Следуя за любовью - Ханна Коуэн

Она резко втягивает воздух, поднимая глаза от экрана.

– С твоей девушкой?

Я расправляю плечи и скрещиваю руки на груди.

– Да, со своей девушкой. Сообщай об этом кому нужно, но я никогда на такое не подписывался. Как хочешь, Рита, но я не собираюсь больше разговаривать об этом сегодня.

– У тебя… – говорит она, снова глядя на экран, – семь минут. Используй их, как хочешь, а потом, будь добр, закончи то, зачем тебя сюда пригласили.

Моя проклятая воспитанность не позволяет мне уйти без ответа.

– Понял. Наслаждайся вечером. Бар бесплатный.

– Буду иметь в виду, – огрызается Рита, но я уже возвращаюсь к столу.

Когда я встаю за спиной у Анны и кладу руки ей на плечи, она уже допила свой теплый коктейль и оставила банку рядом с грязными тарелками, которые еще не унесли.

Она смотрит на меня, и ее прекрасные глаза светятся от счастья. Я не в силах сдерживаться и готов наклониться к ней и жадно впиться поцелуем в ее губы. Я чувствую запах фруктового напитка, смешанный с ее естественным сладковатым ароматом, и отступаю, борясь с желанием закинуть ее себе на плечо.

– Со всем разобрался? – спрашивает Анна шепотом, чтобы никто не слышал.

Я запускаю пальцы в шелковистые гладкие волосы на ее затылке и слегка запрокидываю ей голову. Меня так и тянет ее поцеловать, но я держусь. Любопытным ее взгляд показался бы невинным, но он прожигает меня насквозь.

– Да, детка. Разобрался. – Я отступаю на шаг и протягиваю ей руку. – Потанцуешь со мной?

Прислушавшись к играющей мелодии, Анна бросает взгляд на диджея и, приподняв бровь, снова оборачивается ко мне.

– Я не дружу с тустепом.

– Пока мы туда дойдем, он уже включит что-то другое. Только не говори бабушке. На всех свадьбах, куда нас приглашали вместе, она беспрестанно танцует.

– Тогда придется обратиться к ней за советом.

– Если хочешь заработать бонусные очки, спроси про «Ранчо Кадиллак». Это ее любимый танец.

– Заметано, ковбой! – отзывается Анна, вложив ладонь в мою руку.

Я помогаю ей встать и, сжав ее пальчики, веду на танцпол. Как я и рассчитывал, диджей ставит мелодию для медленного танца, но услышать собственный голос я не ожидал. Когда Анна смеется, мне и самому становится смешно.

– Думаешь, он это нарочно? – спрашивает она, сдерживая улыбку.

Заметив, как Уокер машет мне из-за стола молодоженов, я качаю головой и недоверчиво смеюсь.

– Да, наверняка.

– Он хотя бы выбрал одну из лучших твоих песен, – говорит Анна, слегка поддразнивая меня.

Выйдя на танцпол, я заключаю Анну в объятия, с улыбкой прижимая ее к груди. Она крепко обнимает меня, непринужденно закинув руки мне на шею. Нежный изгиб поясницы как подарок в моих руках, и мы начинаем покачиваться в танце.

– Аннализа, ты намекаешь, что не все мои песни хороши? – дразню я.

Она дергает бровями.

– О нет! Ты назвал меня полным именем? Неужели я задела тебя за живое, Броуди?

Я впиваюсь пальцами в ее крутые бедра и притягиваю к себе так близко, что мы могли бы удержать между нашими телами лист бумаги, не уронив. Ее глаза светятся таким счастьем, что я чуть не перестаю дышать от этой красоты. Она…

– Никто не задевает меня за живое так, как ты. Я никого к себе не подпускаю, – признаюсь я.

– Однако вот она – я.

Мой вздох тяжелый, как мои мысли.

– Да. Вот она – ты, – киваю я.

И так оно и будет, если это в моих силах.

31. Аннализа

Поппи подается вперед и, прищурившись, сверлит меня проницательным, пронизывающим взглядом. Честно говоря, мне немного страшно, но я продолжаю сидеть на диване напротив нее, подобрав ноги под себя и не шевелясь.

– Пройдись-ка немного, – командует она.

– Что? Зачем? – Я хлопаю глазами.

– Она хочет посмотреть, не пойдешь ли ты враскоряку, – отвечает Брайс, которая сидит, закинув ногу на ногу, на мягкой кушетке лицом к нам.

– У нас не было секса! – восклицаю я, вдруг вся покраснев.

– Я не верю тебе, неисправимая ты лгунья! – нараспев отзывается Поппи.

– Я не вру!

Брайс наклоняет ко мне голову.

– Умалчивание – это тоже вранье.

Когда сегодня вечером обе объявились у меня на пороге с коробкой пиццы и двумя бутылками вина, я их впустила без всякой задней мысли. Раз речь зашла о том, чтобы посидеть с подругами, я тут же позабыла, как устала после раннего рейса и продолжительной свадебной вечеринки накануне.

Чего я никак не ожидала, так это того, что, как только за ними закроется дверь, мне учинят допрос с самым что ни на есть пристрастием. Я отправилась на свадьбу, не зная, что Броуди тоже там будет, а когда узнала, подругам не сообщала. Наши с Броуди фотографии со свадьбы, которые Поппи мне показала, едва успев поставить на кухонный стол две бутылки вина, были шоком. Но только для моих подружек.

Я знала, что так и будет, ведь Броуди предупредил меня об этом, когда мы закончили танцевать и ему пришлось вернуться на сцену. И сейчас, как тогда, не желаю, чтобы они испортили мне впечатление от вчерашнего вечера.

Меня захлестывает чувство вины. Они ведь так и не знают про Бо.

– Ладно, согласна. В свое оправдание скажу, что я не знала, что он будет на свадьбе, пока не приехала туда. Сестра сказала мне перед самым выходом, – защищаюсь я.

– Ты могла бы написать нам после того, как узнала. Тебе же явно не помешал бы заряд уверенности или нажим со стороны подруг, раз ты уверяешь, что не переспала с этим сексуальным красавчиком, – подтрунивает надо мной Поппи.

– Если у нас не было секса, это не значит, что ничего не было. В любом случае у нас не было возможности даже ночь провести вместе. После того, как были сделаны эти фото, он весь вечер выступал, а потом я уехала с сестрой и ее мужем.

К большому огорчению Броуди. Будь его воля, он бы закончил петь пораньше, всю ночь танцевал со мной, а потом увел в свой номер. Мы не стали бы заниматься сексом, даже если бы я пошла с ним, но и просто провести ночь в его объятиях было бы невероятно. Но я не могла упустить возможность разделить еще одно утро с сестрой и племянником. Я с ними и так почти не вижусь. Совместный завтрак перед отъездом был идеальным. Мне хватит до нашей следующей встречи после Рождества.

Я