Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

с хитрой улыбкой возражает Теодор. — Это его рук дело… Это он рассказал всем, что ты в сексе полная бездарность. Он помог распространить о тебе слух тем девкам, что были недовольны твоими безуспешными попытками засунуть в них свой член и довести до оргазма.»

— ХВАТИТ ВРАТЬ! — широко распахивает глаза Питер. — Я УСТАЛ ОТ ТВОЕГО ВРАНЬЯ! УСТАЛ ОТ ТОГО, ЧТО МЕНЯ СНОВА И СНОВА ВСЕ ПРЕДАЮТ!

— Я никогда тебе не врал! — заявляет Даниэль.

— Не зря ты так усердно все это время навязывал мне свою дружбу. Не зря везде меня преследовал и строил из себя доброго и порядочного парня, готового в любую минуту прийти на помощь. Все это было не зря…

— Может, кто-то и правда говорил про тебя подобные вещи, но это точно был не я. Мне бы и в голову такое не пришло.

— НО ПРИШЛО ЖЕ!

— Ты сделал выводы только из-за того, что я долгое время неудачно шутил про твои неудачи в отношениях?

— Не только, Перкинс, не только! Тебя всегда очень сильно волновали три вещи: моя ориентация, количество моих сексуальных партнеров и мои способности в сексе. И когда я требовал прекратить об этом говорить, ты, сука, НЕ УНИМАЛСЯ! ТЫ ПРОДОЛЖАЛ ГНУТЬ СВОЮ ЛИНИЮ!

— Да, в этом я виноват, признаю! — разводит руками Даниэль. — Но я не имею никакого отношения к распространению тех слухов.

— Только о них знали ВСЕ! Все те, с кем мы работали еще во времена участия в группе Альберта. Они ВСЕ смеялись надо мной. Говорили, что я импотент. Что я бездарен в сексе. И что у меня, сука, член меньше мизинца.

— Я не знаю, откуда пошли эту слухи!

— ХВАТИТ ВРАТЬ, МУДАК! — взрывается Питер и залупляет Даниэлю крепкую пощечину. — Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО БЫЛ ТЫ! ТЫ ХОТЕЛ МНЕ НАСОЛИТЬ!

— НА ХЕРА ОНО МНЕ НАДО БЫЛО? — вскрикивает Даниэль. — НА ХЕРА, СКАЖИ?

— НЕ ЗНАЮ! Понятия не имею, за что ты меня так возненавидел! Кому, блять, прислуживаешь и чьи приказы исполняешь.

— Хватит нести бред, идиот! Уже совсем кукушка поехала из-за того, что у тебя в башке каша. Запутался уже, кто ты есть, что ты есть, и кто тебе друг, а кто враг.

— Ошибаешься, гаденыш. Я все знаю. Знаю обо всем, что должен знать.

— Я знаю только одно – тебе надо лечиться. Лечить свою больную башку и решать, кто ты есть: Теодор или Питер. Мы с ребятами уже и сами, мать твою, запутались и не понимаем, как к тебе обращаться.

— Еще раз повторяю, я не больной! СО МНОЙ ВСЕ В ПОРЯДКЕ! ЭТО ВЫ ВСЕ НЕ ЗДОРОВЫ! ВЫ ВСЕ!

— Уж у меня-то с психикой все в порядке. Даже после всего дерьма, что мне пришлось пережить. Даже если после того, как я все потерял и был буквально вынужден учиться жить заново. Сам по себе. Ни на кого не надеясь.

— Нет, это мне пришлось жить в дерьме. С САМОГО ДЕТСТВА. Я НИКОГДА не знал, что такое нормальная жизнь и нормальное окружение. НИКОГДА. Меня ВСЕГДА обманывали. ВСЕ хотели испортить мне жизнь. ВСЕ МЕНЯ ПРЕДАВАЛИ И ПРИЧИНЯЛИ БОЛЬ!

— ПОТОМУ ЧТО ЗАСЛУЖИЛ! — взрывается Даниэль. — Ты вовсе не жертва обстоятельств. Это плата. Плата за все твои делишки и делишки твоей семейки. И теперь мы видим, что ты ничуть не лучше их. Ты такой же, как они. А может, даже и хуже. Раз ты умудрился взять от своих предков все что можно: и депрессию, и шизофрению, и склонность к преступлениям.

— Ах, значит, это я во всем виноват?

— И мне тебя совсем не жаль. Ты сам во всем виноват. Сам виноват в том, что отворачиваешь от себя ПОСЛЕДНИХ людей, которые были готовы ХОТЬ ЧТО-ТО для тебя сделать. Все, Лонгботтом, поздравляю, ты ДОБИЛСЯ своего!

— Будь мужиком и признайся, что те слухи – твоих рук дело. Будь честным, твою мать! — Питер снова хватает Даниэля за шиворот и трясет его. — Признайся! ПРИЗНАЙСЯ, ТВАРЬ!

— Я не буду врать! — грубо бросает Даниэль, резко оттолкнув Питера от себя.

— Потому что ты трус! Трус, потому что боишься быть честным!

— Я всегда был честен! А веришь ты или нет – мне вообще по хер. Думай что хочешь.

— Вот и прекрасно! — восклицает Питер. — Твое вранье – одна из веских причин прикончить тебя здесь и сейчас. ПОКА НИКТО НЕ ВИДИТ!

— ОТЛИЧНО! Никто не сможет меня остановить и убеждать не разукрашивать твою гребаную морду. Которую ДАВНО НАДО БЫЛО РАЗМАЗАТЬ ПО СТЕНКЕ.

Даниэль залупляет Питеру крепкую пощечину и сразу же набрасывается на него с кулаками, вступив с ним в ожесточенную схватку.

«Не сдавайся, приятель, бей сильнее! – подбадривает Теодор. — Если сделаешь все правильно, то этот ублюдок вот-вот сдохнет. Я рядом и всегда тебя поддержу!»

— И так жизнь херовая, а ты еще и не ценишь всего того, что тебе подали на золотом блюдечке, — ехидно усмехается Даниэль и несколько раз успешно наносит крепкий и четкий удар по лицу Питера. — Над тобой великодушно смилостивились, а ты жопой поворачиваешься…

— Мне никто не нужен! — заявляет Питер и безуспешно пытается ударить Даниэля кулаком в челюсть. — НИКТО! Я ОСТАНУСЬ ОДИН! СОВСЕМ ОДИН! И БУДУ ЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ КАЙФОВО!

— Вот и правильно! Уж лучше никому с тобой не связываться! НИКОМУ не знать, ЧТО ты за гнида.

— Зато я узнал, что ТЫ за гнида. Гнида, которая также думала, что сможет остаться безнаказанной после всего ранее сделанного.

— Уж ты точно не останешься. Я лично об этом позабочусь и расскажу обо всех твоих делах кому надо.

— Только попробуй! — Питер крепко вцепляется рукой в горло Даниэля, которое он крепко сжимает пальцами, пока его налитые кровью глаза просверливают дырку у того во лбу. — УРОЮ, СУКА, ЕСЛИ ПОСМЕЕШЬ РАСКРЫТЬ РОТ!

— Еще как посмею… — грубо бросает Даниэль и прилагает немало усилий, чтобы отстранить Питера от себя. — Еще как посмею!

— ТВАРЬ, Я ТЕБЯ УБЬЮ!

— Нет, это Я тебя убью! ТЕБЕ КОНЕЦ, МУДАК!

Даниэль настолько сильно отталкивает Питера от себя ударом ноги в грудную клетку, что тот отлетает на пару метров и камнем заваливается на землю, задыхаясь от нехватки воздуха. А пользуясь