Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

— Смотрю, вы все продумали, — хищно улыбнувшись, произнес герцог. — Может, именно вы и подняли мертвецов?

У меня чуть чай носом не пошел!

— Что? Зачем? — просипела я, откашлявшись.

— Вы же изобрели детекторы, рассчитывая, что их будет покупать государство. Определителей некроэнергии надо множество. Кладбищ в нашей стране тысячи, может даже сотни тысяч. И на каждое надо как минимум по одному прибору. Даже если у вас контракт всего на два процента от стоимости каждого детектора, из-за количества заказов получится огромное состояние. Однако, чтобы покупали ваши определители, необходимо напугать людей. Например, поднять мертвецов с помощью этих загрязнителей. И тогда со всех сторон полетят заказы. Никто не станет экономить на собственной безопасности, когда в соседнем городе зомби растерзали людей. Уж очень вовремя восстали кладбища. Вам не кажется?

Я едва не уронила челюсть на стол от удивления. Наверное, у безопасников как-то по-особому мозг работает, именно поэтому они всех постоянно подозревают. Надо признать, что теория Льера выглядит вполне логично. Туда укладывается и мой сон, и созданный детектор, и мгновенно полученный на него патент, и загрязнитель. Если так подумать, я могла специально сочинить историю о лорде Норсе, чтобы перенаправить внимание на него и тем самым, например, отомстить за измену.

Как я могу отвести от себя подозрения? Единственным способом.

— Клянусь своей магией, клянусь жизнью, — начала я, вкладывая в слова магическую силу, — что непричастна к восстанию мертвецов. Клянусь, что не поднимала кладбища и никому не приказывала их поднимать ни с помощью загрязнителей, ни как-либо еще. Клянусь, что, изобретая определитель некроэнергии, хотела прежде всего спасти людей. Клянусь, я даже не задумывалась о патенте во время работы над детектором!

— Благодарю, что развеяли мои подозрения, — чуть обозначив головой поклон, сказал Льер.

— Надеюсь, этот допрос теперь закончится?

— Ну что вы. Какой допрос…

— Давайте не будем играть словами, — перебила я. — В чем еще вы меня подозреваете?

— Пока ни в чем…

Я сделала вид, что не услышала слова «пока».

— Мне хотелось бы понять, почему вы так уверены в том, что за восстанием кладбищ стоят Норсы? Допустим, вы убедили меня, что это произошло не само по себе, но почему они?

О! Какой опасный вопрос. Ответить на него правду я не могу, потому что меня могут признать сумасшедшей. Кста-ати…

— Пожалуй, это самый трудный вопрос для меня, — призналась я после паузы.

— Потому что у вас нет доказательств, даже обоснованных подозрений нет.

— Верно. А мои объяснения вас не убедят, боюсь, вы признаете меня сумасшедшей. Но я полностью уверена, что это они.

— Зачем это Норсам?

Может, просто не отвечать? В конце концов, тут вроде бы не допросная.

— Извините, герцог, но это доподлинно мне это не известно. Больше мне нечего сказать.

— Значит, не хотите сотрудничать?

— Почему же? Я честно ответила на ваши вопросы, принесла клятвы. А что до моей уверенности и соображений по этому поводу, позвольте оставить их при себе.

На время установилась тишина. Льер допил чай и задумчиво рассматривал чашку, словно старался найти ответы на дне.

— Значит, считаете, что у вас нет пророческого дара… — тихо произнес герцог.

— Нет, мы уже говорили об этом.

— Со стороны отца — так и есть. А что до матери? Она ведь землянка. Возможно, с ее стороны вам что-то передалось.

— Но ведь…

А ведь правда! На Земле с магией сейчас плохо, однако одаренные по-прежнему встречаются. Их совсем немного, примерно пять-восемь процентов. К сожалению, методики обнаружения и развития дара нет, поэтому большинство людей даже не подозревают, что они маги. Правда, если дар сильный, то он может как-то проявляться. Особенно, если это пророческий дар.

— В теории по материнской линии что-то быть могло, но вряд ли, — поделилась соображениями я, — по крайней мере, мне об этом ничего не известно. Дед по материнской линии погиб еще до моего рождения. А бабушка жила далеко и приезжала редко. В детстве я пару раз ездила к ней на летние каникулы, но как-то не интересовалась родословной.

— Думаю, что ваша мать тоже одаренная, — уверенно заявил Льер.

— Почему вы так решили?

— Ваш дед, пусть и жил в другом мире, но думал не так, как земляне. Предположу, что в тот момент, когда ваш отец решил жениться, лорд Крайс проверил на наличие магии свою будущую невестку. Или это сделал ваш отец. Вы ведь понимаете, что он хотел вернуться сюда вместе с семьей? Лорд Крайс не мог женить старшего сына, наследника на неодаренной девушке, это удар по родословной магического рода.

— Значит, вы считаете, что моя мать тоже была магом?

— Уверен в этом. Способности к прорицанию у вас еще могут проявиться именно тут, на родине. На Земле слишком бедное магическое поле. Кроме того, пророки тоже неклассические маги, как и энерго.

Вообще логичная теория. Однако в прошлой жизни никакой дополнительной магии у меня не было. С какой стати ей возникать сейчас?

С другой стороны, Льер, сам того не подозревая, подал прекрасную идею.

— То есть вы считаете, что моя уверенность в том, что во сне я действительно увидела не случившееся будущее — это пробуждение врожденной магии, которая передалась мне по материнской линии?

— Да. Многие пророки видят будущее во сне. Они как-то чувствуют, что точно сбудется, а что можно изменить.

— Понимаю, но тогда почему на Земле я таких снов не видела? Магия у пророков своеобразная и не привязана к резерву и потокам, значит, скудный магический фон не мог влиять на мои способности.

— Иногда какое-то стрессовое событие раскрывает потайные резервы организма, и у человека проявляется магия, или происходит резкий скачок роста резерва. Возможно, ваше ранение как раз и послужило причиной пробуждения способностей к предсказаниям.

Какой хороший человек! Сам все придумал и обосновал. И, главное, до чего ж логично все звучит. Если б точно не знала, что никакой пророческой магии у меня нет, то обязательно прониклась бы.

— Полагаю, что вашу уверенность в том, кто причастен к восстанию кладбищ, можно объяснить как раз особым знанием, что возникает у пророков, — продолжал Льер. — И я не посчитаю вас сумасшедшей, если вы мне расскажете о собственных