Ректор под контролем - Екатерина Сергеевна Богданова

— Сами справимся, — заявила и отвернулась.

— А со мной быстрее и надёжнее будет, — начал уговаривать Тартуросс.

Ну точно опять что-то задумал! Очевидно же, что заманивает. Нет уж, верить ему я больше не собираюсь. В тени без Дариона ни ногой, да и вместе нам там делать нечего.

— Летите давайте восвояси, — помахала рукой, обернувшись.

— Ну смотри, моё дело предложить, — пожал плечами дух, от чего они высунулись из стены.

— А моё — отказаться, — не без ехидства ответила я.

— Ведьма, — буркнул Тартуросс. — Ох и не повезло Орсу с тобой.

— Да и с вами ему тоже не особо подфартило, — заметила уязвлённо. — Другие духи как духи, а вам всё неймётся. Всей академии жизнь отравляете, и ректору в первую очередь.

— Дура, — окрестил меня призрак и исчез.

— Сам… — начала я, но осеклась.

Мне тут ещё учиться, если всё обойдётся. Совсем уж ссориться с Тартуроссом нельзя, иначе покоя не видать.

Ушёл дух основателя как раз вовремя, спустя несколько секунд в комнату вошла Яфа с подносом, перегружены едой. Подозреваю, если бы не это, он бы продолжил уговаривать меня. Нужно быть настороже, раз этот посторонний интриган опять что-то задумал.

Яфа, посмеиваясь, поведала, что господин Литнэт самолично сходил в столовую за двойной порцией ужина, причём из преподавательского меню. И всё это щедро отдал нам, обрекая себя на голодный вечер.

— Так почему он три порции не взял? — не поняла я.

— А как ты себе это представляешь? — хохотнула магиня. — Ладно ещё две, он мужчина крупный. В столовой, наверное, решили, что от переживаний за ректора стресс заедает. Но всё равно многовато, ты посмотри, сколько тут всего! А три порции точно подозрения вызвали бы.

Я покивала, поохала на тему «бедный голодающий господин библиотекарь» и с удовольствием потянулась к подносу.

Пока я переставляла тарелки на стол, Яфа сбегала в читальный зал и стащила оттуда один из стульев, чтобы мы могли обе сесть и нормально поужинать. Преподавательское меню порадовало. Особых изысков не было, да и адептов тут кормили неплохо, но преподавателей лучше.

Я удобно устроилась на мягком стуле с высокой спинкой, наколола на вилку сочную отбивную и… ухнула вниз вместе со стулом и котлетой, потому что пол под нами истаял, как недавно стена.

Крик Яфы резко оборвался, когда дыра, в которую я провалилась, закрылась. Падение длилось не больше мгновения, а приземление было мягким, благодаря стулу, удачно вставшему на ножки. Я так и осталась сидеть на нём с вилкой в руке. Ошалело моргнула в полной темноте, откусила разом половину отбивной и начала нервно жевать.

— Приятного аппетита, — вежливо пожелал треклятый призрак.

— Пожелала бы вам подавиться, так вы ж не едите, — прожевав, пробурчала я.

И, заедая стресс, продолжила есть отбивную.

Татуросс выплыл из темноты светящимся силуэтом и укоризненно завис передо мной. Чуть не подавилась, но из чистого упрямства доела котлету, отбросила вилку, встала, размяла руки, пошевелила пальчиками и угрюмо объявила:

— Ну всё, готовьтесь. Сейчас я вас развеивать буду.

— Ты мне это брось! — отлетел подальше основатель. — Я же с мировой. Пошли, отведу тебя к твоему ректору.

Я прищурилась и упёрла руки в бока. Вот не верю! Что-то тут точно нечисто!

— Ну ты идёшь? Поторопись, пока я не передумал, — проворчал призрак, удаляясь по тёмному коридору.

Вот же гад! Знает, что не откажусь, да и деваться мне некуда.

— Какой вы коварный, — посетовала, последовав за ним.

— Зато обаятельный, — довольно протянул он.

Шли мы недолго, не больше пары минут. Тартуросс завис у глухой стены и махнул мне рукой.

— Иди скорее.

— Я вообще-то не привидение, через стены ходить не умею. И почему вы сами вперёд не идёте? — с подозрением сложила руки на груди.

— Эээ нет, — протянул он. — Я с Орсом встречаться не хочу. А стену для тебя проницаемой сделал. И это, меду прочим, нелегко. Так что шевелись давай.

Я отчётливо чувствовала — что-то тут точно не так. Почему он не убрал стену, как делал раньше? Почему сам первым пройти не хочет? Ни за что не поверю, что основатель ректора боится, тем более, что он сейчас не в лучшей форме.

— Или иди, или я верну тебя библиотекарю, — пригрозил дух.

Я вздохнула и, точно зная, что пожалею, но не желая упускать даже малейший шанс добраться до Дариона, зажмурилась и шагнула вперёд.

Глава 22

Мгновение пробирающего до мурашек холода, лёгкое сопротивление стены и удивлённый возглас, из-за которого я тут же распахнула глаза.

— Ты как тут оказалась? — удивлённо воскликнул Дасмир, вскочив с узкой, прибитой к стене кровати.

Я резко развернулась, ударила по стене и застонала — она вновь стала непроницаемой. А я угодила в ловушку, оказавшись запертой в одной камере с неуравновешенным ведьмаком.

— Яра, как ты сюда попала? — оттолкнув меня и ощупывая стену, повторил Дасмир.

— Тартуросс привёл, — сквозь зубы прошипела я. — Вот же гадость потусторонняя! Всё рассчитал!

Основатель действительно просчитал всё. Я сказала, что мы не знаем где Дасмир, так он меня прямо к нему и привёл. А сам не пошёл видимо потому, что не может. Стену ослабить смог, а вот магическую защиту нет. Я же ведьма, мои силы часть меня и природы, их барьер пропустил. А вместе со мной в камеру к отрезанному от сил ведьмаку попал практически неиссякаемый источник их пополнения. Нет, Дас не злой, но он в ловушке, наверняка испуган и зол. Сейчас вытянет из меня всё до капли, освободится и угодит прямо в руки к далинарам. Вот только мне уже всё равно будет, я или умру тут, забытая всеми, или стану обычной смертной. Не то, чтобы я и сейчас бессмертной была, но без силы ведьма и сотой части от того, сколько могла бы, не проживёт.

Отошла подальше от Дасмира и, пристально следя за каждым его движением, спросила:

— Ну как ты тут?

— А ты как думаешь? — вздохнул он, вернувшись на кровать.

Парень сел, ссутулился и опустил голову. Да он в отчаянии! И никакие силы ему не нужны. Он, похоже, сдался. Смирился и вообще не переживает о том, что с ним будет.

— Зря ты пришла, Ярка, — мотнул он головой. — Лучше уходи. Меня спасать не нужно, я этого не достоин.

— Что за мысли? — всплеснула я руками. — С чего ты это взял? Ну ошибся, вспылил, с кем не бывает.

— Ошибся? Вспылил⁈