Не пара для меня - Александра Мауль

в своей тарелке, когда я объяснил Эвелин, прямо у всех на виду, в чём причина того, что я ударил Эрика. Заявил что, не желаю больше видеть его рядом со своей женщиной, был не сдержан и сгорал от ревности. Такие проявления эмоций на публике, судя по всему, для неё в новинку.

А я честно признался ей в своих страхах, на что получил честный ответ. Эрик ей неинтересен. В тот вечер она вообще не думала о нём. Просто потерялась в своих эмоциях.

Я, наконец, понял, откуда в ней эти мысли о том, что она мне не подходит.

— Виктор!

Вздрагиваю и перевожу взгляд на Джонатана, что сидит напротив меня

— Ты со мной? Что с тобой происходит? — спрашивает он и наклоняется, заглядывает мне в лицо.

— Я хочу поговорить, — сообщаю ему, и он кивает. Но не обращает внимания на мои слова и продолжает разговор о делах — Я ХОЧУ ПОГОВОРИТЬ — перебиваю его, и он замолкает. Какое-то время смотрит на меня странным взглядом. А потом делает глубокий вдох. У него есть одно неприятное дело, которое мне не удалось решить в прошлую поездку, хочет, чтобы снова поехал.

— Это что-то по нашему делу?

— Нет, это касается только меня — улыбаюсь и чувствую, как Джонатан напрягается.

Откидываюсь на спинку стула, делаю вид, что чувствую себя расслабленно и у меня всё под контролем.

— Я встречаюсь с человеческой девушкой, — сообщаю я, и в комнате повисает тишина. Давящая. Джонатан смотрит на меня какое-то время, а потом прищуривается.

— Позволь, я угадаю кто она с первой попытки. — говорит он недовольно — Та, девчонка, что помогала нам заманить Дэкстера — щёлкает пальцами, вспоминая её имя — Джулия.

— Джун — поправляю я

— Да мне плевать. Как давно это у тебя?

— Может, спросишь, насколько серьёзно?

— Несерьёзно. — заявляет он и поднимается. Осматривается, потому что теперь его кабинет занимает Каспиан и всё здесь совсем иначе как было при нём — Даже слышать не хочу о том, что это серьёзно. У тебя пара дней, чтобы это прекратить.

Поднимаюсь и прекращаю улыбаться. Взреветь хочу, но бросаю все силы на то, чтобы выдержать его взгляд.

— Нет, — спокойно отвечаю я, и Джонатан вопросительно поднимает свою бровь.

— Нет — повторяю я и он взрывается. Издаёт рёв, который заставляет меня опустить голову, но только не поменять решение.

— Хочешь сказать, что и дальше будешь встречаться с человеческой девчонкой, нагло наплевав на правила, которые сам заставляешь соблюдать других ликанов?

Молчу, потому что, нет смысла ему что-то говорить. Он импульсивен и чтобы, до него дошёл смысл моих слов, мне необходимо дождаться, когда он успокоится.

— То есть ты думаешь, я спокойно буду с этим мириться? Ты не последний ликан в нашем мире. Ты… да… Я только-только успокоился, смог спокойно вздохнуть, ты и сам прекрасно знаешь, как мне досталось это место, хоть оно и принадлежит мне по праву рождения. Считаешь, что я буду мириться с таким неповиновением рядом со мной? Может, надеешься, что я за тебя вступлюсь? Я даже не буду пытаться тебя прикрывать, если это вылезет наружу, потому что планирую остаться на своём месте. А ты завтра же прекратишь это, и в следующем месяце в ночь церемонии соединишься с Элисон. — приказывает Джонатан

— Вот как я должен поступить?

— Именно так!

— Ради твоего спокойствия? Чтобы никто из ликанов не начал волнений, не стал возмущаться и нарушать твой покой? Чтобы сыновей твоих никто не угрожал зацепить, да? А что я по этому поводу чувствую, спросить не хочешь?

— Не хочу, потому что, очевидно, для меня, что думаешь ты членом, а не головой. — заявляет Джонатан и хмыкает. Через пару месяцев скажешь мне за всё спасибо.

Глубоко вдыхает и выдыхает несколько раз.

— Вернёшься вместе со мной, а девчонку я пристрою...

Издаю рёв, и Джонатан округляет глаза так, словно я бросился на него. Возможно, и до этого недалеко.

— Не смей приближать к Джун!

— А ты не смей себя так со мной вести! — давит он — Рядом со мной не будет стоять тот, кто не в силах контролировать неуместные желания. Ты тот, кем мечтают быть на твоём месте, хочет оказаться множество ликанов, Виктор…

— Тогда я с удовольствием уступлю место одному из них — перебиваю я, и Джонатан затихает. Выглядит так, словно шокирован моими словами, а потом выглядит так, будто я его предал.

— Ты собираешься уйти? Оставить всё, чего добился, ради человеческой девчонки? Сдать долбанным изгоем? — злится он так, что его начинает трясти — Виктор? Ты подумал о своей матери? Обо мне ты, чёрт возьми, подумал?

— А кто подумает обо мне? — ору я, потому что не могу больше выдержать. Столько лет, как щенок на привязи, был рядом с ним. Столько лет ради его семьи, спокойствия и благополучия стараюсь — Я столько лет верно тебе служил, разгребал дерьмо за тобой и твоими сыновьями и вот что в итоге получил? Не заслужил даже нормального разговора? Неуместные желания говоришь?

— Разговор окончен — командует Джонатан и указывает на дверь — Мы поговорим через пару дней, когда я немного успокоюсь. Пошёл вон.

Так, я и делаю.

Выхожу из кабинета и уже точно знаю, что буду делать дальше.

Глава 45

Джонатан меня не поддержит. Уверен в этом, потому что рядом с ним уже очень много лет. Сейчас он во главе всех ликанов, всё так, как он хотел, а какое-то время назад мы буквально сражались за то, чтобы он это место занял. Теперь будет держаться за него и не станет рисковать.

Поэтому я отправился к Эллиасу. Мне нужна поддержка, мне нужен совет и впервые за много лет, за этим я не обратился к Джонатану.

Что-то меняется, и даже странные взгляды и неосторожные фразы Эллиаса это подтверждают. Разговор с ним поселил во мне сомнения. Признаюсь, что прямо сейчас стою на перепутье. Только мне решать, что выбирать. Оставить всё как есть или попытаться разобраться. Хочу ли я это влезть, потому как, если мои предположения подтвердятся, я буду глубоко разочарован.

Складываю руки в карманы и склоняю голову, наблюдая за тем, как Джун выходит из здания, в котором работает. Она не знает, что я приехал за ней сегодня, потому что не был уверен в том, что мне удастся вернуться.

Мы не виделись четыре дня, и я не стал обещать ей того, в чём не был уверен, когда она спросила о моём возвращении.