хотят принимать нас как равных себе. Они всегда воспринимали нас как животных, которых хотели подчинить. А если не получалось — стремились уничтожить. Не мы начали эту войну, Алиса. Но, видимо нам придётся её прекратить. Чем меньше у людей будет информации о нас — тем спокойнее будет всем.

— Что ты имеешь ввиду?

— Мы уничтожим все их лаборатории и всю информацию, которая у них на нас имеется.

— Новое кровопролитие — это не выход!

— А что ты предлагаешь: сидеть и смотреть как они убивают наших братьев и сестёр?

Если честно, я не знала, что на это ответить. Потому что в душе до конца так и не верила, что Марк способен на подобные зверства.

Ну не мог он! Просто не мог!

Я скорее поверю, что его заставили, принудили участвовать во всём этом, чем в то, что он добровольно причиняет кому-то вред.

— Конечно нет, но… Нужно пробовать договариваться. Может мне стоит поговорить с Марком? — внезапная мысль показалась мне решением всех проблем. — Если бы мы встретились, я бы смогла ему всё объяснить…

— Даже не думай! — резко оборвал меня Тео. — Мы тебя и близко к этому уроду больше не подпустим.

Я недовольно поджала губы.

— Значит так? Ну что ж, можете тогда ко мне тоже больше не подходить.

Я решила устроить близнецам бойкот, вот только даже не представляла, чем это для меня может обернуться.

Глава 42

Прошло два дня моего бойкота, и пока я уверенно держу оборону. С близнецами стараюсь не контактировать, но, если уж где-то пересекаемся в доме — делаю вид, что их не существует. Игнорю, короче.

Правда иногда бывает очень трудно это делать, потому что блондинчики всячески пытаются меня соблазнить: ходят по дому в одних шортах демонстрируя мне все свои кубики, бицепсы и трицепсы. У меня даже глаз начал дёргаться от бессилия.

В таких случаях, главное — не смотреть. А то руки ведь так и тянутся пощупать и потрогать.

К концу второго дня ко мне прилипло странное чувство будто чего-то очень не хватает в жизни. И пустота какая-то внутри, в душе — тоска.

Весь следующий день я хандрила, сама не знаю от чего.

Может заболела? Или на солнце перегрелась?

Вчера я действительно очень долго гуляла по ранчо: смотрела на лошадок в манеже, купалась в бассейне. Вот и схлопотала себе, наверное, солнечный удар.

Но, плохое самочувствие это были ещё цветочки. То, что со мной начало происходить на следующий день — полностью выбило у меня всю почву из-под ног.

С утра ещё было ничего, а вот потом — я уже просто не могла игнорировать близнецов. Всё время ловила себя на мысли, что специально ищу с ними встречи: на улице, на кухне или в коридоре, прохожу мимо их комнат и, как бы невзначай, останавливаюсь, прислушиваясь к происходящему за дверью. А ещё — всё моё тело стало