Профессор, я попала(сь), или истинная для бронзового дракона - НатаЛисс

устойчивы к перепадам температур, его внутренний огонь не дает ему замерзнуть даже в лютый мороз. Хоть я тоже огненное существо, но мое пламя совсем другое, оно исцеляет и способствует перерождению.

Его руки исследуют мое тело так нежно и аккуратно, будто он боится, что я сломаюсь как фарфоровая кукла. Мне приятны его ласки, но хочется, чтобы он был более напористым.

— Смелее, я не рассыплюсь, — шепчу я и притягиваю его ближе.

Винфор осторожно берет мое лицо и втягивает нас в страстный поцелуй. Я отвечаю, вкладываю все свои чувства в него. Он обнимает меня сильнее, боясь, что я могу исчезнуть. Я глажу его по спине, вновь натыкаясь на шрамы.

Меня накрывает волна сожаления. Это я оставила их в порыве гнева, когда он пытался меня остановить. Тогда я перевоплотилась и поцарапала его своими когтями, а в них содержался яд. Раны долго и мучительно заживают, боль не проходит и шрамы остаются навсегда.

Я мягко провожу по каждому из них и концентрирую поток энергии. Только моя целительная магия способна полностью заживить их. Винфор хмурится неприятным ощущениям, но не сопротивляется.

Несколько минут и от них не остаётся и следа. Он делает выдох полной грудью.

— Прости, — шепчу я, не решаясь взглянуть в его глаза.

— Это все в прошлом, — улыбается он.

— Ты терпел эту боль все время, а я даже ни разу не подумала, что оставила тебе эти шрамы, — мне было стыдно за это.

— Не волнуйся, это ерунда по сравнения с той болью, что терзало мое сердце, — он грустно улыбается.

— Прости, я совершила глупость. Я сделала все только хуже. Люди разделены и пошли разными путями, и я не представляю, как их объединить обратно, — мне не удается сдержать слезы.

— Тшш… Все хорошо, — он обнимает меня.

— Не нужно быть со мной таким нежным, я не заслуживаю этого, — слезы накрывают еще сильнее.

— Не говори так. Ты заслуживаешь гораздо большего, — он отстраняется от меня и смотрит прямо в заплаканные глаза.

Я не могу успокоиться. Вся боль, накопившаяся во мне за все это время, вылилась в один момент. Он прижимает меня к себе сильнее и нежно гладит по голове.

— Винфор, прошу, позволь мне утонуть в твоих ласках этой ночью, — внезапно говорю я.

Он смотрит на меня увиденным взглядом, совершенно не ожидая этих слов.

— Ты хочешь забыться в этих ощущениях? — недовольно хмуриться он.

— Нет! Хочу чувствовать твое тепло, хочу убедиться, что все это реально. Я соскучилась по нашей близости, — почти умоляю я.

Он одаривает меня довольной улыбкой.

— Такой приказ госпожи я готов выполнять каждый день, — ухмыляется он и укладывает меня на диван.

Я улыбаюсь и притягиваю его ближе. Он охотно следует за моим действиями. Наши губы сплетаются в страстном поцелуе. Мои руки блуждают в его мягких, слегка отросших волосах. Я наслаждаюсь его ароматом.

Сейчас, когда моя сущность пробудилась, Винфор больше не сдерживается. Я слышу его рычание, внутренний зверь рвется наружу, мой феникс тоже не молчит, он готов подчиняться своему дракону.

Он буквально срывает с меня оставшуюся одежду, я полностью открыта ему. Сейчас меня совершенно не смущает моя нагота. Я быстро справляюсь с его брюками, они летят к куче одежды где-то на полу.

Я провожу рукой по его шее и спускаюсь на торс. Его тело нагревается очень быстро, магия бушует и радуется вместе с хозяином. Винер покрывает все мое тело поцелуями, я не сдерживаю своих стонов. Он довольно рычит и начинает интенсивнее помечать свое.

— Калерия, я больше не могу ждать, — шепчет он.

— Не сдерживайся, — едва выговариваю я, наслаждаясь ласками.

Он полностью отдается своим чувствам, я тоже следую его примеру. Винфор ласкает мои чувствительные места, я подаюсь вперед, желая слиться с ним. Он быстро понимает это и практически без подготовки входит в меня.

Я утыкаюсь в его плечо, чтобы не закричать на всю комнату. Он ласково гладит меня по голове и спине, давая вновь привыкнуть к его телу.

Мы сотню раз отдавались древнему танцу любви, но сейчас все ощущается совершенно иначе. Наша связь так сильно изголодалась по близости, что сейчас мы будто впервые знакомимся друг с другом.

Это первое полное перерождение, которое застал Винфор. И для него, и для меня наши тела заново привыкают друг к другу. Они давно знакомы, но в то же время, они еще ни разу не были так близки.

Винфор набирает темп, я быстро подстраиваюсь под него. С его висков течет пот, это возбуждает только сильнее. Наши сердца бьются в унисон. Комната заполнена звуками страсти и долгожданного наслаждения.

— Ты самая прекрасная девушка во всей вселенной, — шепчет он мне на ухо.

Я смеюсь, его дыхание щекочет мою кожу.

— Ты так говоришь, только из-за нашей особой связи, — умудряюсь ухмыльнуться я.

— Ошибаешься, — хитро улыбается он.

Я хмурюсь и взглядом требую пояснений.

— Я влюбился в тебе еще до того, как ты отправилась в мир людей. В том саду, когда ты собирала огненные цветы, — неожиданно признается он.

— Вот почему ты так легко согласился на просьбу отца охранять меня, — выдыхаю я, когда он ускоряет темп.

— Я сам вызвался добровольцем, — хитро улыбается он. Его дыхание учащенное.

Мы оба на пределе. Магия искрится и тоже сливается в единое целое. В такие моменты происходит полное единение наших душ, тел, магии и даже разума. Всего на мгновение мы способны полностью прочувствовать друг друга.

Именно этот миг позволяет полностью убедиться в чувствах партнера. Иногда я пугаюсь его огромной любви ко мне, мне даже кажется, что мои чувства намного слабее. Но ощутив его удовлетворенность, тут же успокаиваюсь.

Винфор ложиться рядом со мной, накрывая нас пледом. Его тело такое горячее, я прижимаюсь к нему сильнее. Хочу чувствовать его тепло всегда, без него мне холодно внутри.

Какое-то время мы лежим молча и наслаждаемся тишиной, нарушаемой биением наших сердце. Дыхание восстанавливается медленно, хочу остановить время, хочу вечно наслаждаться этим теплом и ароматом.

— Почему ты никогда не рассказывал о том, что сам последовал за мной? — спрашиваю я.

— Потому, что это неважно, — резко отвечает он.

— Важно, еще как важно, — хмурюсь я.

— Тогда ты меня совсем не знала, лишь видела издалека. Я не был уверен, что мы поладим, а после не было подходящего случая, — отвертелся он.

— Как отец вообще тебя отпустил? Ты же его фамильяр и верный помощник? — не понимала я.

— Я умею уговаривать, — загадочно улыбается он.

— Не нравится мне этот взгляд. Скажи, что ты сделал? — не прошу, а приказываю я.