Темные клятвы - Ив Ньютон

поворачиваю кинжал. Дверь распахивается внутрь с мощным взрывом энергии, который отбрасывает ближайших Коллекционеров назад, на мгновение освобождая пространство вокруг нас.

За порогом лежит темнота и приторный запах Магии Крови.

И боль Уильяма.

Я не колеблюсь. Я вытаскиваю свой кинжал и ныряю в образовавшееся отверстие, в самое сердце кошмара.

Воздух внутри холоднее, чем в могиле, и насыщен силой испорченного притока. Руны, выгравированные на круглых стенах, зловеще отсвечивают красным, придавая помещению адское сияние. На чёрной каменной плите лежит Уильям. Он мертвенно неподвижен, сеть усиков тёмной энергии приковывает его к полу, превращая остатки его сущности в ряд кристаллических сосудов, мерцающих отвратительным, светом порчи.

Дамадер стоит над ним, жрица у своего нечестивого алтаря. Она не выглядит удивлённой, увидев меня. У неё торжествующий вид.

— Вы как раз успели к финальному акту, — говорит она. — Я уже начала думать, что вы опоздаете.

Си-Джей и Кассиэль врываются в зал позади меня, захлопывая железную дверь. Звук отдается эхом с мрачной окончательностью. Мы трое стоим вместе, наше оружие, выкованное кровью, сверкает в гнетущем мраке.

— Отпусти его, — говорю я тихим голосом, дрожащим от ярости, такой сильной, что это ощущается как физическая сила.

Улыбка Дамадер становится шире.

— Но ритуал только начался. Мне нужно очистить кровь Уильяма от вашей жалкой связи. Затем я собираюсь размозжить тебе череп голыми руками, чтобы избавить тебя от этого мира раз и навсегда.

— Ты такой напуганный, запуганный кусок дерьма, не так ли? — усмехаюсь я, подходя ближе. — Боишься, что я заберу твою дурацкую Кровавую корону. Срочные новости, сука, я не хочу её. Но я могу сказать тебе одно: ты не сохранишь его. Я размозжу тебе череп голыми руками, чтобы этот мир никогда больше не услышал твоего имени.

Не похоже, что моя болтовня произвела на неё впечатление. Не могу сказать, что я её виню, правда.

Губы Дамадер изгибаются в презрительной ухмылке.

— Какой огонь. Какая неуместная бравада. Ты говоришь о сокрушении черепов, малышка, но ты даже не представляешь, с какой силой столкнулась, — она делает едва заметный жест рукой, и Уильям бьётся в конвульсиях на столе, с его губ срывается сдавленный крик. Внезапное осознание поражает меня и заставляет задыхаться. Именно этот процесс Коллекционеры, её приспешники, применяют к живым жертвам гримуара. Я с трудом сдерживаю подступающую к горлу желчь. Расставание сейчас — последнее, что нужно Уильяму. Если я это сделаю, он и все мы умрём от рук этой женщины. Только эта смерть будет бесконечной.

Она пускает в ход свою магию, пока я колеблюсь, отчаянно пытаясь отогнать эти мысли в сторону.

Это всё, что нужно для начала Си-Джея. Летит стрела, полоса оранжево-красного огня, которая с воем проносится по комнате. Но она так и не достигает её. Багровые руны на стенах вспыхивают, и щит из бурлящей чёрной крови поднимается навстречу атаке, поглощая пламя целиком.

— Тебе конец! — реву я, бросаясь вперёд.

Кассиэль уже превратился в размытое пятно, его ножи сверкают, когда он бросается к алтарю, на котором стоят хрустальные сосуды. Дамадер взмахивает запястьем, и теневые щупальца вырастают из пола, чтобы перехватить его, но он слишком быстр, лавируя между ними, как призрак.

Мой путь прямиком к Уильяму. Моя цель — удерживающие его щупальца.

Кинжал горит в моей руке, но я опускаю лезвие на ближайший отросток. Когда он соприкасается, раздается яростный всплеск энергии. Тёмная магия шипит, превращаясь в дым, а щупальце растворяется в ничто.

На один благословенный миг в глазах Уильяма появляется проблеск ясности. Он видит меня. Он знает, что я здесь.

— Держись, Уильям. Это ещё далеко не конец.

Я перерубаю ещё одно щупальце, и по комнате разносится грохот.

Дамадер визжит, но я сосредотачиваюсь на том, чтобы освободить Уильяма.

— Ты, мелкая засранка! — кричит она, когда вокруг нас вспыхивает магия.

Звук разбивающегося хрусталя звучит музыкой для моих ушей, когда я отсекаю ещё одно щупальце. Мой взгляд на мгновение останавливается на Кассиэле, который стоит посреди сверкающего облака серебристо-чёрного тумана. Разделённая сущность Уильяма, теперь освобождённая из своей тюрьмы. Воздух гудит, когда рассеянная энергия ищет свой источник.

Яростный крик Дамадер — крик хищника, которому отказали в добыче.

— Я сдеру плоть с твоих костей!

Поток чистой некротической энергии, чернее, чем пустота, вырывается из её рук, направленный прямо на Кассиэля. Но Си-Джей готов. Его арбалет поёт, и горящая стрела встречает поток в воздухе. В результате взрыва зал сотрясается до основания — яростное столкновение драконьего огня и древней магии смерти, от которого по каменному полу расходятся трещины.

Взрыв даёт мне необходимую передышку. Последним, отчаянным ударом я отсекаю последнее щупальце, привязывающее Уильяма к плите. Он заваливается набок, и я ловлю его, его тело пугающе лёгкое. Его кожа холодная, но он дышит.

— Уильям, — шепчу я, помогая ему подняться на ноги. Он тяжело опирается на меня, его взгляд рассеян. Частицы его сущности бесцельно кружатся по комнате, одних притягивает к нему, других отталкивает затянувшееся осквернение.

Дамадер шипит, её ярость перерастает во что-то более холодное и пугающее.

Жестом она притягивает к себе рассеянную эссенцию. Серебристо-чёрный туман закручивается к ней спиралью, вихрь украденной силы сгущается вокруг неё подобно буре.

— Прости за это, — бормочу я и, бросив Уильяма, бросаюсь вперёд. — Нет! Руки прочь от того, что тебе не принадлежит.

Я вонзаю свой кинжал в бурлящий водоворот украденной души. Это всё равно, что погрузить руку в бурю из битого стекла и льда. Чистые серебряные частички сущности Уильяма прилипают к лезвию, впитывая мою кровь, в то время как осквернённые чёрные частички с шипением отскакивают.

Дамадер рычит, её сила борется с моей за контроль над кружащимися осколками.

— Это уже моё!

Стена теней врезается в меня, отбрасывая назад, но я не выпускаю кинжал из рук. Это борьба за сущность Уильяма, и я не отступлю.

— О, плохой ход, сука, — говорит Си-Джей, прицеливаясь. — Причини ей боль, и тебе конец, — он выпускает стрелу, которая попадает в неё, но она отмахивается от неё. Затем ещё одну. А затем он добавляет свою магию к бурлящей массе энергии, циркулирующей по комнате тошнотворной волной, от которой у меня идёт кровь из носа, когда я цепляюсь за сущность Уильяма изо всех сил, какие у меня есть.

Красное облако силы Си-Джея наполняет вихрь, хаотичный ад, который вступает в жестокое столкновение с холодной, чёрной магией Дамадер. Клубящаяся масса сущности дестабилизируется, противоборствующие силы разрывают её на части. Это похоже на удар молнии. Кинжал дрожит в моей руке, очищающий серебряный огонь борется с распространяющейся порчей.

— Изольда, — голос Уильяма,