Королева северных земель - Виктория Богачева

Сигрид чуть не остановила его криком. Насилу себя сдержала. Отвернулась, хлестнув воздух длинными косами, и шумно задышала, смотря на спокойное море. Губы по-прежнему жгло, как и щёки. В голове всё смешалось, мысли скакали с одного на другое. Она уже не знала, на кого злилась: на мать, конунга, мёртвого отца, Фроди, судьбу или Богов?..

Шумно выдохнув, Сигрид осторожно переступила с ноги на ногу. Колено всё ещё болело. И как она пойдёт в лес?.. Приложив ладонь к боку, воительница нащупала плотную повязку. В схватке её потрепало.

Совсем она стала жалкой. Вот и чужой конунг решил поцеловать её, чтобы утешить. Иных мыслей у Сигрид не было. Хотелось свирепо зарычать, но она стерпела. Довольно плакалась на судьбу.

В одном Рагнар был прав: конунгом становится не тот, кого любят. Конунгом становится сильнейший.

Ещё немного выждав, Сигрид заковыляла наверх к поселению. Подъём дался ей тяжело. Сошло сто потом, прежде чем воительница вошла за ограду. Жадно она напилась ледяной воды из кувшина и умыла лицо.

— Сигрид! — едва она ступила за порог, к ней подбежала старшая из оставшихся в поселении сестра. — Что с матушкой?! — воскликнула Лив.

— Тшшшш, — зашипела воительница, оглядываясь по сторонам.

Затем схватила Лив за запястье и утянула в хижину. Та смотрела испуганными, круглыми глазами. И правда её боялась. Почему-то именно страх сестры перед ней ударил Сигрид сильнее всего.

— Ты знаешь, где была наша мать ночью? — спросила она строго и скрестила на груди руки.

Лив рассеянно моргнула.

— С нами, — убеждённо сказала она. — Мы ночевали вместе. В хижине. В неё нас ещё Фроди поселил, — произнеся имя брата, она запнулась и испуганно глянула на Сигрид.

— Он не обижал вас?

— Не особо, — немного поразмыслив, честно призналась Лив. — Не бил почти. Только пугал. Ну, что убьёт. Из-за тебя.

Она вздохнула и принялась нервно теребить пальцами растрёпанный кончик косы.

— Где матушка, Сигрид? — повторила спустя время, но как-то безнадёжно и отчаянно, словно уже догадалась, что услышит.

— Фроди говорил с матерью? Наедине? Перед тем как увёл драккары и хирд? — воительница пристально посмотрела на сестру, и Лив зарделась, опустила взгляд и руки.

Ладони у неё дрожали.

— Ну?! — прикрикнула Сигрид.

Втянув голову в плечи, сестра мелко-мелко закивала.

— Г-говорил. Выгнал нас всех наружу… Я не слышала, о чём!

— А когда Кнуд хотел вас увезти? — заставив себя говорить спокойно, спросила Сигрид. — Как себя вела мать?

— Почему ты спрашиваешь?! — воскликнула Лив со слезами в голосе. — И где она?!

— Отвечай мне.

— Да не знаю я! — Лив вновь начала дрожать. — Боялась она. Мы все боялись, Сигрид.

— А говорила она что? Про меня, про Фроди, про Кнуда?

Сестра посмотрела на неё исподлобья, а потом буркнула.

— Что ты нас всех погубишь — говорила. Что здесь нам лучше, чем с тобой в неволе!

— В какой неволе?..

Лив зло пожала плечами.

— Рабынями у Морского Волка. Как ты.

Сигрид дёрнулась, словно сестра её ударила. Чуть не подлетела к ней да не оттаскала за косы, потому что внутри всё болело от обиды. Но не стала. Поджала губы в тонкую, побелевшую линию и покачала головой.

— Рабынями вы бы стали при Фроди, — потом развернулась и пошла к двери.

— Сигрид! Где матушка? — в спину ей долетел отчаянный голос Лив.

— Не жди её нынче, — отозвалась глухо, смотря перед собой, и толкнула тяжёлую створку.

Отыскала в поселении старуху, которая нянчила их в детстве, и попросила приглядеть за младшими сёстрами. В той разгорелось любопытство, но спросить ни о чём не решилась.

День едва-едва начался, а Сигрид уже казалось, она таскала на плечах неподъёмную ношу. Немного постояв, чтобы дать отойти колену, она пошла к месту, где по-прежнему в верёвках держали её соплеменников.

Их охраняли двое хирдман Рагнара. Добро, среди них не было ярла Торлейва.

— Освободите их, — задрав подбородок, велела Сигрид и указала рукой на толпу и услышала, как люди зашептались.

Хирдманы, переглянувшись, не торопились исполнять её приказ. Вокруг стало очень тихо.

— Освободите их, — повторила с нажимом.

Выглядела она не такой грозной, как хотелось бы. Хромота и рана в боку, из-за которой она постоянно наклонялась в одну сторону, ужаса в глазах других не прибавляли. Но хирдманы её послушались. С досадой Сигрид поняла, что, верно, им велел Рагнар. И отмахнулась от этой мысли, шагнула вперёд, принялась перерубать верёвки ножом.

Её соплеменника сперва отнеслись недоверчиво, но, едва убедились, что ловушки нет, начали сбрасывать путы и отходить от неё. Под конец они словно выстроились за спиной Торваля и смотрели на неё с тем же настороженным подозрением, как и накануне.

— Вы свободны, — сухо сказала Сигрид, кашлянув. — Вольны делать что угодно.

— А если нам угодно убить тебя? Или уйти? — бросил кто-то из толпы.

Воительница даже не посмотрела в его сторону. Раз они молчаливо выбрали Торваля вожаком, то и говорить она будет с ним.

— Попробуйте, — сухо сказала, вспомнив Рагнара.

Взбесилась от одной лишь мысли, что станет ему подражать. Но всё равно вспомнила. И накрыла ладонью рукоять меча. Его она даже ночью положила рядом.

— Мой отец всегда хорошо о тебе говорил, — Сигрид посмотрела Торвалю в глаза, пытаясь угадать его мысли по взгляду. — И ты всегда был ему верен.

— Верен, — согласился тот. — И останусь верен. Конунг Ульв велел нам идти за Фроди...

— И вот куда он вас завёл, — перебила его воительница, хмыкнув с издёвкой.

Она огляделась с нарочитым вниманием и пожала плечами.

— Не вижу что-то его здесь. Ах, да. Он с данами. Ручкается с Сигурдом Жестоким. Погоди, Торваль. Отца твоего разве не даны убили?

Несколько мгновений воительница наслаждалась недовольной гримасой на лице мужчины.

Сигрид и сама не смогла бы ответить, откуда брались слова. Будто вселился в ее тело хитроумный Локи и говорил за неё.

— Фроди бросил вас. Он знал, что я приду за ним. Что Морской Волк захочет отомстить. Знал, но бросил и сбежал. Он на тинг не явился, слыхал ты об этом? Испугался хольмганга.

— Какой тинг? — переспросил Торваль.

Она заметила, как остальные хирдманы и мужчины начали переглядываться за его спиной.

— Тинг вождей. Его созвал конунг Рагнар. Чтобы все узнали, с кем спутался Фроди. Я бы сразилась с братом на хольмганге.

Здесь Сигрид немного слукавила. С упрямым Морским Волком они так и не договорились, кто бы это сделал...

Но Торвалю о таком знать не надобно.

— И конунг Фроди не явился на тинг?

— Не явился, — кивнула она, не став скрывать злорадства. — И теперь все конунги знают, что ваш конунг,