Тайна брачной ночи генерала-дракона - Кристина Юрьевна Юраш

он живет с нами. Он вышел в отставку, поскольку я беспокоилась о его самочувствии. И наблюдается у лекаря. Недавно я заметила, что он и Маргарита часто о чем-то разговаривают. И однажды я поймала кусочек разговора, в котором Маргарита утверждает, что она уже слишком стара для невесты. К тому же, вдова.

Я решила не вмешиваться. Думаю, они сами все решат.

Я познакомилась с бароном Армфельтом. Он был уже не молод. Но было в нем то самое благородство, о котором так часто говорят, но мало кто видел. Даже не будучи уверенным наверняка, что это его ребенок, он выполнял все финансовые обязательства перед маленькой Аврелькой. Но так и не решился познакомится с ней. Он, будучи человеком очень благородным, считал, что это будет лишним. И не хотел разрушать чужую семью.

Я разрешила ему приезжать, когда он хочет. Отец был не против. Им было о ком поговорить.

О судьбе матери я знаю только то, что она уехала той самой тетке. И теперь живет там. Писем не пишет, открыток не шлет. И я не тороплюсь.

Через месяц после событий парада принца женили. На королевской свадьбе он стоял с кислой миной, пока рядом сияла от счастья та самая принцесса империи Ярнат, которая после свержения ее отца стала, считай, простолюдинкой.

А женщины продолжают помогать друг другу, причем, уже не зависимости от статуса и семейного положения. Конечно, сплетен в гарнизоне меньше не стало, но зато все при деле.

— Моя драгоценная, — послышался детский голосок, когда я сидела в саду вместе с мужем. Я посмотрела на маленького сына, который бережно взял меня за руку. Это все воспитание мужа. Мама у нас — сокровище. Ее надо защищать, беречь и любить.

— Да, мой милый, — прошептала я, видя как малыш смотрит на мой округлившийся живот.

— Там ведь будет сестричка? — спросил он. — Или братик?

— Да, — заметила я.

— Я тут подумал. Он там в темноте лежит. И ему скучно, наверное, — начал Эврен, вздыхая. Он прикоснулся к моему животу.

— Ну, не знаю, — удивилась я.

— Вот, — протянул любимые игрушки Эврен. — Можно ему туда их засунуть, чтобы ему было с чем играть! Ему же скучно…

Вэндэл захлебнулся чаем, кашляя с таким надрывом, что мне стало его жаль. Я тоже чуть не прыснула.

— Что никак нельзя? — спросил расстроенный ребенок. — А если постараться?

КОНЕЦ