Моя вина. Трилогия в одном томе - Мерседес Рон

Я отошла и достала из холодильника первый попавшийся замороженный пакет. Лицо Ника исказилось от боли, когда я приложила пакет к разбитому глазу.

– На таких ребят не заявляют, но это не важно, – сказал он, отодвигая пакет с лица, чтобы смотреть на меня обоими глазами. – Ноа, отныне и до тех пор, пока все не успокоится, я не хочу, чтобы ты ходила куда-либо одна, слышишь меня? – предупредил он меня тоном старшего брата.

Я отстранилась от него, не веря его словам.

– Эти люди опасны, и они будут мстить нам. Мне все равно, даже если меня снова изобьют, я умею защищаться. А вот тебя они растерзают, если встретят одну без защиты.

– Николас, они ничего со мной не сделают, они не будут искать себе на голову неприятности, только лишь потому, что я задела гордость этого засранца, – ответила я, игнорируя его недовольный взгляд.

– Пока все не уладится, я не сведу с тебя глаз. Можешь реагировать на это, как хочешь.

Неужели мы никогда не сможем поладить?

– Ты невыносим, ты знаешь это? – огрызнулась я.

– Меня обзывали и похуже, – пожал он плечами и снова скорчился от боли.

Я сделала несколько глубоких вдохов.

– Приложи компресс на синяки, – посоветовала я ему с сочувствием. – Завтра ты будешь выглядеть ужасно, но если ты примешь аспирин и не будешь вставать с постели, то через два-три дня все пройдет.

– Ты эксперт по побоям или как? – спросил он шутливо.

Я пожала плечами.

Той ночью мне снились кошмары.

Утром я проснулась в плохом настроении. Мне хотелось закрыться в комнате и никуда не выходить. Но меня тревожило состояние Ника. Я вдруг почувствовала, что переживаю за него.

Мне очень не понравилось, как он общался с Марио накануне за ужином. Но увидев его вечером после драки, позабыла о своей злости и праведном гневе.

Марио был со мной настоящим джентльменом. Я согласилась пойти с ним, потому что хотела забыть о Дэне и о своей одержимости Николасом.

Я приняла душ, быстро оделась и босиком спустилась на кухню, чтобы позавтракать. Там не было и следов Ника. За столом сидели Уилл и мама и о чем-то взволнованно говорили.

– Доброе утро, – поприветствовала я их, направляясь к холодильнику, чтобы налить себе стакан сока.

Претт, помощница по хозяйству, готовила что-то ароматное, что чудесно пахло. Я подошла к ней, чтобы посмотреть, и увидела, в кастрюле расплавленный шоколад.

– Вкуснятина! Что ты готовишь? – спросила я.

Претт посмотрел на меня с улыбкой.

– Именинный торт мистера Лейстера, – сказала она с радостью.

Я обернулась к Уиллу.

– Поздравляю! Я не знала, что у тебя день рождения, – сказала я с извиняющейся улыбкой.

Он повернулся ко мне.

– Это не мой день рождения, это день рождения Ника, – сказал он со смехом.

День рождения Николаса… Не знаю почему, но я расстроилась, что не знала об этом раньше.

– Он вышел в сад, пойди поздравь его, – сказала мама, – вчера он подрался с каким-то ублюдком, который хотел его ограбить, так что не пугайся, когда увидишь его лицо.

Я кивнула в ответ, подивившись высоким способностям Ника ко вранью, и вышла в сад. Он лежал, закрыв глаза солнечными очками, в тени на шезлонге. На нем были футболка и плавки, и, кажется, он дремал. Видимо он, как и я, плохо спал этой ночью.

Я подкралась к нему.

– С днем рождения! – закричала я со всей силы и засмеялась, увидев, как он подпрыгнул от неожиданности.

– Черт! – воскликнул он, сняв очки и открыв свой зелено-фиолетово-голубой глаз.

Он взглянул на меня, сердитый и недовольный.

– Находишь это забавным? – спросил он меня, отложив в сторону солнечные очки и встав.

Я отступила назад.

– Мне очень жаль, – извинилась я, подняв обе руки, но не смогла удержаться и расхохоталась снова, вспомнив, как Николас подпрыгнул от испуга.

– Сейчас тебе действительно будет жаль, – сказал он и направился в мою сторону.

Я побежала, но это было бесполезно. Секундой позже он уже крепко схватил меня и взвалил себе на плечо. Его лицо немного исказилось от боли.

– Нет, Ник, пожалуйста! – орала я, изо всех пытаясь освободиться.

Но он проигнорировал мои мольбы и прыгнул вместе со мной в бассейн. Я вырвалась, только когда мы оказались в воде, нагретой жарким летним солнцем. Теперь смеялся Ник. Мое белое платье прилипло к телу, хорошо, что под ним было черное белье.

Ник тряхнул волосами жестом Джастина Бибера и подплыл ко мне. Секундой позже я уже оказалась загнанной в угол бассейна.

– Ну, вот сейчас ты можешь извиниться за то, что чуть не довела меня до сердечного приступа в день моего двадцатидвухлетия, – потребовал он, подойдя так близко, что наши тела оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.

Я попыталась оттолкнуть его, но безуспешно.

– Даже и не мечтай, – ответила я, получая удовольствие от завязавшейся игры.

Он смотрел на меня, склонив голову набок, и вдруг я почувствовала его руки на талии.

– Что ты делаешь? – спросила я, когда он прижал меня так близко к себе, что моя грудь касалась его.

– Скажи, что тебе жаль, – сказал он хриплым голосом. На его лице отразилось желание. Во мне боролись жажда удовольствия и страх: нас могли увидеть.

Я покачала головой, и его руки переместились на мои бедра. Он внимательно наблюдал за мной, пока его пальцы отрывали мокрую ткань моего платья от тела и медленно поднимали его вверх по ногам. Он оголил их, и мои ноги обхватили его бедра.

– Я не остановлюсь, пока ты не скажешь, – сообщил он, прижав меня к стенке бассейна. Я понимала, что как только скажу то, что он хочет услышать, он отпустит меня, а я этого не хотела.

– Нас увидят, – сказала я шепотом. Я чувствовала, как горят мои щеки и, даже находясь под водой, как горит все мое тело.

– Я позабочусь об этом, – сказал он, поднимая платье все выше и выше. Его взгляд переместился с моего лица на мое искаженное водой тело.

Этот взгляд и руки, гладящие меня по спине, заставили меня вздрогнуть. Я чувствовала, как он возбужден, и думала только о том, чтобы наши губы снова